— Руку выше, — холодно велел Валера. — Обе.

— Что блин…

— Руку. Выше.

Констанция скользнула по его бедру на сантиметр.

— Еще что-нибудь хочешь сказать?

— Что ты удивительно бесстрашный человек, Валера.

Через пару минут он дал еще несколько указаний Аврелию, оставляя Констанцию гадать, куда именно они направлялись, а затем достал телефон и набрал кого-то.

Вероятно, Валера не догадывался, что Констанция прекрасно слышала речь в динамике. Правда, сперва не могла понять, какого пола был собеседник, поскольку голос звучал низко и глухо.

— Мы будем через пятнадцать минут, — отчитался Валера, сквозящее в его словах подобострастие так резко отличалось от самолюбования и дерзости несколько минут назад.

— На чем вы едете?

Констанция прислушалась: интонации звучали незнакомо.

— Стажер везет на своей машине.

— Валера, ты идиот?

— Ну а как я должен был ехать? Нас пять человек, два мешка книг.

— Пять человек?

— Ну да, вы сказали взять этого Егора из книги. Я думаю, что освободила его Констанция, так что вы точно захотите ее допросить. Мила наш заложник, а Аврелий — водитель.

Повисла небольшая пауза, и можно было легко представить, как женщина — показалось, что все же женщина — утомленно закатила глаза.

— Зачем тебе отдельный заложник?

— Ну если Констанцию и Егора я должен был привезти, такскть, в сознании, как бы угрожал им пистолетом?

— Не обязательно говорить заложникам, что не собираешься в них стрелять, кретин.

Валера замолчал, обдумывая услышанное.

— Как трогательно, решил организовать коллегам корпоративный выезд, — собеседница Валеры говорила язвительно, с нотками раздражения, но после паузы все же продолжила: — Приедете на место, заводи всех в зал и ждите меня. Придется разбираться с тем, что ты везешь на мою территорию половину отдела охотников.

Два коротких гудка завершили разговор.

Положив трубку, Валера уставился на дорогу через лобовое стекло. Похоже, чувствовал себя некомфортно.

— Знаешь, все еще не поздно высадить хотя бы Милу… — заметила Констанция.

— Я спрашивал?

— Ну, мамочка тобой, похоже, недовольна…

Его лицо покраснело до кончиков ушей.

— Руку выше.

— Валера, серьезно.

— Ты думаешь, я шучу⁈

Вдруг раздался оглушительный хлопок. Валера выстрелил. К счастью — в дверь. В ушах зазвенело. Пульс участился, бешено погнав кровь по венам.

— В следующий раз это будет нога твоей подружки, ясно? — проорал Валера. — А теперь — руку.

Констанция послушно передвинула кисть еще на пару сантиметров.

— А если ты, дорогуша, просто хочешь залезть ко мне в ширинку, так и скажи.

Она постаралась не демонстрировать отвращение к этой идее слишком явно. Уставилась в окно.

— Валера, ты совершаешь ошибку, — произнесла вдруг Мила.

Ее низкий голос звучал обволакивающе и даже не дрожал, несмотря на то, что мгновение назад ее чуть не пристрелили.

— Но еще можно все исправить. Мы готовы помочь. Ты запутался, тебя обманули. Кто бы за этим не стоял, он один ответственен за происходящее…

Валера то ли фыркнул, то ли хрюкнул.

— Милочка, ты никогда меня не замечала, вспоминала о существовании только если я долго стоял у кофеварки или занимал принтер. И погляди, какое сочувствие! Спасибо, конечно, детка, но обойдусь без твоей помощи. Тем более, что я не такой дебил, как ты думаешь: никто меня не обманывал, я служу уже десять лет, это обдуманное решение. И вот это все сейчас, — он обвел пистолетом салон автомобиля — тоже.

Десять лет? Констанция взглянула на его пресное лицо. Библиотеке явно стоило обратить внимание на работу отдела кадров: сначала Ю, теперь это…

— Мы все служим, Валера, — сказала она мрачно, — Книги — их дом, реальность — их тень.

— Не всегда, — захихикал он, а затем вдруг сделал серьезное лицо, — руку выше.

— Но почему? — едва слышно возмутилась Констанция.

— Потому что слишком много болтаешь! Ты вроде умная у нас, должна была уловить смысл игры.

Констанция сдвинула ладонь.

— Скоро до кармана дойдешь, — усмехнулся Валера.

«Ты просто отвратительный, меня от тебя тошнит», — подумала она и постаралась передать это взглядом.

Но у этого типа, кажется, выработался иммунитет к такого рода реакции. О чем тут говорить: ему совершенно спокойно жилось с мыслью, что лучшим способом заткнуть двух женщин было прикосновение к его ноге.

— Метров через двести въезжай в ворота, вон те, что слева, — скомандовал Валера Аврелию.

Тот послушно сбросил скорость.

Они въехали на парковку неказистого пятиэтажного здания из кирпича. Через его большие окна Констанция смогла разглядеть интерьер: шведская стенка недвусмысленно намекала на назначение большого помещения. А она-то, услышав «зал», представила бальную комнату или концертный холл…

Валера велел Егору оставить книги у входа, они вошли внутрь. Уже смеркалось, поэтому в зале было мрачновато. Впрочем, едва глаза начали различать объекты в темноте, кто-то врубил мощные лампы. И это был не Валера.

Все, кроме последнего, принялись озираться.

В эту минуту в ухе Констанции раздалось шипение, а затем голос Ильи где-то на фоне:

— На Салова? Мы на Салова. Какие ворота?

Она даже всхлипнула от счастья.

— Где мы? — спросила она громко.

— Илья! Она на связи! — в самое ухо выкрикнул Артур. — Jesus… Констанция, ты меня слышишь? Если да, покашляй.

Она прочистила горло.

— Оh God! Так, хорошо. Констанция, мы рядом, мы очевидно, очень рядом. Будьте спокойны.

— Ты сам успокойся, — сказал Илья на фоне, а затем его голос прозвучал очень близко: — попробуй описать, что вас окружает.

Тем временем Валера выстроил их в шеренгу, а сам встал, будто учитель физкультуры, метрах в трех. Единственное, что отличало его от физрука — пистолет в руках он держал не для сигнала старта.

— Ну-ка, Конс и Мила, поменяйтесь местами. Конс выше, вы должны стоять по росту, не знаете что ли?

— То, что мы в спортивном зале, не значит, что должны вставать по росту, — ответила Констанция.

Да, это прозвучало не слишком остроумно, зато дало подсказку команде, где их искать. В ухе начали раздаваться различные голоса, гомон, команды. Было слышно, как Илья требует посмотреть карту и найти спортзал. Но все это было будто на фоне. А вот прямо в голове звучало с английским акцентом:

— Очень хорошо, Констанция, ты молодец. Держись, мы рядом. Я рядом.

Она прикрыла глаза, глубоко вздохнула. Подмога это хорошо, но сцену надо было подготовить к освобождению. Пока штурм грозил им медленной и неприятной смертью от огнестрельного.

— Хорошая работа, Валера, — послышалось из колонок, что располагались под потолком зала.

Эти слова произнесла женщина, и Констанция была уверена — та самая, что говорила с ним по телефону. Где она находилась, было неясно, но звук был четким и громким.

Валера усмехнулся.

— Кто это? — спросил Илья в наушнике, но Констанция, конечно, не могла ответить.

Зато она тоже могла спросить:

— Кто это? — говорила громко, так как понимала: дама находилась в другом помещении.

— Вопросы задаю я, дорогая. Первый: как вы создали разрыв, чтобы вытащить этого книжника?

— Егора? — уточнила Констанция.

— Егора? — хором переспросили Илья и Артур.

Она мотнула головой: было сложно реагировать только на те реплики, на которые можно было реагировать без опасности разоблачения.

— Я не знаю, это вышло случайно.

— Не морочь мне голову, девочка, — послышалось из колонок.

— Нашли, — крикнул кто-то на заднем фоне в наушниках.

— Констанция, мы на территории, — сообщил Кинг. — Продолжай разговаривать с этими людьми, отвлекай их.

— Это правда, — сказала она, — я боюсь, вы зря нас сюда привезли, мне нечего рассказать. Я узнала, что Егор заперт в книге, начала читать ее. Сперва ничего не получалось, но потом я почувствовала такое сострадание к нему, заключенному в мире из которого, казалось, нет пути, что испытала очень яркие эмоции — и произошел разрыв.