Получился такой вот своеобразный барьер где-то диаметром в полметра. К небольшому разочарованию, его защитные способности, мягко говоря, оставляли желать лучшего.

Что требовалось для создания барьера? Полноценная связка двух рунных знаков: защита и форма. Если бы я просто пытался создать защиту, то получился бы второй магический источник света. Как бы технически его можно было бы назвать барьером, а вот фактическая польза при этом равнялась нулю.

Поэтому я придумал такой костыль, используя знаки по отдельности. Из-за этого форма практически не имела прочности. Само собой, это можно было исправить знаком «укрепление», но тогда он бы потерял всякую стабильность. Даже в таком состоянии мне приходилось очень стараться, чтобы его поддерживать.

Рунного щита хватало ровно на один удар. Его прочность я проверял на тех же марионетках, позволяя им атаковать щит самыми разными ударами. Сота спокойно принимала и сдерживала любой удар, но только один раз, после чего разбивалась и превращалась в пыль.

Можно сказать, я научился создавать крепкий одноразовый барьер. Правда, пределы его возможностей я физически проверить не мог. Для этого бы потребовалась посторонняя помощь, а с этим как раз возникали проблемы.

Максимум, с кем бы я сейчас мог поделиться своей тайной, — это с семьёй и с моими друзьями. Алиса, Винсент и Виолетта. Эти трое не стали бы распространять информацию ни посторонним, ни членам своего рода. С другой стороны, последнюю я пока знаю не так хорошо, чтобы утверждать наверняка.

Впрочем, пусть пока всё остаётся в секрете. Если они узнают о том, что случилось, у них неминуемо возникнут вопросы, на которые я не смогу ответить. Лучше уж дождаться более подходящего момента. Тем более что у меня появился ещё один повод сходить в Подземелье. Заодно смогу совместить полезное с приятным.

До конца семестра осталось всего ничего. Через неделю начнутся семестровые экзамены. Теорию я сдам безо всяких проблем, а вот с практикой, как обычно, возникнут нюансы. Если, конечно, поступлю как обычно.

Практику можно закрывать не только сдачей нормативов, но ещё и исследовательскими материалами. Главное, чтобы они касались непосредственно монстров. Только этого слишком мало. Даже если принести безупречный доклад, общий балл по практике будет ниже среднего.

Зато можно сходить в Подземелье в качестве экзамена или получить хорошую оценку за начисленные баллы. Поскольку мы с Винсентом и Алисой уже ходили в этом семестре в рейд, я мог спокойно выбить себе хорошую оценку, но…

Зачем тратить баллы, которые в будущем могут ещё пригодиться? Учёба-то станет сложнее, а с этими рунами времени будет всё сильнее не хватать. Баллы, в случае чего, как раз его выиграют. К тому же, как можно упустить возможность стать сильнее?

Значит, буду искать то, где твари ведут себя необычным образом. Такой опыт поможет в дальнейшем лучше адаптироваться к любым ситуациям. Ну и вдобавок мне жуть как интересно, что их сподвигает на такие действия.

— Бестиарий? — удивлённо спросил Люций, узнав о моей просьбе. — Запрос у тебя, конечно, необычный…

— Почему? — удивлённо приподнял я брови. — У нас в Академии ведь преподают науку о магических тварях и местах их обитания.

— Её толком никто не изучает, — покачал головой библиотекарь, поглаживая свои пышные усы. — Существует множество разновидностей монстров. Если ты не собираешься стать жнецом, который как раз занимается правильной разделкой монстров, то смысла изучать их всех нет. На это не хватит ни сил, ни времени. Достаточно узнать, какие в Подземелье обитают монстры, учесть их слабости — и всё. Да и то, сам знаешь, большинству все эти рейды в принципе не сдались.

— Тоже верно, — согласно кивнул я, почёсывая подбородок. — Зачем выживать и рисковать жизнью, когда можно наслаждаться спокойной жизнью в Академии? Желающих стать авантюристами всегда не так много, а должность имперского гвардейца, несмотря на почётный статус, сильно сковывает и редко когда даёт перспективы роста.

— Видишь, сам всё понимаешь, — довольным голосом ответил старик, после чего поднял голову вверх, словно о чём-то задумался. — Я так понимаю, ты собираешься отправиться в очередной рейд, и тебе нужна книга под стать находящимся внутри монстрам?

— В целом, почти, — выждав небольшую паузу, ответил я и шагнул вперёд. — В рейд я собираюсь, но пока с Подземельем не решил. Меня интересует странное, можно сказать, аномальное поведение монстров. В моём последнем рейде порождения Подземелья вели себя очень странно. Например, вождь пожертвовал своими сородичами, скрываясь до последнего ради скрытной атаки, хотя мог им помочь. Также попался гигантский кобольд, который молча смотрел на нас, не спеша атаковать, в отличие от других своих сородичей.

— Так вот откуда такой внезапный интерес к монстрам, — то ли с радостью, то ли с уважением проговорил старик. По тону я его реакцию определить не смог. — Что могу сказать. Есть у меня старые дневники авантюристов на примете, которые поведение монстров описывают. Только там никакой толковой информации ты не найдёшь. Да и в свободном доступе тоже ничего такого не припомню.

— Почему? — вновь недоумённо приподнял я брови. — Это же не засекреченная информация.

— Тут другая проблема, Энкрид, — погладил свои пышные усы библиотекарь. — Я не авантюрист, но тоже немного разбираюсь в монстрах. Они все как один ведут себя по шаблону, следуя заложенным инстинктам. Аномальное поведение — настолько редкое явление, что его не принято записывать в бестиарии. Оно попросту не имеет смысла. Да и попробуй ещё определи, когда монстр выходит за рамки шаблонов, а когда нет. Попадаются же в Подземельях мутировавшие монстры, как, видимо, твой гигантский кобольд. В общем, тут всё сложно и неоднозначно.

— Тогда есть идеи, к кому я могу обратиться за помощью? — немного подумав, спросил я и сложил руки на груди.

— Есть тут в Академии один противный старый хрыч, по-другому о нём говорить язык не поворачивается, — поморщился Люций. — Терпеть его не могу. Поговоришь с ним — и чувствуешь себя выжатым как лимон.

— Речь идёт о профессоре Кромвеле? — уточнил я, невольно вспомнив разговор с Винсентом. Помнится, он упоминал о нём, когда мы разговаривали о монстрах.

— Небось старшие рассказали уже о нём? — задумчиво произнёс Люций, после чего сложил руки за спину и, не дожидаясь ответа, добавил: — Да, он один преподаёт лекции по магическим тварям и местам их обитания на всю Академию. Его лекции, мягко говоря, не самые популярные, пусть и обязательные. Большинство предпочитает раз в месяц сходить на лекцию и забыть её как страшный сон. Тут я, к слову, ничуть не преувеличиваю. Уж очень он как профессор дотошный и любит свой предмет.

— Да не может быть всё так плохо… — проведя ладонью по щеке, с недоверием посмотрел я на старика. — Такого преподавателя давно бы вышвырнули из Академии. Можно подумать, других профессоров, изучающих монстров, в Амрателе не существует.

— Существуют, — повторил за мной Люций. — Только этот считается лучшим в своей сфере. Его не просто так называют ходячей энциклопедией. Ещё бы у него не был такой… как бы это простыми словами описать… нет, занудный характер не подойдёт. Скорее, очень тяжёлый и придирчивый. Брюзга, одним словом. До каждой мелочи готов докопаться. Особенно, если кто-то ему сильно не нравится.

— Если не секрет, откуда вы о нём так много знаете? — с лёгким любопытством спросил я, вновь сложив руки на груди.

— Так ещё бы я не знал своего старого друга, — весело усмехнулся Люций, проводя пальцами по усам.

— О как… — искренне удивился я, не представляя, как реагировать на эту информацию. — Как-то вы не очень лестно о нём отзываетесь… о друге.

— Старые обиды, которые невозможно забыть, — перестав смеяться, Люций нахмурил брови и сморщил лоб, после чего потёр переносицу и с небольшой тоской в голосе добавил: — Знаешь, как оно бывает. Тебя винят в том, на что ты никак не мог повлиять. Тут никакое время не залечит эту рану. Иногда проще отпустить, чем пытаться восстановить то, что восстановить нельзя.