Но сейчас, похоже, Артуру было все равно. Он устало опустился на скрипнувшее сидение и устроился поудобнее.

— Продвинуться-то по Калиостро удалось? — спросила Констанция, все еще не желая вести задушевные беседы.

Кинг прикрыл глаза и доложил:

— Нельзя сказать, что да. Мы проверяли всех тренеров, коучей, менторов, лекарей, магов, астрологов, нутрициологов, психологов — всех, кто хоть как-то мог являться Калиостро. Думаю, я прошерстил весь интернет, от начала и до конца. Мы отправляли заявки на участие в обучении, делали снимки, чтобы аналитики сравнили с имеющимися видео и фото Калиостро. Двое в это время продолжали идти по следу Калиостро: после Новгорода он вернулся в Петербург, и это все, что нам известно. Мы подключили Крепостина, чтобы фото Калиостро попало в списки разыскиваемых. Но либо он кардинально изменил внешность, либо затаился, его нет нигде… Мы даже отыскали следы его предыдущих дел, которые были до сих пор не раскрыты, но это нам пока никак не помогло. Мы… собрали тонну информации, но пока неясно, что с этим делать… Мы… в тупике.

Последние слова он договорил еле-еле, откинув голову на спинку кресла.

— Это была плохая идея, — пробормотал он. — В таком возрасте не спать — уже не выиграть время, а потерять. Раньше я мог бодрствовать по двум суткам, а после тридцати ночь без сна… выбивает из колеи… на те же пару суток…

Его речь становилась все менее связной. Он устало потер брови, поудобнее уселся в кресле и прямо на глазах у Констанции уснул.

Она сперва даже не поверила глазам. Подошла ближе, позвала по имени. Сказала, что «обычный» чай — это черный, а не с молоком: никакой реакции.

Было непривычно видеть Кинга спящим, он казался таким беззащитным. Сдался на ее волю…

В дверь постучали. Бросив встревоженный взгляд на Артура, Констанция сама открыла нежданному гостю.

— А, это ты.

— Я ей: «За тобой хоть на край света», она мне: «А, это ты»…

Аврелий вошел в кабинет и удивленно поднял брови, заметив Кинга.

— Надеюсь, он сам отключился? — уточнил стажер, оглядывая безмятежное лицо. — У вас, конечно, сложные отношения, но отправлять парня в нокаут…

— Он работал всю ночь, — пояснила Констанция, проходя к своему столу.

— С тобой? — брякнул стажер.

— Нет, конечно.

Она села на свое рабочее место, Аврелий подошел к столу с другой стороны.

— Я просто хотел забрать ловец с Джейн. Надо бы сдать его. И еще, как считаешь, отчет писать?

Он закатал рукава рубашки — у него появилась такая привычка с тех пор, как он совершил переход с худи и футболок на сорочки.

— Давай чуть подождем. И с ловцом, и с отчетом.

Аврелий согласно промычал, бросил взгляд на Кинга.

— Ладно, Арт объяснил, чего он там расспрашивал про попсу и запах дыма?

Констанция нехотя покачала головой.

— Чего⁈ — Аврелий аж дернулся вперед, вглядываясь в ее лицо. — Значит, это ты его все-таки отключила? Ты же не могла позволить ему уснуть, не получив информацию?

Она шикнула, а затем нехотя пояснила:

— Он совсем никакой, у него едва были силы…

— Мдааа, эк тебя развезло, Конс.

— Замолкни.

— Где моя жесткая наставница, не знающая жалости?

— На месте, стажер. Не беспокойся.

— Блин, ну и чего теперь? Будем ждать, когда твой возлюбленный проснется?

— Аврелий, прекрати, я тебя предупреждаю.

— Попробуй разбудить его поцелуем, рабочая тема, — не унимался тот.

— Я тебя сейчас поцелую, — бросила она, — выжгу все человеческие чувства и память, сердце твое замерзнет, и я заставлю собирать из льдинок слово «вечность».

Аврелий засмеялся, но потом снова спросил, что же им делать.

— Работать. Иди, доделай отчет по Чиполлино. А я почитаю, — она подхватила «Джейн Эйр».

Чуть позже Аврелий занес ей горячий американо с парой вафель, за что ему были прощены абсолютно все грехи и ошибки.

Пока Артур продолжал мирно спать в кресле, Констанция начала читать произведение Шарлотты Бронте с самого начала, но сперва пропуская отрывки, где не упоминался Егор. Вскоре же заметила, что зачитывается. Размышления Джейн, то, как она видела мир и себя в нем, события, происходящие с ней, рассказанные так неторопливо и в то же время эмоционально, увлекали Констанцию, унося в затянутые туманом пустоши, увитые плющом поместья из влажного серого камня и холмистые просторы с желтоватой высохшей травой.

За три часа она перешагнула через середину, но не успела добраться до финала — проснулся Кинг. Он сонно поинтересовался, который час.

— Почти одиннадцать, рабочий день в разгаре.

Артур встал, недовольно оглядел себя.

— Похоже, домой ехать уже не кстати.

— Да, — Констанция встала из-за стола, — тем более, вы должны мне рассказать, что значил допрос Джейн. Почему важен запах, который она почувствовала? И песня, которую пел Егор?

— Я ничего не могу рассказать пока.

Кинг попытался разгладить пиджак, хотя тот и так выглядел опрятно. Поправил галстук.

— Артур! — возмутилась Констанция.

— Я прошу прощения, но без разрешения от Илии я не могу выдать эту информацию, потому что она является секретной для сотрудников за пределами Основного Фонда.

— Я бы не позволила вам три часа просто спать в моем кабинете, если бы не рассчитывала на кое-какие объяснения!

— Я бы тоже хотел кое-какие объяснения, — заявил он, поглядев на нее серьезно и сосредоточенно — и пиджак, и галстук были мгновенно забыты.

— Артур, — строго произнесла Констанция.

Он шагнул к ней на встречу, нахально подняв голову и глядя с вызовом:

— Почему вы избегаете откровенного разговора? Боитесь, что не останется повода злиться на меня?

— О-о, нет, этого я точно не боюсь. Поводов у меня с запасом. Не понимаю только, почему вас это так волнует. Не соответствует плану? — ожесточенно спросила она.

Кинг поднял бровь.

— Ну, у вас же есть план на мой счет. И все идет по плану.

Он застыл на мгновение, чуть нахмурился, а затем плечи его опустились, воинственность исчезла из позы и взгляда.

— Я опасался, что дело связано с этим, хотя не мог понять, как. Илия вам сказал? Почему он не объяснил мне это?

— Я случайно услышала ваш разговор.

Артур потер глаза.

— Все встает на места, — пробормотал он и вдруг как-то горько усмехнулся. — Констанция… что бы вы ни подумали…

— Замолчите! — хлестко бросила она. — Я сказала, что не хочу говорить с вами ни о чем, что не касается дел Библиотеки.

Артур долго и внимательно глядел на нее, заставляя волноваться, сомневаться, тревожиться.

— Хорошо… Будь по-вашему. Я отложу мою тему, потому что это долгий разговор, а вам сейчас слишком важен Егор. Но мы поговорим о нас позже. Тем более, что теперь мне еще более важно сказать вам все.

Констанция фыркнула, будто их отношения волновали ее меньше всего. На самом деле он был кое в чем прав: она боялась, что Артур скажет что-то, что заставит ее сомневаться. У ее решительного «нет» было много недостатков, вроде раздирающего душу одиночества и страданий от неразделенной любви. Но у него также было одно большое преимущество: определенность. Что-то в отказе от отношений с Артуром вселяло в нее чувство безопасности. Кинг же, кажется, намеревался все испортить, заставив ее колебаться.

— Я читал документы по эксперименту с Егором, — спокойно заявил Артур. — Тем же методом, каким удалось создать разрыв и отправить Егора в книгу, освободить его не удалось. Но есть другие исследования, которые могли бы нам помочь. И интервью с Джейн навело меня на мысль, что Егор тоже каким-то образом в курсе них: или читал теории, или сам додумался за время в книге. Но здесь момент, что сейчас, если вы освободите Егора, мы не сможем объявить это официально, потому что будут вопросы, почему велись работы по закрытому проекту. С Нелидовым, следящим за каждым шагом, это может быть проблема.

Констанция понимающе кивнула. Это с самого начала выглядело как хождение по тонкому льду, а теперь могло усугубить и без того непростую ситуацию.