— А Вайторлы? — спросила Ольга, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Мой Род универсален, но в основном базировался на укреплении и усилении.

Я снова создал молнию, но на этот раз вытянул её, формируя копьё. После начал направлять внутрь больше энергии.

Через несколько секунд копьё стало ярко-белым. От него разошлись тяжёлые волны силы, искривляющие пространство вокруг и заставляющие стекло обзорного окна едва заметно задрожать.

Все члены экипажа в рубке настороженно посмотрели в нашу сторону.

— По сути, я способен усилить почти всё: технику, тело, оружие, защиту, источник или чужую способность. Теоретически — до бесконечности.

Я начал постепенно забирать энергию, возвращая копьё сначала к обычной молнии, а затем полностью развеивая.

— Но на практике бесконечности не существует. Чем сильнее я усиливаю объект, тем быстрее растёт расход. Не в два и не в три раза, а многократно с каждым следующим этапом. Кроме того, у каналов есть предел пропускной способности, а у тела — предел нагрузки. Поэтому и моя сила имеет ограничения.

— Имеет, конечно, — хмыкнула Ольга. — Все мы видели, насколько ты «ограничен». Теперь ещё больше понимаю, почему Кларисса настолько высокого мнения о тебе, несмотря на собственную силу, и столько расхваливала тебя. — Она прищурилась, разглядывая меня ещё внимательнее. — Правда, Кларисса рассказывала, что другие Вайторлы далеко не такие, как ты. Многое из того, что умеешь ты, они никогда не могли сотворить.

— У каждого свой путь развития. — Я пожал плечами.

— Я кое-что об этом знаю, — продолжила Ольга. — Опять же разговаривала с Клариссой. Какого цвета твой Аспект?

Я едва заметно усмехнулся и продолжил:

— На мирах-кораблях нет артефактов, способных полноценно работать на уровне Аспектов. Даже древнейшие медицинские системы воздействуют на тело, источник, каналы и душу, однако Аспект находится глубже. Он является не просто энергией, а итогом развития родовой силы на протяжении множества поколений.

Я развернулся, опустил руки и опёрся спиной о стекло, чтобы видеть всех троих.

— В мире вообще практически не существует артефактов такого уровня. Есть лишь редкие растения, живые источники и так называемые «части мироздания» — объекты, сформированные законами мира и способные воздействовать на то, что обычным техникам недоступно.

— Священные древа, значит, относятся к таким объектам? — спросил Егор.

— Да. И одно из них нам поможет, но… — Я сжал кулаки и тихо выдохнул. — Но сорвать два сейчас не смогу даже я… Поэтому придётся довольствоваться одним и использовать его максимально точно. Возможно, где-то рядом есть и другие такие «артефакты». Но я не знаю окружающих планет и не представляю, где искать. На разведку могут уйти месяцы или годы. У Ани и Акихиро Хинодэ такого времени нет.

Эйкхирия, до этого молчавшая и внимательно слушавшая объяснение, снова стала серьёзной.

— Что насчёт портала? Если мы сейчас его откроем, то так или иначе раскроем положение Земли. Любой, кто внимательно следит за пространственными колебаниями и находится близко к нам, сможет определить направление перехода, а затем постепенно вычислить точку отправления.

— Риск есть, но другого выхода сейчас нет. Поэтому действовать придётся быстро. Откроем проход, сразу закроем его за собой и изменим часть пространственных частот. Полностью скрыть направление не получится, но это будет лишь вспышка перехода — не более. А после уже с другой стороны откроем путь сюда.

В этот момент со стороны командного центра раздался напряжённый голос координатора:

— Ваше Величество, впереди обнаружены множественные цели. Десять дирижаблей быстро приближаются встречным курсом. Вокруг них подняты щиты.

Все одновременно повернулись к тактическому экрану.

Мы уже влетели в границы Антарктиды, и на карте впереди загорелись десять красных отметок. Они двигались широким полукольцом, постепенно перекрывая нам путь к центральной части.

Я внимательно изучил построение.

Дирижабли распределились грамотно. Четыре идут впереди, ещё четыре держатся по бокам, а два остаются чуть дальше, готовясь прикрыть остальных или ударить после начала сражения.

— Похоже, нас заметили ещё в прошлый раз, — покачал я головой. — И теперь не собираются пускать глубже на материк.

— Кто они? — спросил Егор, подходя ближе к карте.

— Знаки принадлежности отсутствуют, — ответила координатор. — Но по моделям судов и энергетическим частотам можно предположить, что это объединённые силы нескольких государств.

— И что будем делать? — Ольга посмотрела на меня.

Я перевёл взгляд на координатора.

— Передайте им открытым каналом: мы направляемся сюда с проверкой и не собираемся задерживаться на территории Антарктиды дольше необходимого. Наш маршрут не связан с их базами или территорией. Однако если они попытаются перекрыть путь, задержать нас или атаковать, это станет считаться началом блокады объединённых империй. В таком случае мы не станем терпеть нахальство и применим силу.

— Приказ поняла.

Сообщение ушло, и какое-то время мы летели молча, наблюдая, как красные отметки продолжают приближаться. Расстояние медленно сокращается, а вражеские суда не меняют построения и не опускают щиты.

— Ответа нет, — спустя минуту сообщила координатор. — Мы повторили передачу на трёх частотах. Сигнал получен, подтверждение зафиксировано, однако на связь они не выходят.

Я сжал губы, продолжая смотреть на приближающееся полукольцо.

Значит, услышали… И решили проигнорировать предупреждение.

— Сколько до дистанции первого удара? — спросил я.

— Две минуты при текущей скорости.

— Что ж, — тихо произнёс я. — Значит, они сами выбрали свою судьбу.

Все уже готовились к бою, когда Сергей вдруг просто вошёл в чёрный портал. Все с недоумением смотрели на это, а затем, заметив движение на камере, увидели, что он оказался перед строем летательных аппаратов, а от него широкой дугой расходится один чёрный диагональный удар тёмной энергии.

Спустя миг три из десяти дирижаблей располовинило, а ещё миг спустя они взорвались яркими вспышками, которые ударной волной всколыхнули плащ Сергея, пока он просто продолжал висеть в воздухе.

Семь дирижаблей тут же начали менять курс, разлетаясь в разные стороны.

— Доходчиво объяснил… — тихо заметил Егор.

И каждый в этот момент понял, особенно Эйкхирия, что шутки действительно кончились. Если Альвы не пойдут на контакт… Тот, кто когда-то вырезал в одиночку целую планету… Сделает это снова.

Неужели… Старейшины были правы…? И вправе ли она дать ему повторить трагедию для своего народа…?

После того как я уничтожил три дирижабля, никто больше не решился вставать у нас на пути.

Оставшиеся суда разорвали построение и ушли в стороны, не пытаясь преследовать наш флагман или снова перекрыть маршрут. Похоже, первого предупреждения им оказалось недостаточно, зато короткой демонстрации силы вполне хватило, чтобы желание продолжать блокаду исчезло.

До нужного прохода мы добрались без новых столкновений.

Дирижабль я сразу отправил далеко назад, но так, чтобы он, как и ещё несколько дирижаблей, всегда находился в нужных точках поблизости, в океане. Экипаж получил прямой приказ не покидать позицию и не выходить в эфир без крайней необходимости.

Мы же спустились в ледяные туннели и без происшествий добрались до корабля, где, не задерживаясь после входа, сразу направились к портальной площадке.

Когда я ступил на её край, внутри сразу появилось знакомое ощущение. Лёгкий отклик прошёл по источнику, затронул душу и потянул куда-то далеко, за пределы Земли.

Я остановился, затем опустился на одно колено и приложил ладонь к холодной поверхности платформы.

Для создания постоянного и устойчивого моста между двумя мирами-кораблями требуется синхронизация. Оба судна должны находиться достаточно близко, чтобы согласовать частоты реакторов и закрепить общий канал. Но при наличии двух действующих «ключей» можно открыть кратковременный переход даже без полной синхронизации.