— Ха. Нашли проблему. — Он покрутил головой, выясняя, уехали уже все или нет, и найдя взглядом нужного человека, сложил рупором ладошки. — Джи Вон. Ан Джи Вон! Можно тебя попросить о помощи?

Удивлённый молодой человек подошёл к машине и вникнул в проблему госпожи Юн. После чего подумал пару минут, ходя вокруг машины, несколько раз оценивающе оглядел стоящую Иллу, которая не знала, что и думать, а потом позвонил кому-то по телефону, прервав разговор только на уточнение, когда будет первое мероприятие, чтобы понять, надо искать готовые платья или можно обратиться к брендовым ателье.

— О. Ателье, — задумчиво протянула Илла, вспоминая, что у Е Джуна вроде как раз модное что-то там. Как же его фамилия...

— Мальчики, а имя «Пак Е Джун» вам о чём-то говорит?

— Вы знаете господина Пака? — встрепенулся Джи Вон. — Модель и владельца собственной марки одежды?

— Ну да. Думаешь, стоит ему позвонить?

— У вас его личный номер есть? — Глаза парнишки стали напоминать европейские. Он уже и свой разговор сбросил, пытаясь понять, что ему говорят, никак не укладывалось у него в голове такое знакомство.

Илла хмыкнула. Иногда лучше б он не знал её номера, особенно в моментах, когда Дашка зарывалась в работу и не отвечала на его сообщения и все панические вопли «почему она не отвечает» приходилось разгребать ей.

— Ну хорошо. Давай попробую позвонить ему.

Е Джун решал проблемы за минуту. Уточнив, на какое событие Илле нужно платье, он сухо бросил, чтобы она срочно к нему ехала, тут же скинув в Какао адрес.

Взволнованный Джи Вон смотрел такими щенячьими глазами на госпожу Юн, что той не понадобились дополнительные слова. Она рассмеялась и махнула рукой ему на пассажирское сиденье. Кан Тэ тихой сапой юркнул в машину сзади под предлогом «охраны» тушки важного участника группы, который уже с кем-то активно переписывался, похоже, отменяя назначенные встречи.

Е Джун встретил компанию во всём своём великолепии — в каком-то странного кроя костюме с рюшами, простихосподи. Илла икнула от неожиданности.

— Надеюсь, для меня мы найдём что-то более... — она снова икнула, — классическое. Привет.

Она обняла друга семьи где-то на уровне талии. Мужчина аккуратно приобнял своими грабками её плечи, потом отставил от себя и заставил покрутиться.

— Ну давай поработаем. Ноги, конечно, коротковаты.

— Ну обеими же до земли достаю, уже хорошо.

Парни затихарились где-то у стены, как будто пытались с ней слиться. Похоже, Е Джун не зря хвастался Дашке, что он имеет вес в модном сообществе Южной Кореи, раз молодёжь так скромно стоит и смотрит затуманенным взглядом.

— Твои воздыхатели? — Е Джун кивнул на парней, уводя Иллу в своё царство тканей, где уже ждал обмерщик.

— Твои! — Илла фыркнула, и тут же прикрыла рот рукой. — Как услышали, что мы с тобой знакомы, сразу перестали думать, где мне платье искать, прыгнули в машину и сидят, ждут, когда к тебе поедем.

— Ну ладно, хоть вспомнила, что я могу тебя одеть красиво...

— А не так, как сейчас?

Е Джун закатил глаза — Илла могла в этом поклясться, хоть из-за низкого роста этого и не увидела.

— Ладно, буду откровенен. Одежда повседневная у тебя неплохая по качеству, но ужасно устаревшая по крою, выбору тканей и цветов.

Илла заволновалась.

— Давай только без экспериментов. Я люблю это старьё, оно не делает меня молодящейся пожилой леди и подчёркивает то, что нужно. Ну или это я так думаю, что подчёркивает.

— Принял. На повседневную одежду претендовать не буду. Платья будешь носить только мои, идёт? Ты мне рекламу, я тебе скидку.

— Эксклюзив? — Илла подняла бровь. У неё это не получалось так, как у мужа, но уже немного походило на оригинал. А уж когда она переставала улыбаться, демонстрируя всем покладистый характер (те, кто её знали хорошо, сразу бы уточняли, не заболела ли госпожа я-не-спрашиваю-нравлюсь-ли-я-вам), оппоненты обычно сразу переставали думать, что её можно легко прогнуть под их условия. — Радость моя, про это мы поговорим с участием наших юристов. И вообще, вдруг мне не понравятся твои модели?

— Главное, чтобы они тебе шли и делали запоминающейся.

— Если ты меня обрядишь в перья, я и так буду выделяться. Но это не значит, что мне это понравится, ты же понимаешь? Я уже не в том возрасте...

Е Джун не стал дослушивать, снова закатив глаза.

Илла вслед продолжила «занудствовать»:

— И вообще, я все платья сначала покажу Чан Солю. Ему же нужно будет как-то подстроиться под платье? Или это тоже не в моде?

— Пару веков назад.

— Зря. Очень зря. С тех пор мода стала отвратительна, — скрипуче, словно старая бабка, сказала Илла, но тут же рассмеялась, увидев реакцию на этот звук от присутствующих. — Да ладно вам. Я правда ничего не понимаю в современной моде, но имею собственный вкус, воспитанный на классике, и намерена его придерживаться. Наши платья по большей части консервативны, лучшим цветом всегда является чёрный, никаких декольте до пупа или платьев-ночнушек. Поэтому обычно я просто приходила к своей швее, мы выбирали ткань из того, что есть рядом в магазине, придумывали фасон очередного платья в пол, экспериментируя разве что с рукавами, и шили.

— Я заметил. Ни у тебя фантазии, ни у твоего мастера.

— Так, дорогой мой, она швея, а не дизайнер мирового уровня. Вон, Ан Джи Вон подтвердит, что у меня хорошая одежда классического кроя, идеально подходящая для того, чтобы показать приближённость к народу. Так ведь? — Она скосила глаза на парней, которые тихонечко переползли вслед за ней.

— Всё так, госпожа Юн, — склонил голову молодой человек. Свобода и фамильярность, с которой общались эти двое, ясно дали ему понять, в каком обществе крутится Илла, хоть и изображает из себя простого преподавателя в университете. Пак Е Джун — это же икона модного подиума прошлого десятилетия, а то и полутора! За ним гонялись почти все азиатские модные дома и ещё куча мировых. Да и сейчас модельные агентства рады подписать контракт для своих подопечных, чтобы они участвовали в показах уже владельца собственного модного дома Пак.

— Ан Джи Вон. — Е Джун картинно потёр виски и тут уже закатила глаза Илла, настолько нарочито аристократично и даже несколько манерно это выглядело. — Почему мне знакомо ваше имя?

— Возможно, потому что он твой коллега, дорогой мой друг, а ещё участник группы «Сом Сарам», ты наверняка их знаешь, если до сих пор тусишь в модном обществе. И перестань строить из себя манерную пожилую кокетку, тебе не идёт.

— Господи, с кем я общаюсь! — Е Джун всплеснул руками, а потом поманил к себе Джи Вона. — Ну идёмте, коллега, попробуем сделать из этой вредной женщины красотку.

— А не получится, я пожалуюсь мужу, — Илла совершено не по-взрослому показала другу язык. — Хотя нет. Я пожалуюсь Даше!

А вот это аргумент! Е Джун спрятал рвущуюся колкость за зубами, хотя они с Иллой могли долго препираться к вящему удовольствию обоих, и пошёл работать. А то эти молодые скоро в обморок упадут. А нечего думать, что все тут королевские особы с врождённым чувством такта. Привыкли же они к плебейской одежде Иллы, вот и к нему привыкнут, ещё он в собственной компании этикета не придерживался.

Глава 13

— Милый, у меня дурацкая идея, но она не даёт мне покоя. Уделишь время? Мне нужно, чтобы кто-нибудь сказал, что она действительно дурацкая, и я тогда смогу выкинуть её из головы. Наверное.

— Говори.

— У нас в России есть праздник. Можно сказать, священный. Не религиозный, не смотри такими глазами. Это день победы Советского Союза над фашизмом. Очередная годовщина уже прошла, но я всё равно... — Она замялась, не зная, как озвучить своё желание.

— Ты хочешь слетать домой?

— Нет. Я хочу сделать несколько видео-роликов с песнями военных лет. Я спою песни, а вместо клипа пустить архивные записи. И опубликовать это в моих соц.сетях, они же ведутся? Подчеркнём мою национальность, погладим душу русскоговорящего населения Кореи. Главное, чтобы свои не передрались, приписывая себе эту победу, а то есть уже прецеденты, говорят.