— Идеально, — коротко отзывался Тодзи и возвращался к пиву и собачьим забегам.

Рю же времени даром не терял. Древний Дух, впервые в своей бесконечной жизни вырвавшийся на тропический морской курорт, пребывал в состоянии непрерывного, перманентного экстаза. Он обзавелся кричаще яркой гавайской рубашкой, сменил пижонские туфли на удобные кожаные сандалии и зависал в прибрежных барах с рассвета до заката.

— Шеф! Зацени масштаб трагедии! — жизнерадостно вопил демон, вваливаясь в номер на исходе второго дня в сопровождении двух рослых, загорелых до бронзы девушек-инструкторов по серфингу. — Океан — это тебе не вонючая канава Мегуро! А местные аборигенки — это просто праздник идеальной физиологии! Они виртуозно плавают на досках и в душе не чают, кто такой Абе-но Сеймей!

— Выметайтесь, — сурово осадил девиц наемник, даже не оторвав взгляда от газетной полосы.

— Эй! — искренне возмутился Рю, плюхаясь на диван и щедро плеская себе кокосового ликера. — Ты опять портишь мне межкультурный обмен! Я им только-только начал задвигать про тактику хэйанских морских сражений!

— Твой межкультурный обмен обходится мне в пятьсот тысяч иен по счету за обслуживание в номерах.

Мужчина аккуратно сложил газету.

— Сворачивай цирк, паразит. Срок вышел. Завтра Годжо и Гето потащат цель в Токио. Прямиком в Магический Колледж, для финальной стадии ритуала слияния.

Хмель с древнего мага слетел мгновенно. Карие глаза полыхнули ледяным золотом, а смоляные пальцы сжались на стекле стакана так, что по нему поползла тонкая паутинка трещин.

— Годжо выдохся? — по-деловому уточнил напарник.

— Пацан не спал двое суток.

Боец поднялся с кресла, деловито проверяя натяжение ремня портупеи с червем-хранителем.

— Его хваленые «Шесть Глаз» буквально выжигают мозг от перегрузки. Завтра он решит, что опасность миновала. Ведь они въезжают на священную, наглухо защищенную территорию Колледжа. В этот самый миг его концентрация рухнет до нуля.

— И где мы организуем встречу? — предвкушающе ухмыльнулся Рю, покрутив на запястье шипованный браслет «Черной Нити».

— У самых главных ворот Колледжа. — Лицо Тодзи исказила первобытная, звериная ухмылка. — В той самой точке, где этот щенок меньше всего будет ждать удара.

Территория Токийского Магического Колледжа, раскинувшаяся на заросших густым лесом холмах Мусасино, встретила диверсантов звенящей, почти молитвенной тишиной.

Стелилось раннее, сырое утро. Сизый туман клочьями цеплялся за макушки вековых сосен. В воздухе висел тяжелый, кристально чистый, давящий покров защитного барьера Тенгена. Для любого рядового мага проникновение сквозь этот купол без спецпропуска было равносильно самоубийству — система мгновенно подняла бы тревогу по всем секторам Колледжа.

Но наемники заходили не с парадного входа.

Они застыли у подножия древней каменной лестницы, ведущей к главным воротам, надежно укрывшись в густой тени исполинского дуба.

Тодзи хранил ледяное спокойствие. Его уникальная мутация — абсолютное Небесное Проклятие — делало его физически невидимым для сенсоров барьера. Нулевой уровень проклятой энергии позволял ему скользить сквозь тысячелетние печати так же легко, как сквозь утренний туман.

Компаньон не отставал. Дух сжался в плотную, трехмерную татуировку, намертво прилипнув к широкой спине наемника. Артефакт «Черная Нить» на запястье был заботливо обернут тончайшим слоем теневой материи, чтобы хэйанский фон не срезонировал с тонкими фильтрами безопасности.

— Гости на подходе, — шепотом доложила татуировка прямо из лопатки. — Трое. Годжо, Гето и сама девчонка. Блондинчик выглядит отвратительно. Аура подрагивает, как желе. «Шесть Глаз» жестко перегреты.

Тодзи прищурился, прошивая взглядом туманную пелену.

По каменным ступеням неспешно поднималась троица.

В центре семенила Рико Амани. Четырнадцатилетняя девчушка в школьной форме-матроске, с яркой красной лентой в волосах. Лицо заплаканное, но плечи расслаблены — она искренне верила, что бесконечный кошмар погони окончен. За вратами Колледжа ее ждала абсолютная безопасность.

Справа от девчонки вышагивал Сугуру Гето. Руки глубоко запрятаны в карманы просторных штанов, узкие глаза непрерывно, настороженно сканируют лесополосу.

А слева… слева брел Сатору Годжо.

Шестнадцатилетний наследник некогда великого клана выглядел тотально истощенным. Ослепительно белые волосы жалко слиплись от пота, круглые очки нелепо сползли на самый кончик носа. Под голубыми, бездонными глазами залегли жуткие, чернильные тени. Он только что, впервые за долгие сорок восемь часов, деактивировал свою «Бесконечность», позволив перегретому мозгу долгожданную передышку.

— Ура-а-а! — хрипло, но с облегчением выдохнул юноша, сладко потягиваясь до хруста в позвонках. — Добрались! Сугуру, я спать! И если хоть одна падла посмеет меня разбудить в ближайшие сутки — клянусь, испепелю «Синим» прямо в койке!

— Ты безупречно справился, Сатору, — мягко улыбнулся напарник. — Иди, отдыхай. Я сам провожу Рико-тян в подземелья к Господину Тенгену.

Годжо лениво развернулся, намереваясь шагнуть к спасительным воротам.

Именно в этот крошечный, микроскопический миг — миг абсолютной, расслабляющей разрядки, когда непробиваемый барьер «Бесконечности» был отключен, а боевые рефлексы упали до уровня обычного уставшего подростка — убийца выскользнул из тени дуба.

Сверхчеловеческая физика сработала беззвучно, как падающий лист.

Двадцать метров дистанции были покрыты за одну десятую секунды. В широкой ладони уже тускло поблескивал длинный, хищный дезертирский меч. Удар был нанесен с идеальной слепой зоны. Точно в беззащитную, открытую спину расслабленного Годжо.

Широкое лезвие вошло сзади. Прошило школьную форму, раздвинуло мышцы и с тошнотворным, сухим хрустом вышло сквозь грудную клетку белокурого мага.

— Сатору-у-у-у! — диким, нечеловеческим голосом взревел Гето. Узкие глаза полезли на лоб от первобытного, парализующего ужаса.

Юноша замер, словно сломанная кукла. Изо рта хлынула густая алая кровь, окропляя серый камень древних ступеней. «Шесть Глаз» распахнулись до предела, фиксируя чудовищный, аномальный факт: человек без капли магической энергии материализовался прямо за спиной. Всадив кусок стали точно в сердце.

Но Тодзи не собирался праздновать легкую победу. Он прекрасно осознавал, с кем имеет дело.

Бывший Зэнин с первобытной яростью провернул широкое лезвие в ране, рывком выдернул меч и мгновенно отскочил на пять метров, группируясь для неизбежной контратаки.

— Тень! — отрывисто скомандовал боец.

— На позиции! — взревел древний демон.

Рю пулей выскочил из спины наемника, в долю секунды обретая полный физический рост. «Черная Нить» на запястье с легким шелестом развернулась, трансформируясь в исполинскую, иссиня-черную спираль.

Смертоносный кнут с диким свистом захлестнул застывшего Сугуру Гето. Оружие не дало повелителю духов ни единого шанса применить технику коллекционирования. Бритвенно-острые костяные шипы глубоко впились в плечи мага. Проклятые каналы мгновенно закоротило, а уже призванные для защиты духи с визгом осыпались черным пеплом.

— Сучий выродок! — истерично заорал Гето, рухнув на колени и судорожно, до крови раздирая пальцы в попытках сорвать удушающую шипованную плеть с шеи. — Что вы, блядь, сотворили с Сатору?!

А Годжо… Годжо, с пробитым сердцем и порванным правым легким, медленно, пугающе плавно повернулся к наемнику.

Бледное, аристократичное лицо заливала собственная кровь. Но в небесно-голубых глазах за стеклами лопнувших при падении очков вспыхнуло нечто по-настоящему ужасающее. Это была не банальная предсмертная ярость. Это был процесс стремительной, судорожной, невозможной перестройки фундаментальной структуры.

— Обратная… проклятая… техника… — булькая кровью, прохрипел подросток. — До меня… дошло… Истинная суть проклятой энергии… Умножение отрицательного потенциала на отрицательный… дает чистый плюс…