— Ты смотрел на руны на входной двери? — спросил Игги. — Я имею в виду, смотрел внимательно?

Алекс пожал плечами, пытаясь вспомнить.

— Кажется, да, — ответил он уклончиво. — Там есть руна гармонии, связанная с парой рун привязки и руной неподвижности. Может быть, руна поглощения?

— Ты можешь создать эти руны? — спросил Игги, искоса поглядывая на него, пока такси тащилось по туманным улицам.

— Да, — ответил Алекс, поразмыслив. — Мне пришлось бы изучить пару из них, но они не такие уж сложные.

— Значит, если бы у тебя не было ключа, ты бы смог нейтрализовать эти руны? Ты бы смог проникнуть в особняк?

Алекс открыл рот, но тут же закрыл его. Игги был прав: руны на двери не такие уж сложные. Любой рунный маг со средними способностями смог бы обойти их с помощью руны нейтрализации. Но Игги никогда бы не оставил особняк без защиты, тем более что "Монография Архимеда" просто лежала на полке в библиотеке.

— Нет, — предположил Алекс. — Вряд ли я смог бы проникнуть внутрь.

— И ты был бы прав, — усмехнулся Игги.

— Но я не понимаю почему.

— Это потому, что ты мыслишь в двух измерениях. — Игги широко улыбнулся и заговорщически наклонился к нему. — Любой рунный маг, достойный своего звания, смог бы нейтрализовать эти руны на двери, если бы они были единственным, что защищало дом.

— Я видел руны на двери, — сказал Алекс. — Они не связаны с рунами на фундаменте или на окнах.

— Конечно, связаны, — ответил Игги. — Они связаны с очень мощной рунной конструкцией, которая охватывает весь дом.

— Но когда входная дверь открыта, она даже не соприкасается с домом, — возразил Алекс. — Как она может быть частью более крупной конструкции?

Алекс знал, что руны можно соединить в конструкцию с помощью чего-то простого, например карандашной линии, но как Игги мог сделать так, чтобы руны на двери не разрушались каждый раз, когда она открывалась?

— Ты не до конца продумываешь, парень, — сказал Игги. — Ты уже знаешь, как это сделать.

Алексу не нравилось, когда Игги так делал. Часть его метода обучения заключалась в том, чтобы дать Алексу все части головоломки и подождать, пока он сам их соберёт. Предполагалось, что это помогает ученику по-настоящему усвоить материал. Но пока единственное, что Алекс усвоил, — это свой характер. Что, если подумать, было большим достижением.

— То есть ты хочешь, чтобы я мыслил в трёх измерениях, — сказал он, размышляя вслух. — У рун есть высота и ширина, но ты хочешь, чтобы я добавил глубину. Но бумага плоская, как и руны на входной двери. Значит, ты имеешь в виду не глубину... а расстояние.

Он поднял глаза и увидел, что Игги сияет от радости.

— Руны на входной двери нельзя нейтрализовать, — заявил Алекс, — потому что они, лишь часть конструкции. Остальное находится где-то в другом месте, в безопасности от вмешательства рунописцев.

— На чердаке, если быть точным, — сказал Игги. — Молодец. А как бы ты разрушил сложную конструкцию?

Алекс задумался. Игги сказал, что он уже знает, как это сделать, но все руны, которые он использовал, были простыми конструктами. Некоторые из них были сложными, но ни в одной из них не использовались удалённые элементы. Кроме...

— Руна побега, — сказал он, кивая. — Она использует связующую руну для соединения с руной-якорем, но при использовании связующая руна должна соприкасаться с обеими рунами-якорями.

— Если только... — протянул Игги. — Если только она не соприкасается с ними.

— Если я смогу связать руны, которые находятся в разных физических пространствах, я смогу установить руны нейтрализации по кругу на расстоянии нескольких городских кварталов, а затем использовать руну поиска только внутри этой области. С помощью руны концентрации я смогу сфокусировать руну поиска и, возможно, увижу, где туман гуще всего.

Игги понимающе кивнул.

— По-моему, вполне осуществимый план, парень. Как насчет того, чтобы я показал тебе, как связать руну с удаленной конструкцией, когда мы вернемся домой?

Алекс кивнул. Он почувствовал, как у него мурашки побежали по коже. Он не был так взволнован с тех пор, как впервые нашел "Монографию". Какое-то время он осваивал только все более сложные руны. Ему казалось, что он не продвигается вперед, не узнает ничего нового. В лучшем случае он просто совершенствовал то, что уже умел. Но сейчас он чувствовал себя так, словно нашел зарытый клад или открыл неизвестный остров. Это была неизведанная территория, и Алексу не терпелось вернуться домой.

Поездка на такси от церкви до особняка обычно занимала пятнадцать минут. К тому времени, как Алекс и Игги добрались до дома, месса уже закончилась почти час назад. По дороге домой они проехали мимо двух автомобильных аварий, после чего таксист решил свернуть с главной дороги на боковую улицу.

— Тебе лучше поторопиться, — сказал Игги таксисту, протягивая ему пятидолларовую купюру. — Этот туман опасен. Сдачу оставьте себе.

Таксист поблагодарил их и медленно поехал дальше, скрывшись в тумане. С рассветом стало легче разглядеть ступеньки, но Алекс все равно держался за перила, поднимаясь по ним.

— Я рад, что у меня есть работа, — признался Алекс, открывая дверь для Игги. — Мне даже думать не хочется о том, чтобы снова выйти в этот туман.

Как по заказу, на кухне зазвонил телефон. Алекс и Игги переглянулись, и Алекс пошел отвечать.

— Наконец-то, — раздался в трубке голос Дэнни. — Я уже час звоню! Ты что, в другую церковь ходить начал?

— Нет, — ответил Алекс, — но ты, наверное, заметил, какой сегодня туман. Что случилось? Я должен встретиться с тобой только после шести.

— Тот парень, о котором ты просил меня разузнать, как его там?

— Чарльз Грир, а что?

— Он же алхимик, да? — спросил Дэнни. — У него лавка в Саут-Сайде? "Философский камень"?

— Полагаю, твой интерес не носит научный характер.

— Нет. Я сейчас стою в его мастерской. Прошлой ночью кто-то вломился туда и хорошенько там всё разгромил.

— Кто-нибудь что-нибудь видел?

— Нет, — ответил Дэнни, и в его голосе зазвучали резкие нотки. — Когда ты сказал, что ищешь этого парня, ты пытался проникнуть в его дом. Может, ты случайно заходил сюда вчера?

— Возможно, я заглядывал в окно, — ответил Алекс. Дэнни достаточно давно работал с ним бок о бок, чтобы знать, как Алекс выполняет свою работу, но они давно договорились не вдаваться в подробности. Так Алексу не приходилось лгать Дэнни или ставить его в неловкое положение, вынуждая лгать ради него.

— Что ж, мне нужно, чтобы ты спустился и рассказал, что пропало, потому что я вижу только беспорядок.

Алекс выглянул в окно кухни и посмотрел на туман.

— Я тебе правда нужен?

— Не хотелось бы, чтобы дактилоскописты нашли твой отпечаток, а тебя не было рядом, чтобы объяснить, откуда он взялся.

— Ладно, — вздохнул Алекс. — Я возьму свои вещи и приеду, как только смогу.

— Я думал, ты не выходишь из дома, — сказал Игги, направляясь в кладовую, где хранил свой хьюмидор.

— Помнишь того друга доктора Келлина, алхимика? Прошлой ночью в его мастерскую вломились.

— Я думал, это ты, — усмехнулся Игги.

— Я не оставляю после себя беспорядка, — ответил Алекс. — Дэнни хочет, чтобы я приехал и посмотрел. Вызови мне такси, ладно? Я поднимусь за вещами.

На нем был коричневый костюм, а к нагрудному карману пиджака был прикреплен значок детектива.

— Я тоже рад тебя видеть, — сказал Алекс. — Узнал что-нибудь с тех пор, как мы разговаривали?

— Сюда, — сказал Дэнни, развернулся и повел Алекса через открытую входную дверь.

Когда Алекс вошел, на фасаде здания не было никаких следов взлома. Стекла витрин и сами витрины не были повреждены, а на двери не было следов взлома или попыток выломать ее. Однако внутри все было иначе. Витрина с банками разноцветных порошков была опрокинута, и ее содержимое радужным узором растеклось по полу. Полки вдоль задней стены были пусты, а пол был завален разбитыми и целыми бутылками.