— Вы знаете, его родители будут в столице? — спросила я неожиданно даже для себя.

— Отец будет, но он делает вид, что второго сына у него не существует. А мать… да кто её знает, жива ли вообще. Его отправили в казармы то ли в пять, то ли в три года, и первые лет десять никто его не навещал — только били без конца. Это мне тоже мой рыцарь сказал.

Ещё один подзатыльник — на этот раз от Иры. Светловолосая красавица была задумчива и взволнованно кусала губу, постоянно оглядываясь на горизонт.

— Что-то случилось?

— У нашей Иры, пока тебя не было, ухажёр завёлся. Женатый, — тут же сдал девушку Матьё. Я бы не поверила ему, но Ира сразу покраснела, и я поняла, что их отношения зашли дальше красивых разговоров под луной.

— Это не твоё дело, — грубо бросила она Матьё, поднимаясь, встряхивая гривой светлых волос и уходя прочь.

***

Сэр Гектор не вернулся в ту ночь, и на следующую тоже. Зато мы получили указание двигаться по тракту и разбивать лагерь впереди, потому что, похоже, рыцари серьёзно продвинулись. Несмотря на то, что между мной и Гектором не было ничего, кроме непонимания, недомолвок и воспоминаний о пережитом, я осознала, что… волнуюсь.

Что, если он вновь оказался в плену? Что, если они проиграли, попав в ловушку? Здесь, ближе к столице, оставалось много сторонников прежней власти. Стоит вспомнить хотя бы брата леди Элоиз, который, по слухам, находился в сопротивлении вместе со многими другими молодыми и горячими лордами…

Впрочем, для власти он всё равно что мертвец.

В итоге к третьей ночи я совсем себя извела, а ещё — никак не могла занять себя делом. Учителей для меня мы обсудили ещё в первый день, но сэр Гектор ответил, что приведёт их только в столице. Здесь же он передал мне несколько книг, включая поэму «Роза в снегу». Я начала именно с неё, желая узнать, о чём тогда за столом толковали господа. Читала я по-прежнему мучительно медленно, но всё же продвигалась, ловя на себе подозрительные взгляды большинства людей в лагере.

— Раздвинула ноги перед лордом — и тебя тут же грамоте обучили? — мимо прошёл Старый Гил. Он был пьян, как это часто случалось в отсутствие сэра Гектора. — Что Ира, что ты — обе одинаковые. Простым солдатам не даёте, сами ничего не делаете, только и знаете, что выбивать себе блага через промежность.

— Заткнись! — Трин, услышав это, побледнела и замахнулась на него тряпкой, со страхом поглядывая на меня.

Вообще-то, это входило в её обязанности — следить, чтобы слуги и солдаты не напивались до такого состояния.

— И в чём я не прав? — не унимался пьяница. — Ира совсем распустилась, легла под женатого рыцаря, а всё строила из себя «не такую». Как я и говорил, так оно и вышло. И с Сабин то же самое — это лишь вопрос времени, когда она по рукам пойдёт, стоит сэру Гектору жениться.

К радости пьяницы, вокруг было полно свидетелей. Но никто, кроме Трин, не возразил.

— Каэри не ходят по рукам, ты, старый пьяный идиот! Они всю жизнь при своём лорде! Нажалуюсь на тебя сэру Гектору!

Трин постоянно косилась взволнованным взглядом на… меня. Боялась, что я передам эти слова рыцарю? Наверное, так и стоило поступить, будь у меня расчётливость других каэри. Но что-то в словах пьяницы царапало меня…

Мне захотелось расправиться с ним, обязательно самой, не жалуясь. Высмеять старого пропойцу, засматривающегося на молодых, так, чтобы он больше не вякал в лагере. И чтобы знал, что это сделала я.

Наверное, мне не хотелось быть просто продолжением сэра Гектора, которого все уважали. И пусть сейчас, когда мы на виду у всех, с этим ошейником и без сильной магии, без плана, сбегать куда-либо было бессмысленно, разобраться со Старым Гилом я совершенно точно могла…

— Возвращаются! — услышала я взволнованный голос Иры и поняла, что её рыцарь, похоже, тоже участвовал в походе. Знать бы ещё кто из них…

Женатых там было не так много. Скорее всего, достаточно просто присмотреться, кто из них отсутствует в то же время, что и Ира. Учить её морали я не собиралась — это делать уж точно не мне. Но и не отвратительному Старому Гилу, который, скорее всего, только и мечтал забраться юной девчонке под юбку.

Увидеть сэра Гектора после трёх дней в погоне за неприятелем было… волнительно. Встречать его, как и положено каэри, стоять впереди остальных. Наблюдать за тем, как мрачная фигура спешивается в закате, как отдаёт приказы остальным — протрезвевшим и собранным, даже переодевшимся.

Звук тяжёлых шагов по хрустящей морозной, покрытой листвой земле, а после я почувствовала рывок — сэр Гектор повёл меня в шатёр без всяких слов. От одного его прикосновения выше запястья я ощутила, как магия уходит сосущими волнами.

Понятно… Впереди целый день без сознания, а ведь я почти уже подготовила ловушку для Старого Гила.

Оказавшись внутри, он отпустил меня и внимательно осмотрел, словно задавая безмолвный вопрос. Я кивнула.

Мне казалось, что мы можем общаться без слов.

Сэр Гектор быстро разделся и даже обтёрся влажной мыльной тряпкой из таза, прежде чем вытереться полотенцем и сказать первое за вечер слово.

— Я не могу ждать.

Наверное, я никогда не привыкну?

Прикусив губу, я тоже разделась и осторожно приблизилась к нему, чувствуя холод земли даже через расстеленную на полу шатра солому и шкуры. Запах его кожи, запах битвы и стали почему-то отдавались глубоко внутри, но я буквально заставила себя перестать думать о чём угодно. Сейчас я должна была просто выполнить свой долг каэри.

Так знакомо — то, что произошло уже столько раз.

Но сейчас, когда возбуждённая плоть мужчины упиралась в меня, когда он не просил отворачиваться и не запрещал смотреть на себя… когда тепло его рук казалось намного более знакомым, всё чувствовалось иначе. Будто моё тело против воли настраивалось на этого человека, который вёл себя наедине совершенно по-другому…

Он тут же обнял меня, поцеловал в шею, закинул на меня ногу, увеличивая близость между нами. Зимний воздух обжигал, как и каждая клеточка его кожи, а мысль о том, что мы так близко, что одно лишь движение — и он мог бы оказаться во мне, отзывалась страхом и желанием.

Желанием стать сильнее.

Я даже не замечала, что в таком состоянии почти не ощущала изнуряющую отдачу магии.

* Леди Элоиз Каносса *

Отражение… Такая похудевшая, такая несчастная.

Уставшие, запавшие глаза, белоснежная кожа теперь отдавала в синеву.

Его Величество Фердинанд Второй велел приезжать в столицу, потому что откладывать свадьбу и дальше уже нельзя. Гратан и окрестности давно считались безопасными, и король верил, что на этих землях наконец-то должен появиться правитель из Меритана. Путь к столице с большим сопровождением не близок, к тому моменту её рыцарь наверняка уже разберётся с трактом, несмотря на то, что там гораздо больше настоящего сопротивления — старых лордов Альмерэ и их воинов.

Встав, Элоиз захотелось схватить что угодно, пусть даже драгоценное зеркало, и запустить в стену — но она себя сдержала, конечно.

Как и положено леди.

Её план, её видение будущего, которые совсем недавно казались такими кристально чистыми, такими настоящими, что можно сжать их тонкими пальцами — стали рассыпаться как пыль сквозь пальцы.

Время вместе пошло им на пользу, но сейчас он вновь был далеко. И рядом с ней. Будто она поглощала её магию, сама воздействовала на него.

— Леди Элоиз, — в дверь постучала её личная служанка. — Вас искала леди Валле.

— Иду. Передай ей, что я очень плохо себя чувствую, но сейчас приду, — с дрожью в голосе произнесла хозяйка Гратана.

Последний вдох всей грудью, и она покинула комнату. Две другие служанки, сидящие в покоях, сразу же окружили её атмосферой заботливости и тепла, сожаления, но не жалости, потому что, несмотря на все свои трудности, леди Элоиз была такой сильной, такой гордой.