— Алан!

Вирта подлетела к своему каменному герою и вцепилась в него, пытаясь успокоить.

— Холодно тут у вас, — возмущенно произнес мужчина, выходя из коридора на плато.

За ним по цепочке показались знакомые лица орденовцев.

— Зорек, ты пропустил все самое интересное, — окликнул командира Полуденного солнца Тео.

— Во-он там еще есть, на что посмотреть, — маг указал на битву двух водный фурий.

— Интересно, что это за девушка? — спросил маг из отряда Зорека.

— Добыча прекраснейшей, — улыбнулся мужчина.

— Ломаем арку и по домам, — устало произнес Ри. — Давай, с двух сторон.

— Может просто скинем?

— А потом скинем.

Шмяк. Послышался глухой удар тела о камни.

— Ариса молодец, — не оборачиваясь прокомментировал Зорек.

Ри хмыкнул шутке старого знакомого, который так вовремя пришел на помощь и ускорил их возвращение домой. Хотелось завалиться на диван, прижав свою шуструю батарейку покрепче и уснуть на пару суток, но у него еще осталось несколько незакрытых задач.

Арка полыхала так, что скорее всего видно было и из соседних поселений. Где они находятся, Ри так и не понял, да и какая, собственно, разница. Алан уже спокойный и уставший стоял и смотрел на огонь, с легкой улыбкой слушая воркование Вирты.

— Ну все, там уже нет ничего, — произнес Зорек и одним мощным потоком снес сгоревший телепорт вслед за телом Пхаре. — Все в цитадель!

Только вернувшись в зал, Ри понял, что все-таки умудрился замерзнуть. Или это отголоски прошедшей битвы? Не важно.

— Всем спасибо за работу. Рассвет, останьтесь, — велел глава Ордена, который прибыл сразу же после оповещения о победе.

Потрепанные и уставшие маги внимательно ожидали вердикта начальства.

— Буду краток. Месяц отстранения без сохранения содержания. Благодарите императора, он впечатлен вашим успехом, а я хотел распустить вас к Хисовой матери. Свободны.

— Не все в Ордене держится на правилах, — заметила Иола.

— Но лучше без самодеятельности, — предостерег ее Чарли, придерживая сломанную руку. — Пойду к целителям загляну, а потом уволюсь.

— Старая песня, — прыснул Тео. — Пойдемте домой.

На первом этаже друзья свернули к выходу, но Ри встал в центре холла и уперся взглядом в окно. Прозрачные ячейки витражей играли преломлением света, соединялись в фигуры магов, создавали общую композицию из разрозненных деталей. И чем больше Ри смотрел на них, тем четче складывался пазл его собственной жизни: яркие картинки последнего месяца выстраивались в единый родной образ.

— Ри, ты чего?

Тео удивленно приподнял бровь.

— Я, пожалуй, зайду в канцелярию.

— Увидимся.

Попрощавшись со всеми, Ри зашел за нужными бумагами. Много времени это не заняло, поэтому можно было решить этот вопрос сейчас, раз уж он здесь.

Обратный путь Ри практический не запомнил, то и дело проваливаясь в полудрему. Но он знал, что дома его быстро поставят на ноги.

— Ри! — взволнованно воскликнула Джо, спеша к нему навстречу. — Ты в порядке? Я так волновалась.

Поцелуи, объятия, аромат цветов, расставленных по подоконнику холла — все это теперь его реальность.

— Поешь и отдыхать. Я тоже натерпелась… — бормотала Джо, пока Ри послушно шел за ней на кухню и усаживался за стол.

— А ты? — спросил маг, заметив лишь одну тарелку.

— Я уже ела, хоть и кусок в горло не лез.

— Тогда подпиши пока этот документ.

— Что это? — удивленно спросила Джо, опасливо глядя на документ.

Листы зашуршали, а на кухне воцарилось молчание, нарушаемое лишь звоном ложки по тарелке.

— Ри, ты серьезно? — наконец-то выпалила девушка, забыв после этого закрыть рот.

— Ручку найти?

— В шкафчике есть.

Джо неловко махнула рукой куда-то в сторону плиты, положила листы на стол и направилась к кухонному гарнитуру. Ри улыбнулся, глядя ей вслед, а затем перевел взгляд на бумагу, где крупными буквами чернел заголовок: “Брачный договор”. Подпишет, куда она денется.

Эпилог

Кабинет главы Ордена

Все три дня после финальной битвы прошли в суматохе и паломничестве подчиненных в кабинет начальства. Очередной стук в дверь оторвал Фелтиса от чтения отчетов по делу Пхаре. Эти вояки до сведенных скул ненавидели складывать слова в предложения, зато очень любили приукрасить свои боевые заслуги. Каждый из командиров описал операцию по-своему, не забыв упомянуть, что именно он внес самый весомый вклад в победу в надежде получить премию или дополнительный отпуск.

— Войдите, — велел Фелтис, переплетая пальцы поверх макулатуры.

В кабинет вошел высокий мужчина, строгий вид которого слабо вязался с его мягкими, почти идеальными чертами лица.

— Приветствую вас, главный архимаг, — отчеканил командир отряда Сумерек. — В ходе проверки личностей магов, участвовавших в беспорядках на трибуне, и их последующего допроса…

— Льюис, прекрати, — глава Ордена снял очки и устало потер переносицу. — Говори нормальным языком.

— А, да, конечно, — стушевался вечно собранный и официальный командир. — Так вот, мы допросили семерых выживших. Трое из них применяли иномирное заклятие, сжимающее пространство, но точную формулу узнать не удалось. На эту зону мозга поставили блок. Матильда расстаралась и успела выловить некоторые детали, но над ними еще придется поработать.

— Пусть запишет на кристалл и передаст в отдел разработки магических заклинаний. Посмотрим, что с этим можно будет сделать, а вы, — Фелтис сощурился и указал пальцем на Льюиса, — зайдите в канцелярию и подпишите договор о неразглашении.

Командир отряда сумерек коротко кивнул и направился к выходу.

— И Матильду прихвати, — прилетело ему в спину.

Глава Ордена перевел взгляд на одну из стопок бумаг. На ее вершине красовался рисунок того самого артефакта, которым люди Пхаре проделывали ровные отверстия в горной породе. Фелтис по достоинству оценил изящество конусообразной машины с острыми спиралями лезвий, которые при вращении крошили камень. Куда девал остатки грунта Пхаре, в Ордене не знали, но самым логичным вариантом была магия воздуха. В итоге после эксперимента странный агрегат был поставлен на учет и получил инвентарный номер КА-7568-ЦУ.

“Полезная штука” , — усмехнулся Фелтис и, выудив из ящика чистый лист бумаги, принялся писать указ о массовом производстве.

Десять лет спустя

— Джо, кофейку? — произнес встревоженный механический голос.

— Если с коньяком, то да, — в очередной раз проносясь мимо кофеварки, буркнула я.

— Что ты как наседка? — успокаивала Фи. — Дети едут на природу. Чего-нибудь, да найдут пожевать. По данным сети в той местности есть много полезных корешков, ягод и грибов.

— Сырых.

Я скептически посмотрела на кофеварку, которая вот уже восемь лет выдавала мне ценные советы по воспитанию нового поколения семейства Ленгли.

— А что не так?

— Мам, мам, — внеслась в кухню Эстер, протягивая мне на маленьких ладошках основательно подгоревшего плюшевого медведя.

Губы старшей дочери подрагивали, а глаза наполнились горькими слезами утраты лучшего друга (очередного, надо сказать).

— Это не я! — явно чуя, что ему сейчас влетит, поспешил оправдаться младшенький. — Мам, оно само.

— Оливер, — простонала я.

В голове пронеслась череда лекций свекрови о том, как выжить, когда весь дом в огне, а отец детей делает вид, что все в порядке.

— Может все-таки грибочков? — вставила пять арков Фи.

Я посмотрела на стопку контейнеров для пикника, на который Вирта и Алан традиционно забирали нашу детвору каждую вторую субботу месяца. Их девятилетние близнецы дружили с нашими погодками — чаще всего против родителей и основ безопасности.

— Что здесь происходит? — вышел на сцену создатель пожароопасного ребенка.

— Ранение солдата на боевом посту, — мой голос так и сочился сарказмом.

Ри приподнял бровь, а затем посмотрел с затаенной гордостью на подпаленного медведя. Правый глаз игрушки оплавился и растекся по меховой щеке. Дочь с надеждой вглядывалась в лицо отца, ища поддержки, а сын внимательно изучал свои носки с эмблемой факультета огня магической гимназии Нойора.