Тодзи и его спутник застыли на гнилых шпалах метрах в пятидесяти от входа.

Убийца Магов успел переодеться в рабочую классику: просторные спортивные штаны, черная футболка в обтяжку, массивные десантные ботинки. На левом плече привычно извивался ручной паразит, в бездонной пасти которого надежно покоились рукояти «Освободителя» и трофейного дезертирского меча.

Компаньон держался рядом, уверенно переставляя собственные ноги. Овладев физической оболочкой, демон научился ювелирно контролировать структуру. Теперь это был не просто силуэт из копоти. По желанию он мог менять плотность любой части тела — превращая кулаки в монолитные стальные гири или размываясь в неуловимую теневую дымку.

— Барьер плотный, добротный, — авторитетно оценил дух, сканируя черный провал бельмами. — «Зеркало» уже вывернуло внутреннюю метрику наизнанку. Привычная физика там не ночевала. Пространство завязано в петлю Мёбиуса. Попрешь строго по прямой — упрешься собственным носом себе же в затылок.

— Как будем ломать? — прагматично уточнил наемник.

— Рядовому чародею это не по зубам, — криво усмехнулся бывший создатель артефакта. — Оригинальное «Зеркало» жрет ману нападающего. Чем мощнее каст ты в него вливаешь, тем глубже и безнадежнее тебя засасывает лабиринт. Оттого местные недотепы и сгинули. Пытались выжечь заразу чистой силой, а железка просто радостно жрала их резерв и пухла в размерах.

— А я? — Тодзи вопросительно склонил голову.

— А ты для этой умной машины — просто кусок тупого кирпича в сложной микросхеме.

Черный палец ощутимо, с сухим щелчком ткнул бойца в литое плечо.

— У тебя ноль фонового излучения. Зеркало в упор не видит угрозы. Можешь прогулочным шагом дойти до алтаря и тупо расхерачить эту дрянь кувалдой.

— Роскошный план. — Наемник хрустнул шеей и шагнул к порталу. — Дешево, сердито и без заумной математики.

— Но есть один жирный нюанс! — предостерегающе рявкнул напарник, пристраиваясь следом. — Железяку охраняет контур «Отражения». Эта дрянь материализует потаенные страхи и гнилые воспоминания тех, кто пересекает порог. Если в твоей башке завалялась хоть капля старого дерьма — оно вылезет наружу и попытается выгрызть тебе кадык.

— В моей башке хранятся исключительно воспоминания о просранных ставках и кинувших меня заказчиках, — невозмутимо отозвался Тодзи, перешагивая через проржавевший рельс. — Пусть эта умная хреновина попробует материализовать баланс моего банковского счета. Вот это реально будет кошмар наяву.

Сущность раскатисто расхохоталась. Бок о бок они шагнули под давящий, сырой бетонный свод «Инари».

Внутри туннеля привычное течение времени отсутствовало как класс.

Тусклый дневной свет обрубило мгновенно, словно за спинами рухнула многотонная гермодверь. Воздух сделался вязким, маслянистым. Пространство заполнял непрерывный, монотонный шепот сотен диких, скрежещущих голосов. Рельсы под подошвами изгибались под немыслимыми углами, уходя не вдаль, а вертикально вверх, прямо по осклизлым бетонным стенам.

Но Тодзи шагал прямо, игнорируя дешевые оптические фокусы. Небесное Проклятие обеспечивало абсолютную привязку к физической реальности. Пусть глаза и передавали картинку, где пол завален под девяносто градусов, вестибулярный аппарат безошибочно фиксировал истинный центр тяжести.

Компаньон двигался на полкорпуса позади. Полы темного хаори едва слышно шуршали по бетонной крошке.

— Глаза под ноги, босс, — негромко предупредил дух.

На промокшем бетоне валялись останки последней экспедиции из Киото. Маг первого ранга — сухопарый старик в разодранном жреческом облачении — безвольно привалился к стене. Его не рвали на части и не кромсали. Тело напоминало мумию: высушенный, выпитый до капли скелет, туго обтянутый пергаментной серой кожей. В остекленевших глазах навечно застыл нечеловеческий, парализующий ужас.

— «Зеркало» высушило деда минуты за две, не больше, — бесстрастно констатировал демон, присев на корточки возле трупа. — Старый дурак решил скастовать расширение территории, чтобы локализовать угрозу. Артефакт принял такой жирный выброс энергии за изысканный десерт. И сожрал всю его ману подчистую. Вместе с душой и потрохами.

— Жадная игрушка, — философски отметил наемник, равнодушно переступая через костлявую руку мертвеца.

Чем глубже они погружались в чрево туннеля, тем сильнее ломалась реальность. Бетонная облицовка сменилась дикой каменной кладкой, обильно поросшей ядовитым мхом и пульсирующими хэйанскими рунами. В густом воздухе начали проступать размытые, мерцающие фантомы.

Из спрессованного мрака вынырнула первая серьезная проекция.

Женщина. Высокая, болезненно худая, затянутая в белоснежное погребальное кимоно. Длинные, спутанные черные волосы полностью скрывали лицо. От фигуры волнами накатывал могильный холод и древняя, въевшаяся в подкорку тоска.

— Тодзи… — шелестящий женский голос просочился прямо в мозг убийцы, минуя барабанные перепонки. — Ты опять бросил меня… Променял на грязные деньги… Оставил нашего ребенка гнить в одиночестве…

Убийца Магов даже не сбавил шаг.

Лицо мужчины оставалось каменным, абсолютно лишенным эмоций. Словно в темной подворотне ему преградил путь обычный смердящий бродяга. Не проронив ни звука, боец выхватил короткий нож из пасти червя и с ходу, без замаха, всадил хищное лезвие точно в центр лба иллюзорной фигуры.

Призрак истошно зашипел, осыпаясь на камни горсткой серой золы.

— Ни капли пиетета к личным драмам, — насмешливо прокомментировал идущий следом дух. — Твоя бывшая зазноба?

— Фантом. Дешевая склейка из моих старых нейронных связей, — сухо отрезал Тодзи, смахивая пепел с лезвия. — Вектор атаки — полный мусор. Слишком много соплей, ноль физического урона.

— Ну извини, «Зеркало» лепит монстров из того материала, который нащупывает в твоей черепной коробке, — хмыкнул компаньон. — Если там, кроме беспросветного цинизма и жажды наживы, ничего не завалялось, механизму приходится отчаянно импровизировать.

Однако следующая материализация заставила их напрячься.

Туннель внезапно разошелся в стороны, обрываясь в исполинский, заваленный костями круглый зал. В самом центре, вольготно восседая на кургане из расколотых человеческих черепов, возвышалась гигантская четырехрукая тварь. Два сросшихся лица, увенчанных длинными, витыми демоническими рогами.

Сукуна. Двуликий Король Проклятий. Ужас Эпохи Хэйан.

От фантома разило такой первобытной, концентрированной маной, что каменные своды зала начали жалобно трещать. Это не была банальная иллюзия из подсознания. «Зеркало» извлекло из бездонных архивов памяти древнего духа идеальный боевой слепок сильнейшего монстра в истории.

— Вот сука… — Демон в хаори как вкопанный застыл на месте. Белые глаза сузились в тонкие линии. — А вот это уже серьезно. Это из моих архивов. Я лично видел, как этот ублюдок стер в порошок целый клан аристократов только за то, что ему подали недожаренную оленину.

Проекция Сукуны медленно, с хрустом запрокинула головы. Раздался многоголосый бас, похожий на грохот камнепада:

— Жалкий дух… И безмановая обезьяна… Вы оскверняете мое величие.

Четыре массивные руки синхронно сложились в сложную, забытую печать. Воздух со свистом разорвали десятки невидимых, смертоносных пространственных лезвий.

— Влево уходи! — истошно гаркнул напарник, выстреливая из-под полов хаори пятью плотными, монолитными щитами из мрака.

Лезвия Двуликого с ревом вгрызлись в теневую броню. Щиты разлетелись в пыль, не продержавшись и секунды. Самого духа отшвырнуло на десяток метров назад. Смоляное тело покрылось глубокими, рваными ранами, из которых с шипением повалил сизый пар.

— Плотный, гнида! — прохрипел бывший инженер, судорожно стягивая края ран. — Это не пустышка! Автономный симулякр! Минимум тридцать процентов мощи оригинала!

Второго удара наемник дожидаться не собирался.

Небесное Проклятие включилось на форсаж. Человек просто исчез из поля зрения. Чудовищная, выходящая за грани законов физики скорость позволила ему проскользнуть сквозь плотную сеть рассекающих атак, находя микроскопические зазоры между летящими лезвиями.