— Неужели мы не можем выпить чаю? Или ты так меня ненавидишь?

— Я не ненавижу, — возразила я.

Я была добрым человеком и вздохнув, согласилась на его предложение. Мы присели в самом углу, заказали тот самый чайник чая, который оба любили и Уилл спросил с Мерфи ли я.

— Да. Мы вместе.

— Странно. Вы совсем друг другу не подходите.

Я закатила глаза.

— Не начинай.

— Это так. Ты хорошая девушка, а он плохая для тебя компания.

— По крайней мере он не женат.

Уилл замолчал, а затем тяжело выдохнув сказал:

— Признаю, я не должен был вступать с тобой в отношения будучи не свободным, но ты вскружила мне голову.

Я молчала прекрасно понимая и помня, как быстро закрутился наш роман. В любом случае я никогда не забуду Уилла. Он был моим первым мужчиной, а это не забывается.

— Прости, что не ушел от нее раньше.

Я замотала головой.

— Это к лучшему.

Уилл усмехнулся.

— Я развелся, Джин. Но сделал это поздно и потерял тебя.

Я замерла. Сколько раз он говорил, что разводится, но каждый раз я не верила в это до конца. И вот, он и правда свободен, а я уже нет. Так странно понимать, что раньше я так обижалась на него, так хотела быть единственной, а теперь эта новость не приводит меня в восторг. Нам как раз принесли чай и Уилл разлил его по чашкам.

— Ты счастлива с ним?

— Я думаю, что люблю его, — честно призналась я.

Уилл поморщился словно от боли.

— А мне все еще больно слышать это.

— Прости, — я виновато опустила взгляд.

Я неспешно отпила пару глотков чаю.

— Мы же можем остаться друзьями?

— Друзьями? — он усмехнулся, так же отпив чаю. — Каждый раз, когда я вижу в аудитории его наглую морду, мне хочется хорошенько ему ее начистить.

Я пораженно уставилась на него. Увидев мой взгляд, мужчина вздохнул:

— Но я конечно же не стану это делать. Хотя, после того раза...

Уилл намекнул на то, как Дэвид кинулся на него, увидев нас вместе.

— Сложно сдержаться.

— Я не хочу проблем, ни тебе, ни ему.

Уилл глянул мне в глаза. Странно, когда-то этот взгляд пробирал меня до дрожи в коленках.

— Нет никаких шансов на то, что ты будешь со мной?

На секунду я задумалась, но затем вспомнила взгляд Мерфи и отрицательно качнула головой. Я видела легкое расстройство Уилла, но понимала, что расставить все точки над «и» самое лучшее в нашей ситуациям.

— Я люблю Дэвида…

Стоило это сказать вслух, как все сразу стало так просто. Я правда люблю его. Нужно было сказать это еще в больнице, зато теперь я точно уверена. Мой. Мой Дэвид Мерфи.

Ретт

Не знаю зачем, но я решил открыть жене одну из своих тайн. У нас действительно была своя группа с идиотским названием «Четыре черепа». Нас было четверо, но ничего умнее мы не придумали. Почему я бросил? Все было просто как дважды два. Я так воспитан. Отец был приземленным мужчиной, которому были чужды все эти творческие профессии. Он уверял, что славу заполучают единицы, в то время как остальные просто идут по наклонной, либо не выдерживая популярности, либо просто до нее не добираясь. Мой отец уверял меня, что зарабатывать нужно либо мозгами, либо руками, а творческие профессии для него было лишь хобби, тратить на которое нет смысла. Я бросил группу, но играть на гитаре продолжал. Для души, для расслабления, для того самого хобби. Тем более со временем слова отца подтвердились, ибо парни из группы все кроме меня пошли по наклонной. Они были злы на меня, что я оставил группу и только лишь один из них, придя ко мне и умоляя взять его на работу извинился. Теперь он работает охранником у меня в банке. Творчество не всегда выживает.

Сегодняшний день — день открытий и изменений. Я не особо хотел выдавать то, что пишу музыку, которой у меня за это время накопилось столько, но сыграв ее при всех, теперь уже было не так страшно признавать, что тираничный Ретт Грейсон немного творческая душа. Я не был романтиком, но при желании мог совершать романтичные поступки, я не был творческой личностью, но творчество было в моей душе. Я очень критично всегда отношусь к себе, к тому что делаю, поэтому как бы не нравилось окружающим то, что я исполнил, моя музыка не настолько хороша, чтобы зарабатывать ею нереальные деньги. На любительском уровне да, у меня получалось не плохо, но до профессионала мне было слишком далеко. Другое дело моя нынешняя работа, в которой я верчусь достаточно долго, изучив все еще тонкости, лазейки и специфику. Это мое. Это то, что у меня действительно получается.

Сегодня я ощущал себя свободным. Мне не приходилось быть сенатором, строгим, умным, расчётливым и непоколебимым. Я был обычным человеком, среди таких же обычных людей, именно такого мне и не хватало. Мне хотелось отдохнуть от работы и именно этим я и занимался сегодня, благодаря Джин и ее друзьям. В какой-то момент мне стало не по себе от того, что я таким похвастаться не могу, у меня нет друзей как таковых, нет возможности — вот так беззаботно развлекаться, не думать о том, что о тебе подумают. Для сенатора штата, к сожалению, это слишком важно…

Уснул я достаточно быстро и, видимо от большого обилия свежего воздуха, очень крепко. Я и дома при желании просыпаюсь раньше, но сегодня я хотел поспать подольше, только вот мне это не удалось. Проснулся я от того, что кто-то вне палатки на кого-то прикрикнул. Я мог бы дальше спать, но увидел, что рядом со мной не было моей жены. Сонно осмотревшись я ничего не понял, но уже было не до сна. Время показывало на половину шестого утра. Накинув на себя кофту я вылез из палатки. Передо мной предстала картина как трое сидят за столом и что-то уплетают, доказывая друг другу.

— Драка за еду? — усмехнулся я, отправляя мятную жвачку в рот.

— Да вообще офигели эти женщины, — смеясь заявил Макс отбирая ложку у одной из девушек.

— Джин не видели? — тут же поинтересовался я.

— Куда-то в ту сторону пошла, — ответил мужчина указывая рукой направление.

Я пошел именно туда, куда он показал. Я не знал этого места, не знал местности и вообще был тут впервые, но протоптанная тропинка явно указывала на то, что тут не заблудишься. Я шел пару минут и увидел Джин, укутанную в плед около берега, на возвышенности, а впереди виднелся яркий восход солнца. Я тихо подошел к ней, а после коснулся плеча. Джин вздрогнула, я же поспешил сказать, что все нормально, это всего лишь я. Быстро присев позади нее, я обвил двумя руками свою жену, кладя подбородок на ее плечо. Не прошло и минуты, как Джин засобиралась уходить, хотя понятно было, что не приди я сюда она никуда не рыпнулась бы. Сильнее обвив ее руками, я не дал жене встать. Неужели это место значит больше, чем нужно, а я своей наглостью вторгся в это пространство… Пусть это будут лишь мои догадки. Ведь все так хорошо начиналось…

Самое худшее всегда сбывается, мысли материализуются, словно Вселенная слышит их. У меня были догадки о том, что это за место и что оно значит для Джин, но как только она вновь подорвалась, желая, как можно скорее уйти отсюда, не позволяя нам долго сидеть в одной позе, я понял, что все именно так, как я предполагал.

Раньше она ездила в эту поездку с Дэвидом и готов дать руку на отсечение, что это было их место. Ревность к прошлому прожигала изнутри, а обида за то, что у нас с ней такого нет и все наше приятное общение привело к тому, что она вновь стала холодной, как земля под пледом, тут же дали о себе знать. Джин вскочила, словно ошпаренная и понеслась к лагерю, тогда как я остался на месте, словно оплеванный. Я разозлился на нее, меня грызла эта самая ревность. Почему так сложно блять просто забыть?! Да, я не знаю, что такое любить, не знал, до того, как не полюбил ее, но я бы смог перекрыть старые чувства в пользу новых. Во всяком случае мне так казалось.

Встав с места, я яростно подхватил плед с земли и пошел в сторону лагеря. Мое лицо не было добрым, оно даже не было дружелюбным, коим вчера я баловал окружающих. Теперь я выглядел как тот самый Ретт Грейсон из экранов телевизоров: серьезный, молчаливый, непоколебимый. Чертов Мёрфи портит все, даже не присутствуя здесь. Ебаный щенок, как бы хотелось избавиться от него, он как заноза в заднице.