Окружение…
Раньше в него входили я и Жан.
— Во дворце будут родственники сэра Ульрика, — испуганно прошептала Трин.
— Его тело уже должно быть на пути в родовой замок, — к разговору присоединился сэр Мориц.
От изначального состава рыцарей почти ничего не осталось. Сэр Ульрик погиб, сэр Имре погиб, а сэр Конрад оказался предателем и теперь, вероятно, скрывался где-то вместе с мятежниками.
Рыцари были благородными лордами, и их потеря воспринималась совсем иначе, чем смерть солдат — обычных людей, похожих на тех, среди которых я выросла. Конвоиры даже пальцем не тронули светловолосого пленника, обращаясь с ним куда лучше, чем с нашими слугами.
— Готовьтесь, — добавил сэр Мориц с улыбкой и направил коня вперёд.
Казалось, нас вышла встречать добрая половина города. Крики радости, приветствия, восторженные возгласы «Сэр Гектор! Это сэр Гектор с отрядом!» и «Тракт свободен!» доносились со всех сторон. Многих рыцарей узнавали в лицо — об этом походе судачил весь Альмерэ последние много месяцев.
— Расступитесь! — к нам приблизилась конная городская стража и принялась бесцеремонно расталкивать толпу, убирая людей с дороги. Нас провели по улицам предместий и без проблем пропустили через огромные ворота. Защищённые. Первые из многих.
За воротами город сразу обрушился на нас плотной массой звуков и запахов. Узкие улицы тянулись вверх и в стороны, зажатые между высокими каменными домами с нависающими этажами, чьи деревянные балки потемнели от времени и копоти. Из открытых лавок тянуло кислым вином, дымом очагов, сырой кожей и прелым зерном. По мостовой текла мутная жижа, смешанная с отходами, и копыта лошадей чавкали в этой грязи. Люди носили шерсть и грубый лён, их плащи пропитались дождём и потом, лишь на богачах изредка мелькали меха и яркие ткани.
Где-то вдалеке раздался глухой звон колокола с высокой башни, которую можно было разглядеть с главной улицы — самой широкой из всех.
***
— Прошу, сэр Гектор, ваши покои готовы. Его Величество ожидает вас через два часа, — к нам подошёл сенешаль дворца, знакомый с рыцарем, и сразу указал на нас безмолвным, расторопным слугам. — Купальня готова и для вас, и для вашей каэри.
Толпившиеся в передней придворные смотрели на сэра Гектора с опаской и любопытством, но одновременно с этим в их взглядах я читала… некое превосходство. Все здесь знали, кем является этот мужчина, возвышающийся над остальными почти на голову. Покрытый шрамами и кровью — по крайней мере, его одежда, ведь лицо сэр Гектор успел протереть влажной тряпкой.
Теперь я понимала, о чём предупреждал Матьё.
Матьё… Его, как и Иру, никто больше не видел. Возможно, его убили, и мы просто не нашли тело, а может, он сумел сбежать. Или его похитили.
— У нас пленник из сопротивления. Я передал Зорану, что он благородный, но я видел его в деле. Рекомендую усилить стражу, у него может быть магия. Мы пока не знаем имени его рода.
— Но вы уверены, что он из знатных?
— Я всегда их отличу, — равнодушно бросил сэр Гектор.
«Их», — эхом отозвался кто-то за нашей спиной, но, обернувшись, я увидела лишь группу вежливо улыбающихся аристократов.
На меня почти не обращали внимания, и, продвигаясь по коридорам дворца, я начинала понимать почему. Каэри здесь не были редкостью, но в отличие от меня, привыкшей к грязи полевых условий, они походили на экзотических птиц — ярких, в летящих, развевающихся платьях, с кожей белой, как снег, без единого изъяна.
— Гектор! Как же я рада, что ты добрался, что выжил! Я слышала о случившемся, какая трагедия! Бедный сэр Ульрик!
Голос леди Валле гремел даже громче, чем в Гратане. Скорее всего, она очень хотела, чтобы её услышали окружающие, чтобы все знали о её причастности.
Поход сэра Гектора стал самым важным событием в Альмерэ за последние годы. Дорога в Салену открыта, участников и их семьи ждёт бесконечный почёт, а многие оруженосцы теперь сами станут рыцарями.
И Жан тоже мог бы…
— Ты уже поприветствовал Тристана и отца? Как младший рода Нокс…
— У меня нет рода, я не принят отцом. Кроме того, уверен, официальное приветствие может подождать, пока я не смою кровь своих противников.
В коридоре будто похолодало. Я кожей чувствовала напряжение между ними, понимая, что происходит нечто странное. Как сэр Гектор относился к отцу и брату?
— Но Бастиен очень хотел тебя увидеть! Уверена, отношения между вами изменятся после всего, что произошло. Ты приносишь только гордость роду Нокс…
— Я не вхожу в род Нокс, — тихо, но непримиримо ответил сэр Гектор.
Только сейчас я осознала, каким изощрённым унижением было отправить его — измотанного дорогой, в засохшей крови врагов и без отдыха — на поклон к отцу и брату.
До того, как он переговорит с самим королём.
Острое сочувствие стянуло грудь, и я сделала то, о чём прежде не могла и подумать. Покачнулась, закрыв глаза и тяжело дыша, изображая слабость. Прижалась к сэру Гектору, который сразу же подхватил меня на руки. Тело мужчины было каменным, полным невысказанной ненависти — не к тёте, но, похоже, к главе рода Нокс. Но руки сжимали меня непривычно бережно.
— Леди Валле, я как раз собиралась навестить Тристана и обсудить с ним подготовку к нашей свадьбе, а также к предстоящему турниру в честь героического возвращения отряда, — прозвучал тёплый, исполненный искреннего восхищения голос леди Элоиз Каноссы, вышедшей из своих покоев в сопровождении служанок. — Благодаря таким героям, как сэр Гектор, слабые и беззащитные женщины вроде меня могут спать спокойно. Он знает свой долг так, как никто другой.
***
Сэр Гектор прощался с леди Элоиз и своей тётушкой куда теплее, будто присутствие молодой леди влияло на него успокаивающе. Наверное, так и было…
И в какой-то мере леди Элоиз помогла сэру Гектору избежать неприятного разговора с отцом, причём сделала это так изящно, что все остались довольны.
Хозяйка Гратана широко улыбалась, глядя на рыцаря глазами, в которых читался лишь им двоим понятный диалог. По сравнению с ней и леди Валле мы с Гектором — грязные, измотанные дорогой, проведшие последние дни в бесконечных стычках и бегстве от преследователей — выглядели особенно жалко.
В купальне, приготовленной специально для нас, лениво плескалась вода. Сэр Гектор усадил меня на скамью, но я почти сразу поднялась и принялась раздеваться, не стесняясь ни его, ни присутствующей здесь банщицы.
— Вас давно не было в столице, сэр Гектор… — Женщина узнала рыцаря и смущённо улыбнулась. Её лёгкое платье, пропитавшееся паром, облепило пышные формы, мягкую полную грудь, крутые бёдра.
— Оставь нас, — глухо бросил рыцарь.
После встречи с леди Валле он почти не разговаривал, и теперь, когда Элоиз не было рядом, его настроение снова начало стремительно портиться.
Банщица выглядела обиженной и даже расстроенной, но спорить не решилась. Мужчина даже не дождался, пока закроется дверь. Подхватил меня за бока и усадил в огромную деревянную ванну, наполненную горячей водой с травами — она была раза в три больше той бадьи, к которой я привыкла.
Я ахнула от неожиданности и невольно сжалась, но быстро привыкла к жару, разворачиваясь к рыцарю. Тот избавлялся от одежды быстрыми, резкими движениями. В полумраке купальни каменные мышцы его спины и ягодиц казались ещё массивнее. Гектор быстро обтёрся влажной тканью, смывая пот и чужую кровь, прежде чем присоединиться ко мне.
В полнейшей тишине — только плеск воды наполнял пространство, и наше почти бесшумное дыхание.
Так же бесшумно мужчина подхватил мыло, стоящее рядом на грубо сколоченной табуретке, и направился ко мне. Развернул, отвёл от шеи волосы, подцепив пальцами ненавистный ошейник. Помассировал уставшие плечи и шею так, что мне захотелось застонать от приятных ощущений.
Моя сила медленно текла в него — не слишком много, я особо не восстановилась.
