Будущее

Финикс, штат Аризона

Джин

Голос Мерфи был надломленным и полным ярости. То, что он говорил казалось каким-то страшным сном. Оказалось, что его мать сбила машина.

— Господи, как она?

Я правда переживала за эту женщину. Она была славной и у нас всегда были хорошие отношения.

— Сломала руку. Ей наложили гипс. Это чудо, что она вообще жива!

— Мне очень жаль, Дэйв...

— Ах тебе жаль? Если бы тебе действительно было жаль, ты бы не жила с человеком, который творит такое!

Кончики моих пальцев стали холодными.

— Что ты имеешь в виду?

— Это его рук дело, Джин!

Я пыталась осмыслить, сказанное им. Нет, что за бред? Ретт бы не стал совершать такое! Он больше не тот человек, которым был вначале нашего брака. Я замотала головой, говоря:

— Ты ошибаешься, Дэвид!

— Я узнал и машину, и человека в ней! Это его люди! Видимо, прослушка на твоем мобильном все же стоит.

Я тут же прокрутила мысленно наш с ним предыдущий разговор. Я сказала, что не могу быть с ним, сказала, что остаюсь с Реттом. В этом разговоре не было много конкретики, но Дэвид в тот миг просто убеждал меня быть с ним, говорил о Грейсоне много плохих вещей. Если Ретт знает о звонке, то он мог сильно разозлиться...

— Это случилось почти сразу после нашего разговора! Думаешь, это совпадение?

Мое сердце билось так быстро, что мне даже стало дурно.

— Нет-нет-нет, — тихо повторяла я, садясь на кровать.

Я не могла в это поверить.

— А ты что думала, что он изменился? Стал хорошим человеком? Он угрожал мне смертью моей матери, если я и дальше буду с тобой как-то контактировать. Это предупреждение! Блядь, я ради тебя рискую матерью, а ты хочешь остаться с этим ублюдком?

Весь мой мир снова перевернулся с ног на голову. Неужели я стала настолько слепа? Неужели я и правда не вижу очевидных вещей?

— Джин, у нас все готово. Документы, деньги, план, куда поехать на первое время.

Мы оба замолчали на пол минуты, а дальше я сдавленным голосом сказала:

— Дай мне пару дней. Я напишу. Передай маме, чтобы она выздоравливала.

Настоящее

Ретт

Ни одно публичное мероприятие не обходится без больших шишек к коим я себя причисляю. Да, я не последний человек в этом штате и прекрасно знаю это, пользуюсь и горжусь этим. Я пользуюсь всем, чем могу и там, где могу. Чего стоит только мой брак, которым я так же воспользовался в корыстных целях. Хотя стоит признать, что чем больше я нахожусь в браке с Джин, тем больше я забываю о том, что ее статус куплен вместе с телом. Мне нравится она, нравится внешне, нравится, как она ведет себя в качестве моей супруги на публике, нравится, как она стонет в постели от моих ласк.

За последние месяцы этот ангелок превратился в сильного боевого ангела, чем безусловно подкупает, как сильная личность. Не многие могут меня вытерпеть, не спорю и Джин сложно, но она держится, и очень уверенно. Если сначала я и правда относился к ней как к купленной вещи, то позднее я стал уважать ее, а это очень дорогого стоит. Порой меня бесит ее легкомысленность, касательно каких-то поступков, но в общем и целом, она заслужила мое почтение, однако я не так часто и откровенно спешу показывать это. Я не хочу, чтобы она думала, что ей все можно и я все прощу. Отнюдь. Даже несмотря на то, что у меня появилась симпатия к ней, малейший косяк и я вновь превращусь в ужасное, деспотичное, беспринципное чудовище. Когда я в ярости, я совершенно забываю о том, кто передо мной, а навязчивая мысль «наказать» перекрывает абсолютно все хорошее. Может, именно из-за этого у меня нет друзей, а одни знакомые и коллеги. Но так даже лучше, чем меньше привязанностей в моей работе, тем меньше рычагов давления, а я ведь очень не люблю, когда на меня давят. Можно даже сказать ненавижу и не потерплю. Как бы то ни было, на людях, на публике я — сенатор, который жаждет сделать жизнь американцев безоблачной и безопасной. Это официальная версия, а неофициальная — я просто люблю власть.

Говоря о публичных мероприятиях, сегодня планировалось одно из важных в карьере политиков. Благотворительный вечер, собранные средства от которых пойдут на борьбу с онкологией. Поставив перед фактом свою супругу, я заранее приготовил для себя костюм. С недавних пор, выбор платья Джин лежит на ней, а не на дизайнерах. Мне нравится ее вкус, и я решил, что отныне она сама будет решать во что ей одеваться. Можно сказать, я немного развязал ей руки. Мой же выбор, как обычно, пал на строгий черный костюм с бабочкой. Галстуки я люблю больше, но сегодня будет бабочка. Последние дни, Джин немного сторонится меня, и я не понимаю почему. Я не сделал ей ничего плохого, на удивление и она вела себя приемлемо, так что у меня даже не было поводов наказывать своего ангела. Разве что только в сексе, но там я просто люблю подобное. Джин одела длинное шикарное платье и стоило мне ее увидеть, как на лице заиграла улыбка.

— В который раз убеждаюсь, что твой вкус намного лучше, чем у всяких дизайнеров, — я подошел к ней и поцеловал в шейку, убирая волосы на одну сторону.

Я тут же отошел и надел пиджак, завершая свой образ. На удивление Джин более чем спокойна, даже несмотря на то, что я очень часто зажимаю ее, целую и трахаю, даже тогда, когда она этого не хочет.

Мы вышли из дома и я, придерживая руку на ее талии, помог ей сесть в машину. Доехали мы до места проведения очень быстро. Движение города было частично перекрыто, что сыграло нам на руку. Выйдя из машины, я обнял свою супругу за талию и уверенно повел ее в сторону входа в банкетный зал. На входе нам тут же вручили брошюру с планами на вечер, которые расписаны чуть ли не на каждую минуту.

— Насыщенный предстоит вечер, — шепнул я Джин, а затем повел ее в сторону стола, где разливали шампанское.

— Два бокала, — обратился я к официанту, а затем глянул на Джин. — Детка, тебе нужно немного натянуть улыбку, хотя бы на камерах, а то я не хочу, что б потом в газетах был заголовок «Жена сенатора очень недовольна благотворительным вечером». Мне честно сказать тоже не особо хотелось сюда идти, но раз уж мы пришли…

— Кому какое дело насколько широко я улыбаюсь, — тихо парировала она.

Я вручил Джин бокал, а затем сделал глоток из своего.

— Ретт Грейсон, какая честь, — послышался голос позади меня, что заставило меня обернуться. Передо мной стоял человек, которого я раньше видел, но где точно не помню.

— Меня зовут Уильям Сонрайз, и мне очень приятно познакомиться с вами не только как с сенатором, но и как с мужем девушки, которая была моей студенткой, — чем больше он говорил, тем больше вызывал у меня неприязнь.

Так он еще и знаком с Джин, как интересно.

— Взаимно, — сдержанно ответил я, обнимая Джин за талию еще крепче.

Стоило моему взгляду упасть на личико жены, как я увидел некую растерянность, а что касается мужчины напротив нее, там же наоборот интерес.

— Моя жена была прилежной студенткой? — вдруг решил спросить я, на что мне был весьма неоднозначный ответ:

— Более чем…

— Где же ваша жена? Кажется, ее звали Карен.

Губы Уилла изогнулись в улыбке.

— Она скоро вернется. Решила посетить дамскую комнату. Слышал о твоем триумфе в Нью-Йорке...

— Что? — удивилась моя жена.

— Ты и твои детишки участвовали в соревнованиях?

— Ах да, — от волнения словно все ее мысли выскочили из головы.

— Я рад, что у тебя получилось осуществить твою мечту.

— Оказывается, мечты иногда могут осуществляться — на автомате сказала она.

Улавливая нотки напряжения, я пытался понять, в чем же собственно дело. Почему Джин так откровенно занервничала, а мужчина напротив меня, практически не замечал моего присутствия, а уделял все внимание моей жене. Чем больше они переговаривались, тем больше я поражался происходящему и одновременно злился. Я терпеть не могу недоговоренностей, ненавижу, когда чего-то не знаю. Мне не нравится то, как они разговаривали, мне не нравится то, что сейчас я понимаю, что между ними либо что-то было, либо это связано с чем-то другим. Они знали друг о друге многое, например, Джин упомянула его жену, да еще и назвала ее по имени, а он, не просто озвучил ее мечту, но и оказывается знал о том самом триумфе на соревнованиях. Какого. Блять. Хуя. Происходит?!