— Хорошо.

Когда я вернулась с обедом, Ри уже уткнулся в магофон.

— Вирта приедет через пол часа.

— Она у вас герой, — не скрывая уважения, заявила я.

Ри хмыкнул, а затем грустно посмотрел на пюре, когда я поставила тарелку на подушку, лежавшую на его коленях.

— Придется тебе денек пострадать, — развела руками я.

Глава 11. Где все пируют.

Восстановление заняло два дня. Два дня моих уговоров не ползти сломя голову спасать мир, есть легкую пищу и вести себя, как примерный пациент. Но на третий день, почувствовав себя бессмертным, Ри проснулся раньше меня и отправился в душ. Я заметила побег только тогда, когда этот невозможный мужчина вошел в комнату в одном полотенце, обернутом вокруг бедер.

Оставить такие виды без внимания я не смогла — поманила пальцем. В голове вспыхнули самые вкусные образы, и я определилась со своим утренним меню. Полотенце осталось на полу, а довольно улыбающийся Ри покорно лег на кровать.

Я медлила, любуясь своим мужчиной, впитывая и запоминая магию момента. Вот он, весь в моей власти, уже готовый на любые подвиги, но сдерживающий себя по моей молчаливой просьбе.

Я все еще осторожничала, садясь сверху, ласково провела руками вдоль стройного мужского тела. Короткие острые ногти слегка царапали кожу, вызывая тяжелое дыхание Ри и толпу мурашек у нас обоих.

Шея — длинная и изящная, достойная воспевания в стихах, податливо открылась навстречу откровенным поцелуям. Подбородок, ключицы, плечи, грудь — все в нем было идеально. Или это я окончательно сошла с ума?“Только не в губы! Только не в губы! Пропадешь, и задумка твоя утонет в розовом тумане” , — настоятельно напоминала себе. А так хотелось…

Но и в затеянной мною игре надолго меня не хватило. Спустившись вниз поцелуями, я прикрыла глаза от удовольствия и позабыла обо всем, лаская нежную кожу языком и губами. Глубже, быстрее, не обращая внимания на тихие стоны, на то, как натягивается простынь под пальцами мага, на сильную руку, перебирающую мои волосы. Наслаждаться им без условий, стеснения и хисовых правил ордена. Каждый миллиметр его тела стал моим самым вкусным блюдом.

— Ммм.

Тяжелый стон, как высокая нота конца поэмы, судорожный вздох и пульсирующая плоть в моей руке.

— Иди сюда, — хриплый приказ, сопровождался цепкой хваткой мужских рук.

Ри потянул меня вверх и тут же оказался сверху. Нависая, он пристально смотрел на меня пламенем глаз, обжигая кожу без прикосновений.

— Продолжим, — не спросил — утвердил десерт и принялся дегустировать.

“Надо почаще его дразнить. Хороший эффект” , — промелькнуло в голове, когда сытая и довольная я восстанавливала свой разум, лежа на груди Ри. Он ласкал мое бедро, то слегка касаясь кожи подушечками пальцев, то сжимая ладонью — его излюбленная форма общения с моим телом. Случайное движение, и рука соскользнула по влажной коже, остановившись на все еще пылающих губах.

— Ммм.

Стон слетел с губ сам собой, когда остаточная волна наслаждения легкой дрожью пробежала по телу, вызвав тихий смех начальника этого безобразия.

Так и закончилось наше двухдневное воздержание, и жизнь потекла по привычному руслу. Ри занимался своими контрабандистами, я — магисервисом, а Фи сторожила дом лучше любого заклинания.

И вот наконец настал тот день, когда я, крепко стискивая ручки тряпичной сумки с продуктами, вышла из магикара Ри под его недовольным взглядом. О да, мужчины этого не любят:“Спасибо, дорогой, что подвез. Буду завтра и помятая. Люблю не могу и воздушный поцелуй в конце” , — предвкушая расставание с одним дорогим человеком и ожидая встречи с другим, кокетливо напел внутренний голос.

— Я на связи. Наверное… — сообщила я в открытую дверь авто.

— Уж будь добра, — ответило само ворчание.

И здесь бы мне мило улыбнуться, сказать что-нибудь ласково-успокаивающее, но я продолжала довольно скалиться, будто радуясь тому, что вырвалась из лап одного архимага. Брови на лице Ри сошлись еще ближе, губы сжались в тонкую линию, а по пальцам пробежала мелкая волна магии.

— Все, больше тебя не злю. Уже заранее скучаю, но не уверена, что это надолго.

— Иди.

Я захлопнула дверь и направилась к высокому зданию, построенному из стекла и камня. Один из самых престижных жилых домов Бренга располагался рядом с центральным парком. Квартиры здесь стоили целое состояние, а престиж вызывал у простого народа горькую слюну зависти.

Массивная дверь распахнулась передо мной, впуская в просторный холл.

— Добрый день, эйла. Кого мне оповестить о вашем приходе?

— Меня зовут Джои Харт. Я в квартиру четыреста восемь.

— Одну минуту.

Консьерж — статный мужчина лет шестидесяти, с приятной улыбкой и модно подстриженными усами — набрал код на панели административного магофона. Перебросившись парой фраз с хозяйкой жилища, он вновь обратился ко мне:

— Проходите, эйла Харт. Приятного вам дня.

Коридор вывел меня к лифту. Тот, чуть подумав, доставил меня на восьмой этаж. А там меня уже ждали.

— Кто играет лучше всех?

— Инженерный факультет!

— Кто ловки, смелы и быстры?

— Интеллекта программисты!

— Е–ей!

— Эви, ты уже начала, что ли?

Я зашла в распахнутую дверь и оказалась в объятиях подруги. Легкое хлопковое платье, которое больше открывало, чем скрывало сочную фигуру, явно указывало на желание посидеть с комфортом и долго.

— Я хочу выпить за наше знакомство.

Непросто мне было одной без тебя.

Пожалуй, не стоит заказывать “Фросто”.

Мы выпьем старинного, сердце губя.

Подруга помахала перед моим носом початой бутылкой красного “Пикри” многолетней выдержки. Я сняла обувь и прошла на кухню.

— Все настолько плохо?

Подруга плюхнулась на мягкий стул из какого-то дорогущего дерева. Откинув голову на спинку, она вперилась взглядом в потолок и тяжело выдохнула:

— Я так больше не могу-у… Я уйду из группы.

Эви, больше известная под псевдонимом Флекс, посмотрела на меня с обреченностью в глазах. Эта трехлетняя эпопея с гитаристом группы довела до ручки уже все их окружение.

— Он совсем дурак, да?

— Да тьфу. Ты мне лучше расскажи, для кого второй билет.

Эви мотнула головой, отчего ее белокурые волосы разметались по плечам.

— Для того, кто меня подвез. Но жди уже, я гораздо шустрее, чем твой Уилл. Сейчас приготовим много вкусной еды!

Я знала, что приду в мир тлена и разбитых сердец, поэтому решила хоть как-то порадовать подругу и приготовить ее любимые блюда самой, а не заказывать в ресторане.

— После концерта в Бренге я хочу съездить к маме.

— Ого! Даже так? Их сиятельство эйла Эбенти ожидает большой сюрприз. Сколько ты с ней не общалась?

— Сколько я пою на сцене? — Эви задумалась. — Шесть лет.

— Неблагородное это дело — скакать перед публикой в откровенных нарядах.

— Неблагородное… — печально согласилась певица.

— Зато моя матушка может мной гордиться. У меня нет ни слуха, ни голоса, — рассмеялась я, стараясь сбить напряжение.

— Поедешь со мной?

— Поеду, — мерно стуча ножом по доске, ответила я.

“Прихвати с собой отряд Рассвета. Желательно в полном составе. Встреча будет теплой. Я бы даже сказала жаркой” , — подсказал неплохой вариант внутренний голос.

Мы болтали о ерунде. О всем, что не имело никакого значения: старые друзья, смешные воспоминания, забивающие звенящую тишину. Но вот блюда расставлены на столике в гостиной, вино разлито, а действительно важные темы сгустили своей тяжестью воздух.

— Что Уилл? — начала первой я.

— Может лучше с тебя?

— Мной заполируем. Давай, выкладывай.

Боль, отразившаяся в глазах Эви, сдавила сердце. Твердолобый дурак.

— Перед поездкой в Бренг он ездил на могилу жены. Да сколько можно страдать?! Три с половиной года прошло, — вспылила Эви, чуть не расплескав напиток. — Он вернулся каким-то странным. Задумчивым, что ли… Все смотрит искоса так, чтобы я не заметила, и тут же отводит взгляд. Парни пытались с ним поговорить, но…