Нравится ей это или нет, но она застряла со мной.

— Зои. Иди сюда.

Она не потрудилась обернуться или даже посмотреть в мою сторону. Я хотел злиться на нее, но ее бунтарский настрой только усиливал жар пламени, щекочущего мои чувства. Если я не буду осторожен, то вскоре окажусь полностью им поглощен, не в состоянии принимать какие-либо рациональные решения. Этого не может случиться.

— Зои. Если мне придется самому подойти и забрать тебя, я это сделаю. Но тебе это определенно не понравится.

То, как она обернулась, и выражение ее лица свидетельствовали о том, что у нее наготове была резкий ответ. Она подплыла ко мне с невероятной энергией, как будто готовилась снова и снова давать мне пощечины. Ни одна другая женщина за всю мою жизнь так не поступала. Возможно, они знали, что я могу быть опасен, когда меня разозлят. Но этой девушке было неведомо чувство страха. По крайней мере, не передо мной.

Когда она оказалась в нескольких футах от меня, но вне пределов моей досягаемости, она перестала плыть, с ненавистью сузив глаза.

— Чего ты хочешь? Я нарушила какое-то неизвестное мне правило? Съела последние твои любимые хлопья?

Казалось, весь гнев и досада улетучились, когда я увидел печаль в ее глазах.

— Я хотел сказать тебе, что твой отец скоро полностью поправится. Через несколько дней он отправится домой. Вот и все. — Исправить то, что было сделано — невозможно. Я встал, сделал глубокий вдох и направился прочь.

— Подожди.

— В чем дело, Зои?

— Спасибо, что сказал мне. Прости, что я так отвратительно себя вела. Я понимаю, что ты пытаешься выполнять свою работу.

Я слегка наклонил голову и несколько раз кивнул.

— Ты и твоя безопасность — единственное, на чем я могу сосредоточиться. Я пообещал это твоему отцу, моему лучшему другу. Надеюсь, для тебя это что-то да значит.

— Да, значит. Почему бы тебе не пойти поплавать?

— У меня есть на примете кое-что получше.

— Получше, а? И что это?

Я повернулся и приподнял темные очки, внимательно изучая ее.

— Как насчет прогулки под парусом и снорклинга?

Зои смотрела на меня, как мне показалось, целую минуту, прежде чем ответить.

— С удовольствием. — Она протянула руку. — Друзья?

Взглянув на ее протянутую руку, я глубоко вздохнул, прежде чем присесть на корточки и принять ее жест.

— Друзья.

Жаль, что электрический разряд, прошедший через нас, был таким сильным, что мы оба одновременно затаили дыхание.

Ага, будто это тема с друзьями будет такой простой.

ГЛАВА 13

Мэддокс

Была одна вещь, которую рассказала мне моя мать, и она засела у меня в голове даже после стольких лет. В один из редких моментов просветления она напомнила мне, что у женщин есть врожденная способность пробираться мужчинам под кожу.

Именно это и делала Зои, выставляя напоказ свое сексуальное тело в откровенном купальнике. Вздохнув, я заставил себя взглянуть на горизонт, осматривая периметр, постоянно опасаясь, что кто-нибудь выследит нас. Без прикрытия мы стали бы легкой добычей.

— Это невероятно, — промолвила Зои, стоя и наблюдая, как я поднимаю парус, отступая назад, когда ветер сразу же начал относить судно дальше в бухту.

— Это еще одна моя малышка, но я не могу уделять ей достаточно времени.

— Она. Всегда ли яхты ассоциируются с женщинами?

— Не всегда, но я постоянно считал, что управлять яхтой — все равно что держать в руках красивую женщину. От тебя требуется узнать все нюансы о том, что ей нравится и как она предпочитает, чтобы ей управляли, для того, чтобы заставить ее мурчать.

Даже при ярком солнечном свете я заметил, что Зои покраснела и прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Или закричать. Я не был до конца уверен.

— На самом деле это… довольно глубокомысленно.

Я был тем, кто рассмеялся, уже чувствуя, как напряжение спадает. Она помогла мне собрать корзинку для пикника, и я нашел и исследовал еще более уединенную бухту, куда собирался ее отвести. День был прекрасным, на небе ни облачка.

— Не знаю, как насчет глубокомысленности, но такой тип парусника может быть достаточно сложным, поэтому мне потребовалось некоторое время, чтобы научиться управлять им самостоятельно. Как только я это сделал, уже не мог представить себя на другом судне.

— Она огромная.

— Ох, маленькая овечка. По сравнению с некоторыми из них она совсем маленькая.

Я употребил ласковое обращение к ней, которое, как обещал себе, больше никогда не повторю. Казалось, это ее не смутило и не разозлило. Зои танцевала под музыку регги, которую я включил, с лимонадом в руке. С того места, где я стоял, она казалась ангелом, посланным с небес, золотой свет солнца подчеркивал ее темные кудри и фигуру в форме песочных часов.

Я заставил себя отвернуться, прежде чем стало бы очевидно, что я не могу думать о ней без нарастающего желания. Между нами снова возникло напряжение, которое постоянно возникало в течение последних двух дней.

— Могу я задать тебе вопрос?

Внезапно она оказалась прямо за моей спиной, аромат духов, которыми она воспользовалась этим утром, уже сводил меня с ума.

— Конечно. Но мне нужно держать штурвал, так что тебе придется стоять за мной.

— Почему ты работаешь на моего отца?

— Потому что в детстве у нас с ним были одинаковые взгляды на жизнь, одинаковое жгучее желание преуспеть во всем, к чему мы прикасались.

— И это действительно все?

Я рассмеялся.

— Мы были приятелями, и нам нравилось все делать вместе. Он прикрывал мне спину, как я прикрывал ему. Несколько лет превратились в еще несколько. Мы через многое прошли, он и я. Но я бы ни за что не стал менять то, как сложилась моя жизнь.

— Ты хорошо знал мою мать? Ну, я имею в виду, если ты был так близок с моим отцом, то знал ее с самого начала их отношений. Верно?

Я оглянулся через плечо.

— Достаточно хорошо. Он держал многое из их отношений в секрете, и я никогда не приставал к нему по этому поводу. Однако твоя мать была яркой звездочкой и подарила твоему отцу несколько невероятных лет жизни. Ты напоминаешь мне ее.

— Правда? — лицо Зои озарилось ярче, чем я видел за долгое время.

— Ага. Однако я очень рад, что Арман нашел кого-то другого. Он стал гораздо более счастливым человеком и не таким придурком.

Зои расхохоталась.

— Ну, это да. И все из-за красивой, дерзкой женщины. Представь себе.

— Ага, представь себе. — Я бросил на нее взгляд, снова чуть не рассмеявшись. Когда Зои была игривой, казалось, что мир становится светлее.

— Почему у тебя никого нет?

— Я говорил тебе почему.

— Но если мой отец может это сделать, то и ты сможешь.

Я пожал плечами в ответ.

— Вот видишь. Ты снова отказываешься мне отвечать. Может быть, все девушки бросали тебя. Какие у тебя есть плюсы? — она подзадоривала меня, постукивая длинным пальцем по губам. — Почему бы мне не помочь тебе? Ты красив, но на грубый манер, хотя и пытаешься притвориться обходительным. Ты действительно хорошо выглядишь в костюме, но, честно говоря, я думаю, что праздничные шорты тебе идут гораздо больше. — Зои криво улыбнулась мне, приподняла солнечные очки и помахала рукой перед собой, как будто ей было жарко, и она была чем-то взволнована.

— Ага. Хорошая попытка.

— О, я говорю серьезно. Дай мне подумать. — Она что-то напевала себе под нос, покачивая бедрами взад-вперед так, что мне пришлось постараться сосредоточиться на том, чтобы двигаться в правильном направлении. — Ты сварливый мужчина, особенно когда не добиваешься своего, но у тебя врожденная любовь к приключениям. Это плюс. Ты разбираешься в винах и шампанском, и я уверена, что ты точно знаешь, как вести себя с дамой на свидании. Какое свидание было бы идеальным для тебя?