Илла сначала думала броситься за ним следом и вернуть в кабинет, чтобы попытаться обговорить эти пожелания, а потом решил: зачем небольшой начинающей концертной компании проблемный артист, у них пока что нет таких возможностей, которых желает этот несомненно одарённый молодой мужчина. Он наверняка найдёт себе компанию покруче, а им сейчас бы выжить, не до истеричных звёзд.

Помнится, когда она пришла подрабатывать в музыкальную школу во время своей учёбы в консерватории, её коллеги чётко различали три категории учеников: «звёзды», «звездуны» и, простите, «звездецы». Вот этот товарищ явно тянул на максимальный уровень.

Чан Соль обнял Иллу и подул горячим дыханием в шею, прямо под ухо. Мурашки побежали по коже, но ни до каких действий, да даже до мысли не довели — она слишком устала. В общем-то, они оба сейчас способны только на один вид постельных подвигов — лечь, закрыть глаза и лежать неподвижно часов хотя бы девять.

— Жена. Домооой, поехали домой! Хватит уже думать, голова скоро лопнет. Я смог вызвать такси, я молодец?

— Ты у меня вообще самый лучший. — Илла поцеловала вусмерть уставшего мужа и плюнула на недочитанный контракт с осветителями концертного зала, где планировалось провести фестиваль студенческих театров. Не в буквальном смысле, конечно, хотя очень хотелось это сделать.

В квартире остались следы после утреннего срочного вызова на работу. Илла, наскоро приняв душ, прицепила к холодильнику напоминание себе о вызове клининга — работа работой, а всё равно хочется возвращаться в уютный дом, где приятно пахнет, в холодильнике есть свежая еда и кровать застелена свежим бельём. Поэтому телефон службы, обслуживающей их дом, стоял в списке контактов первой строчкой, работающие там тетушки уже не раз спасали её от лишней работы. Главное, успеть позвонить в их рабочее время! Вообще, Чан Соль намекал про экономку, которая раньше приходила пару раз в неделю, надо бы с ней познакомиться и предложить возобновить контракт — в конце концов, такой полезный человек рядом, зачем лишаться помощи.

На этом все мысли закончились. Мозг отрубился, кажется, раньше, чем она упала в кровать к уже спящему мужу. Нет, такой режим работы надо прекращать, иначе лягут к Мин Хо на соседние койки.

То, что будильник то ли не прозвенел, то ли супруги Юн его не услышали, стало понятно по яркому, совсем не утреннему осеннему солнцу, настойчиво светившему в окна.

— Милый, мы проспали, — Илла подкатилась под руку мужа, даже не думая вскакивать и бежать на работу. Чего уже суетиться, пока сейчас вызовут такси и доедут, в офисах они будут в лучшем случае к обеду. Самое время вспомнить, как Чан Соль рассказывал, что мог работать из дома или вовсе находиться в любом месте страны, но быть доступным для рабочих звонков. Но вообще странно, что никто не разбудил их по телефону, обычно с утра самый пик встреч и разговоров. Муж промычал в подушку что-то невнятное, но так и не пошевелился. Ну и ладно, значит, сегодня точно работают удалённо.

Она написала сообщение обоим секретарям, чтобы их не теряли, заварила себе большую чашку чая и села в комнату у раскрытого ноутбука. Если Чан Соль сразу не проснулся, дёргать его не стоит, пусть отдыхает. Завтраком она займётся чуть позже, сначала просмотрит почту. Вместо этого она поймала себя на мысли, что любуется своим спящим мужем. Эта зараза нравился ей в любом виде. Вот сейчас, с синяками под глазами, буквально поселившимися на его лице в последние пару месяцев, Юн Чан Соль неизменно привлекал её взгляд, стоило ему появиться в пределах видимости. Ей нравилось всё в этом мужчине, как она и говорила, казалось, в прошлой жизни, Владлене. Свет сошёлся клином, и хотелось всегда находиться рядом. Помогать в работе, вникая в совершенно непонятно для неё дело, кормить вкусной едой, с удовольствием принимать его знаки внимания, обсуждать прочитанные книги, сравнивая переводы и то, как понимается то или иное слово в разных языках. Боже, запах его кожи нравился! Нет, не парфюм, который Чан Соль любил и часто использовал, а именно натуральный запах его тела. Ну ладно, выбор его парфюма ей тоже нравился, чего скрывать.

Точно. Кормить. Илла подорвалась на кухню, придумывая, что приготовить на завтрако-обед. Она не отличалась знанием разнообразных рецептов, о чём сразу и предупредила тогда ещё кандидата в женихи, когда он подошёл к ней с кольцом. Разве что пироги любила печь — уж больно Арсений вкусно их ел, сердце всегда радовалось нехитрой женской радостью от этого зрелища. Раньше обед чаще всего добывался в ближайшем к работе кафе, а ужина зачастую вовсе не планировалось, особенно когда вечером проходил какой-нибудь концерт. По поводу завтрака Илла считала, что он должен быть вкусным, чтобы придать сил перед новым днём, а сестра с мамой утверждали — завтрак обязан быть сытным, хотя и с теми же самыми выводами. Но лучше съесть вкусную булочку с чаем и быть довольным и радостным до обеда, хоть и немного голодным, чем налопаться полезной, но невкусной каши и не получить от этого удовлетворения.

Поэтому уже через несколько минут на сковородочке выпекались тонкие русские блинчики, в маленькие мисочки, в которых раньше подавалось разного рода кимчи, ложечкой накладывалось варенье и найденное в русском квартале сгущенное молоко, а кофеварка шуршала своими внутренними деталями, словно разминаясь перед работой.

Телефон зажужжал, это Су Ён прислала ответ. Илла несколько секунд глупо смотрела на экран, перечитывая и не понимая слова, а потом негромко, чтобы не будить мужа, рассмеялась.

«Спите, госпожа Юн! Нерабочий день!»

Они не проспали будильник, он просто не звенел, потому что, наконец-то, наступил выходной. К чёрту всё! Илла заглянула в спальню, закрыла рабочий ноутбук, старательно не смотря, кто и что ей написал, и снова ушла на кухню. Смешно, но захотелось отпраздновать немного. Надо вспомнить, когда последний раз выходной у них был... да, наверное, перед свадьбой. Потом началась суматоха с гостями, инсульт Мин Хо, который умничка Арсений вовремя заподозрил и вызвал врача, что помогло хоть немного, но сгладить последствия для здоровья старшего брата. А дальше начался день сурка. Каждое утро Илла вставала, ехала с мужем на работу, вникала в новые процессы, нервничала, несколько раз плакала от бессилия, сидя на запасной лестнице офисного здания, но ещё больше сжимала зубы и вновь вгрызалась в документы, встречалась с подрядчиками и артистами, принимала концертные залы к выступлениям и прочее, и прочее, и прочее.

К слову, голос, который исчез примерно месяц назад, так и не пришёл в норму. До врача, который занимается проблемами связок, дойти она никак не успевала да и не нашла ещё нужного специалиста. По-хорошему, нужно позвонить Аликину, насесть на него и вызнать все ярки-пароли, к кому можно обратиться с такой проблемой, ведь кто, как не преподаватель вокала, знает всё об этом. Возможно, врача придётся подкупать, чтобы попасть на приём, не будучи сотрудником театра и не ожидая очереди в полгода, но зато это будет действительно хороший специалист. Есть, конечно, у неё мысль, что голос пропал на нервной почве, и стоит только Мин Хо выздороветь и взяться за свои обязанности в полном объеме, как и она восстановится, потому что не будет больше носиться белкой в колесе, занимаясь не своей работой. Но лучше проконсультироваться.

На запах свежесваренного кофе, шаркая тёплыми тапочками по ламинату, вышел заспанный Чан Соль. Ну чисто мышонок Рокфор, восхитилась Илла, глядя, как муж, не открывая глаз, безошибочно нашёл чашку с кофе и присосался к ней, словно к роднику в жаркий день. Муж так же точно ткнул в машину, запуская варку второй чашки, благо Илла запомнила эту его особенность и сразу засыпала зёрен побольше.

— Легче стало? — насмешливо уточнила она, держа в руках блюдо с блинчиками. Чан Соль, наконец, открыл глаза, увидел явства и сразу взбодрился, убежав в душ, силы на который с вечера у него не осталось.

Через каких-то полчаса с завтраком они закончили. Чан Соль последним блинчиком тщательно собирал остатки сгущенного молока, к которому пристрастился, Илла доедала из пиалы любимое вишнёвое варенье. На лице мужа блуждала счастливая улыбка, заставляющая улыбаться и её — много ли человеку нужно для счастья после двух месяцев непрерывной работы: нормальный долгий сон с отключенным телефоном, вкусный завтрак и понимание, что еще целый день отдыха впереди.