— Поэтому имеется только один способ сделать это легально: запросить у Илии разрешение на возобновление работ по этому проекту. И желательно, чтобы это включало вас. Тогда я смогу рассказать, какие инструменты нужно попробовать использовать.

— Скажите сейчас. Я не буду ничего предпринимать, пока…

Артур издал смешок, емко описывающий его отношение к ее обещаниям. Констанция бы оскорбилась, но решила не уводить разговор от основной темы.

— Хорошо, как мы получим разрешение для меня? На каком основании?

— Егор не входил в Основной Фонд, но вызвался добровольцем, поэтому был допущен. Значит, это возможно. Думаю, Илия лучше это знает. Все эти бюрократические проволочки по его чести. А обоснование, почему должна быть вы, у меня есть.

Констанция подхватила сумочку и телефон со стола.

— Тогда идем? — и, когда Артур поднял бровь, добавила: — К Илье.

— Он, наверное, спит… Это была тяжелая ночь…

— Вторая подряд. Сочувствую, — ответила она без капли сострадания.

Прежде, чем он что-либо ответил, Констанция вышла в коридор.

— Jesus… — раздался вздох у нее за спиной.

Леночка попыталась развернуть их, заявив, что Илья Петрович был очень занят. Констанция собиралась вступить в спор, несмотря на то, что Артур удерживал ее за локоть, явно намереваясь увести прочь.

Но тут дверь, что вела из общего холла в коридор, хлопнула. Сперва не было видно, кто вошел, но слышались звуки шагов и мужские голоса. Людей было несколько…

Вот визитеры прошли по дуге коридора и появились в поле зрения: Анатолий, Анатолий и Нелидов.

Констанция и Кинг многозначительно переглянулись. Леночка же взглянула на троицу недобро. Еще более жестко, чем прежде, заявила, что Илья Петрович не принимал.

— Нас примет, — дерзко заявил Нелидов, как будто они пришли его арестовывать, имея на руках неопровержимые доказательства вины.

— Леночка, будьте добры, сообщите Илье Петровичу о нашем визите, — вежливо, но твердо попросил Анатолий Вадимович.

Анатолий Кириллович кивнул. В паре с первым Анатолием они выглядели как два агента из Матрицы: похожее телосложение, классическая мужская прическа, гладко выбритое лицо, неброские, но дорогие костюмы и белоснежные рубашки.

Анатолию Лена, конечно, не могла возразить, связалась с начальником по связи. Илья ответил не сразу — неужели и правда спал? Разумеется, он позволил впустить посетителей.

— И Непейвода здесь, — противно усмехнулся Нелидов в сторону Констанции. — Очень кстати.

Анатолии вошли первыми. Нелидов за их спинами подмигнул Кингу. Тот усмехнулся в ответ.

Все вместе они ввалились в просторный кабинет руководителя Библиотеки. Илья сидел за столом, пытаясь нацепить маску глубокой занятости, но было очевидно — по крайней мере, Констанции — что он проснулся минуту назад.

— Вот это делегация, — пробормотал он, вставая и пожимая руки мужчинам.

— Ну что, дорогой мой… — нетерпеливо начал Нелидов.

— Я полагаю, Непейвода и Кинг пришли первыми, — перебил его Анатолий Вадимович, опускаясь по молчаливому приглашению Ильи на диван.

Анатолий Кириллович сел рядом.

Нелидову Илья ничего не предлагал, поэтому тот просто встал у стеллажа, сложив руки на груди, отчего его живот выпятился вперед и рубашка вылезла из-под ремня ровно там, где кончался коротковатый малиновый галстук.

Констанция глянула на Артура. Она рассчитывала провести этот разговор наедине с Ильей.

Но Кинг не растерялся и твердо заявил:

— Я изучал некоторые исследования, пока мы работали над делом Калиостро, и вспомнил о другом, старом, закрытом деле. Мне кажется, эти, более современные исследования, могут помочь с тем прошлым. Для этого мне нужно разрешение возобновить старое дело и подключить к нему Констанцию, так как у меня есть основания, что она необходимый элемент.

Нелидов неразборчиво хрюкнул, вызывая у Констанции раздражение, но Илья не обратил внимания и сдержанно ответил:

— Ты должен направить мне служебную записку на возобновление дела с обоснованием необходимости и с приложением подробных материалов и расчетов. Можешь сослаться на результаты исследований. Я отправлю резолюцию Анатолию Вадимовичу на рассмотрение, и тогда сможем согласовать дальнейшую работу по этому вопросу.

Оба Анатолия синхронно кивнули в подтверждение этих слов.

— Спасибо, — ответил Кинг и собирался было раскланяться, но притормозил и спросил: — Не будет ли излишней наглостью спросить, по какому вопросу будет ваше собрание? Дело в том, что я тесно работал в последние дни и с Яном Марковичем, и с делом Калиостро, и, возможно, если это не будет помехой…

— Конечно, оставайся! — нахально разрешил Нелидов. — И Непейвода пускай остается, ее это тоже касается.

Констанция перевела на него взгляд, и, должно быть, в нем читалось отвращение, которое она испытывала к этому человеку. Нелидов подобрался и даже каким-то образом втянул и живот, и дряблый подбородок. Его лицо заблестело от пота.

— Итак, коллеги, — пропел он. — Мне стал известен факт вопиющей халатности со стороны Констанции Непейводы. Но даже не это является темой, которую я в первую очередь хочу вынести на обсуждение. Сейчас прольется свет на злоупотребление служебными обязанностями, на укрывательство и панибратство и даже… — он понизил голос и произнес тоном добродетельной мадам, услыхавшей о прелюбодеянии, — кхм-кхм, связь с подчиненной.

Анатолии пока не выглядели шокироваными или даже заинтересованными. Илья сидел за своим столом с каменным лицом и наблюдал за происходящим со сжатой челюстью.

Нелидов смело сделал два шага вперед.

— Открой свой сейф, Торин! — велел он Илье.

— А почему бы тебе не…

— Не при дамах, — остановил его Артур, явно прочитав продолжение в полном неприязни взгляде.

Илье и Артуру удавалось сохранять обеспокоенные лица и не расплываться в улыбке, полной триумфа. Констанция вот кусала губы, чтобы не испортить предстоящую сцену.

— Илья Петрович, я — Инспектор Внутренней Службы, и в твоих интересах сейчас сотрудничать. Открой сейф.

— На каком основании?

— На основании того, что по моим данным там находятся доказательства нарушений, ведущих к увольнению.

Илья встал, возвышаясь над своим столом серой скалой.

— Илья Петрович, — обратился к нему Анатолий Вадимович, — откройте, пожалуйста, сейф.

Прямого приказа руководства ослушаться не мог даже руководитель департамента. Илья тяжело вздохнул и побрел к шкафу.

— Давай-давай, Торин, — щурясь от самодовольства, подначивал Нелидов.

Илья открыл дверцу, в самом низу, почти у пола, стоял черный ящик с замком.

— Прошу, —произнес он, но еще до этого Нелидов сам подскочил к сейфу.

— Открывай, — велел он.

Едва замок щелкнул, Нелидов отпихнул Илью, сам чуть посторонился, чтобы Анатолии видели, как он, совершенно ничего не подтасовывая, решительно и триумфально достает бумажную папку.

Потрясая ею, Нелидов распрямился.

— Что это, Торин? — торжественно спросил он.

— На той позиции, которую ты занимаешь, я бы ожидал, что ты в состоянии отличить папку от других предметов.

Нелидов бросил на него взгляд, полный презрения и начал развязывать шнурки. Илья, видимо, желая развлечься, сделал попытку отобрать документы, но Нелидов, злорадно ухмыляясь, отбежал в сторону и, распотрошив картонную папку, начал жадно читать.

— Вслух, Ян Маркович, — предложил тогда ему Илья.

И прежде, чем мгновенно побагровевший Нелидов успел разорвать бумаги в клочья — судя по всему, именно это было его единственным желанием — Илья выхватил листы и передал Анатолиям.

Вадимыч начал читать:

— Сим документом заверяю, что Нелидов Ян Маркович — настоящее дерь…

Анатолий Кириллович неверяще заглянул в документ.

Оба Анатолия удивленно воззрились сначала на Илью, потом — на Нелидова.

Кинг и Констанция не смогли побороть любопытство и тоже подошли ближе, чтобы хотя бы краем глаза почитать «документ». Илья не поленился, расписал на несколько пунктов причины сделанного заявления, факты, указывающие на справедливость и историческую точность утверждения, что Нелидов — человек, не заслуживающий уважения.