– Всё, мышонок. Успокойся, – глухо говорю ей в макушку, обнимая за талию и притягивая ближе. – Игорь язык за зубами держать будет. Никто ничего не узнает, пока мы сами не решим.

Но она не успокаивается. Варя хмурится, решительно отстраняется и привстала на колени, глядя на меня снизу вверх. В глазах читается обида и та самая уязвленность, которая меня всегда выводит из себя.

– Я для тебя грязный секрет, да, Марк? – её голос дрожит, но она упрямо сжимает губы. – Меня можно трахать в машине и пробираться ко мне ночью, но я не та девушка, о которой можно рассказать семье, верно?

Я тяжело вздыхаю, тянусь и накрываю её ладонь своей, заставляя посмотреть мне в глаза.

– Глупая. Ну какой ты секрет? – говорю я тихо, но твердо. – Мы обязательно им расскажем. Но позже.

– Почему позже? – упрямо спрашивает она.

– Потому что сейчас не время. Родителям нужно время. Я официально с Лилей, а ты, по их мнению, занята своим Рафаэлем. Если я сейчас всё вывалю, это будет скандал. Мать устроит истерику, отец будет в шоке, как это его сын бросает Лилю и влезает в чужие отношения. Я не хочу, чтобы на тебя косо смотрели, чтобы тебя считали разлучницей.

Я вижу, как она вздрагивает, и тут же притягиваю её к себе, прижимая так сильно, чтобы она почувствовала, насколько она мне дорога.

– И не вздумай думать, что ты мой грязный секрет, – я провожу большим пальцем по её скуле. – Я влюблён в тебя, разве ты этого не видишь?

– Вижу.

Я зарываюсь носом в её волосы, вдыхая её запах, чувствуя, как её напряжение медленно тает под моим напором.

Глава 32

Варя

Будильник взвизгнул ровно в восемь утра, но мне показалось, что я только успела закрыть глаза. Три часа сна. Голова была тяжелой, ватной, а под глазами, я была уверена, красуются фингалы.

Рука автоматически тянется на соседнюю сторону кровати. Простыня еще хранит легкий запах его одеколона, но сама она уже остыла. Марка нет. Он уехал в мэрию еще до рассвета. Он теперь там работает – младший аналитик в отделе стратегического развития. Звучит солидно, но по факту: человек только выпустился из вуза, и его задача пока заключается в том, чтобы разгребать бесконечные отчеты, сводить таблицы и варить кофе для начальства.

Но это Марк. У него уже есть пятилетний план, как досидеть от этого стола до кресла главы департамента, и я не сомневаюсь, что он это сделает.

Я кое-как доплелась до ванной. Горячий душ помог немного смыть липкую усталость, но нервы все равно были натянуты, как струны.

На кухне пахло ванилью и поджаристым тестом. Лиза стояла у плиты, ловко переворачивая блины на сковороде. Игорь сидел за столом, сонно листая ленту в телефоне, а Левушка уже восседал на своем стуле, болтая ногами и не сводя глаз с плиты.

– Доброе утро, – пробормотала я, подходя к кофемашине.

– Доброе, соня, – отозвалась Лиза, не оборачиваясь. – Налей и мне, пожалуйста.

Я механически нажала на кнопки: Игорю черный, без сахара, Лизе капучино, а Левушке заварила в отдельной кружке его любимый чай – ромашковый с кусочками сушеного яблока, потому что обычный он пить отказывался наотрез.

Лиза выключила конфорку, вытерла руки полотенцем и наконец повернулась ко мне. В ее глазах плясали хитрые чертики.

– Ну что, Варюш, рассказывай, – она подперла подбородок рукой. – Мы со дня твоего рождения толком нормально не общались, ты в своем цветочном все пропадала. Как тебе сюрприз от Рафаэля?

Я замерла с кружкой Левушки в руках. Сердце предательски екнуло.

– Сюрприз? – переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал естественно.

– Да-да, номер в отеле и романтический ужин при свечах, лепестки... Признавайся, у вас там все произошло? Я требую подробностей! Мы с Рафаэлем, честно говоря, столько сил вложили, чтобы это организовать! Он так хотел сделать тебе идеальный подарок, переживал ужасно.

Я открыла рот, пытаясь придумать, как бы помягче съехать с этой темы, но тут раздался громкий, хриплый звук.

Это Игорь. Он поперхнулся кофе.

Он закашлялся так, что у него покраснели уши и напиток пролился из носа, капал на стол и брызнул на футболку Лизы. Он схватился за салфетки, пытаясь прочистить горло, и яростно стучал себя кулаком в грудь.

Лиза недовольно морщится, закатывая глаза.

– Ты чего, придурок? – она хватает у него со стола стакан с водой. – Ты даже кофе нормально пить не умеешь! И новый топ мне забрызгал! Ух, ну ты и свинья, Игорь!

Игорь жадно глотнул воды, вытер рот. Он поднял глаза и посмотрел на меня. В его взгляде читалось немое осуждение. Он молча встал, забрал свою кружку и быстро вышел из кухни, почти сбежал.

Левушка совершенно не обратил внимания на эту сцену. Он был увлеченно занят своим завтраком: макал блинчики в тарелку с вареньем и закусывал крекерами в форме животных.

– Смотри, Варя, – бормочет он с набитым ртом, – тигр съел блин! А теперь жираф пьет чай!

Я смотрела на закрытую дверь, за которой скрылся Игорь. Внутри все сжалось. Я не могла больше. Я всегда ценила доверие в дружбе, и эта ложь разъедала меня изнутри, как кислота. Я чувствовала себя ужасно из-за того, что скрываю это от Лизы. И если правда все равно всплывет – а она всплывет, – я хочу, чтобы Лиза узнала ее от меня. Я хочу контролировать ситуацию, чтобы это не вышло в искаженном виде, чтобы она не подумала, что мне на нее плевать.

Я поставила свою кружку с кофе на стол.

– Лиз... – начала я тихо, но твердо.

Она оборачивается, чувствуя интонацию.

– Нам нужно поговорить. Про Рафаэля.

Лиза наклоняет голову, ее улыбка слегка сходит на нет, но она кивает.

– Там не было Рафаэля, Лиз, – слова срываются с губ, и становится немного легче. – В отеле, на ужине... там был Марк. Мы с ним вместе. Мы уже давно встречаемся.

Я жду взрыва. Жду, что она сейчас бросит в меня полотенцем, что будут слезы, обвинения во лжи, вопросы «как ты могла смотреть мне в глаза». Я сжимаю кулаки, готовая оправдываться.

Но Лиза просто спокойно берет со стола прихватку и убирает сковороду с плиты. Поворачивается ко мне, опирается бедром о столешницу, и на ее лице появляется легкая, почти снисходительная усмешка.

– Я уж думала, ты никогда об этом не скажешь, – произносит она ровным голосом.

Шок наваливается на меня так резко, что я забываю, как дышать. Мир на секунду замирает.

– Что? – только и могу выдавить я. – Ты... ты знала?

– Варь, ну ты правда думала, что я слепая? – Лиза усмехается еще шире, но в ее глазах нет злости, только теплая ирония. – Я обо всем догадалась где-то неделю назад. Как только увидела, как он на тебя смотрит во время наших семейных ужинов. И, честно говоря...

Она присаживается напротив, вздыхает и качает головой.

– Когда Рафаэль только предложил эту идею с номером и ужином, я сильно сомневалась, что тебе этот сюрприз понравится. Потому что я уже знала, на кого ты на самом деле смотришь, и понимала, что никакой Рафаэль тебе не нужен.

Левушка довольно чавкает, отрывая голову печенью-крокодилу. А я стою посреди кухни, все еще не веря своим ушам, и чувствую, как каменная глыба вины медленно, но верно начинает отступать.

– Господи… Как хорошо, – с губ сорвался судорожный вздох. Я провела дрожащими ладонями по лицу. – Я так переживала… Я прокручивала в голове сотню сценариев, как ты отреагируешь. Думала, ты меня убьешь. Или перестанешь со мной разговаривать. Или…

Лиза молчала. Она сидела напротив, обхватив кружку двумя руками, и смотрела на меня с мягкой, какой-то непривычной улыбкой. Сейчас она была совсем не похожа на себя. Никаких вспышек эмоций, никакого фирменного «ну ты даешь» с закатыванием глаз. Только спокойный, почти материнский взгляд и эта тихая улыбка в уголках губ.

А потом меня словно ошпарило кипятком. Я медленно опустила руки от лица и встретилась с ней взглядом.

– Неужели это было… так заметно? – голос предательски дрогнул. – Ты поняла все по нашим взглядам?