— Нам нужно убираться отсюда. Королева... она одержима или что-то в этом роде.

— Феро? — спрашивает Рошан, бросаясь вперед, чтобы помочь мне с Аммой.

— Я не знаю, но какие бы обряды они ни проводили там наверху, это за пределами всего естественного, — говорю я. — Нам нужно вывести всех этих людей.

— А как же Джавед? — спрашивает он, указывая большим пальцем на бессознательного короля.

Как бы я ни хотела оставить этого придурка, я качу головой.

— Возьмем его с собой. Он рычаг давления, если понадобится.

Двое мужчин взваливают короля на плечи. Держась друг за друга, мы единым строем двигаемся к лестнице.

— Подождите, — говорю я, глядя на верхний парапет, где королева перерезала горло моей лучшей подруге. — Я хочу забрать Лале. Она не заслуживает быть оставленной здесь. — Я поворачиваюсь к Рошану. — Пожалуйста.

— Конечно.

Его мягкое согласие — бальзам, и я сглатываю ком в горле. Он берет меня за руку, и мы двигаемся, чтобы забрать тело Лале — но, даже когда мы делаем шаг вперед, башня начинает трястись и рушиться. Я издаю скулеж разочарования. Она так близко.

— Моя вина, — говорит Рошан, поднимая клинок с руной земли. — Земляную магию трудно сдержать.

— Она рухнет, — предупреждает кто-то сзади. — Ты не успеешь.

Рошан смотрит на меня, позволяя мне решить мою судьбу... и его.

— Я сделаю все, что ты захочешь.

Я смотрю на рушащийся проход и проглатываю свое горе.

— Нет, пошли, — хрипло говорю я, не желая рисковать его жизнью. — Душа Лале уже в хорошем месте. То, что там наверху, — не она.

Его взгляд ищет мой.

— Ты уверена?

Я сглатываю слезы, подступающие к горлу, жгущие глаза.

— Нет. Но я не могу потерять никого другого.

Как только мы достигаем низа, мы вываливаемся в залитый кровью двор. Позади нас башня издает огромный стон и обрушивается внутрь, унося с собой остававшихся внутри. Было бы чудом, если бы Морварид пережила это. С другой стороны, она маг смерти, который практически призвал гребанного бога у меня на глазах, так что я не собираюсь торчать здесь, чтобы выяснить, выжила ли она.

В панике я ищу отца. Он жив, с облегчением отмечаю я, когда он, спотыкаясь, идет ко мне, его одежда забрызгана хрящами и кровью.

— Забери Амму, — говорю я, обнимая его на краткий миг, прежде чем мы покидаем двор с Рошаном и Дахака, бегом направляясь к тесной повозке, которая уже отъезжает, и группе ожидающих лошадей. Я быстро прикидываю — пять лошадей, больше десяти нас. Я слегка отстаю, и мой отец оборачивается, в его глазах вопрос.

— Сурайя, что ты делаешь?

Опустившись на колени, я хватаю с земли арбалет и перекидываю ремень через плечо.

— Не волнуйся обо мне, я найду другой выход отсюда.

— Я не уйду без тебя.

— Тебе нужно доставить Амму в безопасное место. — Я замолкаю и выдавливаю ободряющую улыбку. — Морварид была в башне, когда она рухнула. — Его глаза сужаются, но я ободряюще киваю, пряча свои сомнения. — Никто не мог пережить это обрушение. Увези Амму в Кобан, пока можешь. Я обещаю, что найду другой выход, но тебе нужно уходить сейчас.

— Нет.

Я кладу ладони на его бородатый подбородок.

— Пожалуйста, Папа. Просто иди. Я не вынесу, если с тобой или Аммой что-то случится. Она и так достаточно пережила. Со мной все будет в порядке, обещаю.

— Я останусь с ней, — говорит Рошан, подходя к моей стороне. — Убедитесь, что король в безопасности. Его королевская стража может прийти за ним. Есть еще одна конюшня с южной стороны дворца, где Дахака вошли в город. Мы пойдем туда и возьмем лошадей.

Мой отец на мгновение выглядит пораженным, когда узнавание появляется в его глазах, и он немедленно склоняет голову в почтении.

— Конечно, Ваше Высочество. Для меня честь.

— Честь для меня.

После испытующего взгляда на мое лицо отец кивает мне. Я смотрю, как он помогает Амме в повозку. Я не хочу думать, что это может быть последний раз, когда я вижу их живыми. Все, что я говорю себе — они будут в безопасности. Каким-то образом.

Небольшой конвой отбывает, увозя остальных из опасной зоны. Магия вздымается в моем теле, когда я поворачиваюсь, готовая встретить свою судьбу. Я смотрю на мрачного принца рядом со мной, и хотя его присутствие ободряет, я не могу рисковать, подвергая его опасности. Я чувствую это костями: это далеко не конец.

— Ты тоже должен идти, Ро, — говорю я ему.

— Я не оставлю тебя. — Его взгляд впивается в мой, его карие глаза горят эмоциями.

— Если королева все еще жива, ты будешь в опасности. Она знает... — слова застревают в горле, — ...что ты... уязвимое место для меня.

— Тогда ты поймешь, почему я остаюсь.

Это признание заставляет что-то драгоценное расцвести в тайном уголке моего сердца. Но это знание также приносит страх. Страх потери. Страх потерять его... на этот раз навсегда.

— Она использует тебя против меня.

— Она попытается. И у меня свои счеты с Морварид. — Он одаривает меня той знакомой кривой усмешкой, которая слегка растапливает глыбу льда в моей груди. — И, насколько нам известно, она уже мертва.

Я не забыла, что она сделала с матерью Рошана, но это опаснее, чем он знает.

— С таким могущественным магом, как она, нам нужно увидеть тело, чтобы знать наверняка. Потому что если она действительно призвала бога смерти, она все еще может быть жива.

И чем бы ни стала Морварид, она может уже не быть человеком.

— Тогда мы сожжем это дотла. — Лицо Рошана сурово. — Вместе. Я не позволю тебе делать это одной.

С хмурым взглядом на его упрямство, хотя мое сердце необъяснимо теплеет, я вздыхаю, а затем для эффекта закатываю глаза.

— Ладно. Если ты собираешься впасть в гладиаторский режим зверя и пробиваться силой, чтобы помочь из-за какого-то неуместного идеала спасения девиц, тогда возьми это. — Я сую арбалет, висящий у меня за спиной, ему в руки.

— Хорошо, что ты не девица, Хранительница Звезд. — С подмигиванием он перекидывает оружие через руку и поигрывает мышцами. — Значит, ты считаешь меня зверем?

Моя улыбка дрожит.

— Я думаю, ты думаешь, что ты зверь.

— Слишком поздно, — говорит он с непочтительным подмигиванием, напоминающим мне о нашей первой встрече здесь, на этих самых землях. — Ты уже признала, что я тебе нравлюсь. И мы оба знаем, что ты чувствуешь к моему телу. Особенно когда ты так хорошо им командовала.

Краснея от намека, я качаю головой.

— Бедняжка, ты, должно быть, был так дезориентирован и сбит с толку, что это лишило тебя рассудка. — Я перехожу на бег трусцой к цитадели и королевским конюшням. — Постарайся не отставать, ладно? И используй мускулы в мозгу, а не тот, что между твоих...

Я обрываю себя, когда воздух вокруг нас наполняется ослепительно ярким светом. Огромный портал открывается во дворе... и я узнаю вооруженных воинов, хлынувших из него, включая их лидера. Характерная темно-бордовая полоса на ее груди и штифты на щеке бьют меня, как сапогом в живот. Это женщина из зеркала связи — та, что докладывала Вогону.

Какого хера Скавы здесь делают?

Но меня отвлекает группа солдат Дахака, бегущих к нам с противоположной стороны с криками и размахивающих оружием.

— Командующий!

Трое из них сворачивают к нам, их стрелы летят, отгоняя надвигающуюся волну Скавов. Я узнаю Арана, бегущего рядом с невысокой женщиной-солдатом с опущенной головой, держащей колчан стрел за спиной, обоих сопровождает командующий из Нириэля. Он быстро двигается для такого крупного мужчины.

— Нам нужно увести вас в укрытие, сэр, — грохочет командующий.

Я моргаю, глядя на Рошана. Мой взгляд автоматически падает на его одежду, чтобы проверить, не стащил ли он еще одну форму Дахака, как в Индралоке, но он одет в простые коричневые брюки и тунику, подпоясанную желтым кушаком. Он выглядит почти так же, как в первый раз, когда я увидела его на той дворцовой стене... как простой садовник. Но командующий знает, что он Ориндхрский принц, а не какой-то пехотинец в их рядах, так что, возможно, это была оговорка в хаосе.