— И, признаться, если бы не это раздражение, я сейчас даже не разговаривала бы с тобой. И что я только нашла в тебе в своё время? Да, ты силён. Но что представляет собой твоя сила? И спустя время я поняла, что ты опасен. Причём сам того не понимая, в первую очередь для самого себя. Осознав это, я поняла, что больше не хочу связывать себя с тобой. Ты и не представляешь себе, сколько раз я была рада, когда начала жить спокойно.

За нашими спинами начался шёпот. Кто-то негромко усмехнулся.

Для окружающих сейчас происходящее превратилось в представление: выяснение отношений двух бывших возлюбленных, оказавшихся на одном приёме после долгой разлуки.

— Твоё мнение очень важно для меня, — усмехнулся я.

Убрав руки с груди, подошёл к Анастасии и обнял её за талию, притягивая к себе. Затем, не отрывая взгляда от Тани, наклонился и поцеловал супругу в щёку.

Анастасия замерла. Она ошарашенно переводила взгляд с меня на сестру, совершенно не понимая происходящего.

Егор также растерялся, нахмурившись и явно пытаясь решить, не сошёл ли я окончательно с ума.

К счастью, они стояли спиной к залу, поэтому гости не видели выражений их лиц. Наблюдатели снаружи меня не беспокоят.

Анастасия попыталась отстраниться, но я направил в неё небольшой поток энергии, удерживая тело неподвижным.

Не причиняя настоящего вреда, я создал короткий болезненный импульс, давая понять, что сейчас нужно подчиниться и не задавать вопросов.

Она сразу перестала сопротивляться.

— Рад, что моей женой стала женщина, которая не сбежала из страны, — произнёс я, продолжая смотреть на Таню. — Та, кто держалась ради Империи до самого конца.

Таня встретила мои слова всё тем же холодным взглядом.

— Уходим, — распорядился я.

Отпустив Анастасию, взял её уже за руку, развернулся и направился к выходу с балкона. Мы уже почти дошли до дверей, когда позади раздался голос Егора:

— Что значит «уходим»?

Он говорил так же холодно, как Таня. Я остановился и обернулся, надеясь, что он сейчас меня не подведёт.

— То и значит.

— Мы прибыли сюда за ней, — Егор указал в сторону сестры. — И без Тани я никуда не уйду.

Я усмехнулся одними губами.

— Если настолько хочешь, можешь попытаться забрать её самостоятельно.

Егор мрачно посмотрел на Таню. Она продолжала стоять у перил, не проявляя ни малейшего желания идти с нами.

— Только вряд ли она сдастся без боя, — продолжил я. — Ты ведь понимаешь, что добровольно она не пойдёт?

Егор стиснул зубы. Я кивнул в сторону гостей, собравшихся возле дверей.

— И не станешь же ты выяснять отношения прямо перед ними?

Несколько секунд казалось, что он всё-таки сорвётся. Однако затем Егор молча прошёл мимо меня.

— Друзья, вы уже уходите? — раздался справа знакомый голос.

К нам приближался улыбающийся Вильгельм. Он выглядел довольным и даже не пытался скрывать, что услышал большую часть разговора.

— Жаль покидать настолько приятное мероприятие, — спокойно ответил я. — Но не терплю рядом предателей. И уж тем более женщин, которые слишком высоко себя оценивают. Поэтому мы откланяемся.

Последние слова я произнёс достаточно громко, чтобы их услышали и гости, и Таня.

За спиной сохранилась тишина. Вильгельм внимательно посмотрел на меня.

— Разумеется, — наконец произнёс он. — Никто не смеет удерживать российского императора. — Его улыбка стала ещё шире. — Надеюсь, следующий наш разговор окажется продуктивнее.

— Не сомневаюсь.

Мы покинули зал под взглядами десятков аристократов, ни разу не обернувшись.

Обратно в лимузине ехали молча.

За тонированными окнами двигались освещённые улицы чужой столицы. Праздничные вывески сменялись тёмными переулками, а стоявшие вдоль дороги люди провожали императорский автомобиль любопытными взглядами.

Яна сидела напротив меня, закрыв глаза. Егор мрачно смотрел в окно. Анастасия сидела рядом, поджав губы и глядя перед собой.

— Что это сейчас было? — наконец не выдержал Егор. Он продолжал смотреть в окно, даже не поворачиваясь ко мне. — Мы прилетели сюда ради Тани. Столько времени искали сведения, рисковали, устраивали операцию… И ради чего? Чтобы просто отпустить её?

— Тебе недостаточно того, что она жива? — спросил я, концентрируя энергию.

— Почему мы даже не попытались её забрать? — упрямо продолжил он, проигнорировав вопрос, и повернув ко мне голову.

Вместо ответа на этот вопрос я посмотрел ему прямо в глаза.

— Скажи, ты что-нибудь понял из моего разговора с ней?

От автора: мини-конкурс! Кто разберёт, о чём именно говорили Сергей и Таня, каждую фразу, получат промокод! Участие для тех, кто хочет поломать себе чуть-чуть голову, так как диалог не особо сложный)

Верными будут только первые три верных ответа.

— Что ты имеешь в виду?..

— Егор, — спокойно обратился я к нему. — Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Понимаю, насколько тяжело осознавать, что мы не забрали Таню с собой. Она твоя сестра, которую ты искал почти три года. И сейчас, когда мы наконец нашли её, ты переживаешь и хочешь немедленно вернуть домой. Но прошу тебя, соберись.

Он тихо выдохнул.

— Прости… Да, мне тяжело, — признался Егор, опуская голос. — Когда каждый день живёшь с мыслью, что сестра то ли жива, то ли мертва…

Он замолчал на несколько секунд, собираясь с силами.

— Это сводит с ума. Просыпаешься и первым делом думаешь, где она… Засыпаешь с тем же вопросом… Думаю, Леонид сейчас тоже не находит себе места.

— Всё так, — тихо произнесла Анастасия.

Она всё это время сидела рядом со мной, выпрямившись и глядя перед собой. Теперь её взгляд опустился на лежавшие на коленях руки. Пальцы девушки крепко сцепились, выдавая напряжение, которое она старалась не показывать.

Я повернулся к ней.

— Прости, что так вышло.

Анастасия не сразу подняла голову. Я протянул ладонь и взял её за руку, сцепляя наши пальцы и пытаясь хотя бы немного отвлечь. Когда Анастасия всё же посмотрела на меня, продолжил:

— Мне пришлось использовать тебя, чтобы показать Тане, что мы всё ещё ждём её и не сомневаемся в ней.

По лицу девушки стало понятно, что она пытается осмыслить услышанное и связать мои действия на балконе с разговором сестры.

— Значит, — тихо начала Анастасия, — обняв и поцеловав меня, ты пытался сказать ей, что всё ещё любишь её?

Сразу после вопроса она расцепила пальцы, убрала руку и положила обе ладони на колени.

В её голосе не звучало обвинения, однако скрытая боль никуда не исчезла.

Я тоже убрал руку, продолжая:

— Понимаю, что поступил неправильно, сыграв на твоих чувствах. Но другого способа показать Тане, что я понял её, а также запутать врагов, у меня не оставалось.

— Я всё понимаю. Не переживай об этом. Я уже говорила тебе, что не стану устраивать сцены и требовать от тебя чувств, которых пока нет. Просто… В следующий раз хотя бы предупреди меня взглядом, прежде чем начнёшь использовать в тайных переговорах.

— Хорошо.

Анастасия отвернулась к окну, а я почувствовал, что напряжение между нами немного ослабло, хотя неприятный осадок у неё всё равно останется. Как и у меня.

Я действительно не хотел её использовать. Но сейчас речь идёт о куда более насущной и серьёзной проблеме.

Егор, который в этот момент сидел и явно что-то обдумывал, наконец поднял голову.

— То, как вы с Таней разговаривали, выглядело обычной перебранкой людей, которые давно не виделись или тяжело расстались. Не хочешь же ты сказать, что во всех этих оскорблениях скрывался какой-то шифр?

— Именно это и хочу сказать. К примеру, вспомни, как я скрестил руки во время разговора. А потом вспомни, что сделала Таня.

Егор задумался настолько сильно, что его брови опустились, а на лбу появилась глубокая складка. Через несколько секунд он резко посмотрел на меня.