— Она тоже скрестила руки.

— Да.

Я откинулся на спинку сиденья.

— Причём сделала это почти сразу после меня. Таня повторила жест, показывая, что поняла и принимает правила игры. Она очень умная девушка. Вспомните, как во время противостояния за Российскую Империю Таня практически из проигрышного положения за кратчайший срок сравнялась с Анастасией и Леонидом.

Анастасия повернулась и медленно кивнула.

— Таня всегда умела строить несколько планов одновременно. И почти никогда не показывала настоящую цель раньше времени.

— Именно, — продолжил я. — Не знаю, каким образом она попала в этот орден. Однако уверен, что там Таня узнала нечто важное, и полученная информация заставила её остаться.

— Или её удерживают, — мрачно добавил Егор.

— Не исключаю.

— Но на пленницу она не похожа, — заметила Яна. — По крайней мере, внешне передвигалась свободно и не носила подавляющих артефактов. Но её энергоструктура… В районе головы. Она какая-то странная…

Теперь уже все трое внимательно смотрели на меня. Прежде чем отвечать, я сосредоточился на энергии, которую собирал внутри всё время после отъезда из дворца.

Вытянув руку перед собой, я раскрыл ладонь.

Пространство над ней дрогнуло, и в салоне возник последний, четвёртый клинок Александра.

Белое лезвие мягко сияло, освещая лица присутствующих, а по его поверхности проходили тонкие линии силы. Все трое удивлённо переводили взгляды с оружия на меня.

Я вытянул вторую руку к лезвию, остановив пальцы примерно в пяти сантиметрах от кромки, и медленно провёл ладонью вдоль клинка.

От ладони начали срываться тонкие молнии.

Сначала они имели золотой цвет, однако, приближаясь к оружию, становились синими и втекали в металл, наполняя его энергией, а я начал объяснять:

— Если говорить коротко, Таня сообщила, что, несмотря на мою нынешнюю силу, на Земле остаётся опасность, которая, если доставит проблемы не нам, то точно всему остальному миру.

— Когда именно она это сказала? — спросил Егор.

— Когда заговорила о том, что я опасен в первую очередь для самого себя. — Я продолжал вести рукой вдоль клинка, усиливая его структуру. — Она не утверждала, что мне не хватает силы. Напротив, Таня несколько раз подчёркивала, насколько я силён. Значит, проблема заключается не в личной мощи, а в угрозе, против которой одной силы окажется недостаточно.

— Орден? — предположила Анастасия.

Белое лезвие вспыхнуло ярче, а по салону прошла мягкая энергетическая волна, однако я удержал её внутри небольшого пространства, не позволяя выйти наружу.

— Скорее всего. Сразу после этого я уточнил у неё насчёт Империи, произнеся, что меня интересуют Российская Империя и окружающие её государства. — Я усмехнулся. — Она подтвердила это речью о том, что я не пропускаю ни одной юбки, засяду в собственной державе и стану развлекаться с жёнами.

В этот момент заговорила Анастасия:

— Она специально связала Империю с тобой и жёнами, потому что это то, что ты, как мужчина, должен оберегать. А если связать это с Империей… То ты её император…

Я кивнул.

— Именно. Таня дала понять, что нам требуется усиливать Российскую Империю и союзные государства. Причём как можно скорее. А слова о том, что мир перестал вращаться вокруг меня, — это предупреждение, что угроза значительно шире границ Империи.

Рука на мгновение дрогнула.

Над клинком начала раскрываться первая золотая печать.

Она охватила центральную часть лезвия, медленно вращаясь вокруг собственной оси. Следом появились ещё две, затем пять. Каждая двигалась в отдельном направлении, соединяясь с соседними тонкими энергетическими линиями, а я продолжал:

— Когда Таня заговорила о раздражении, она сообщила, что разговор пора заканчивать. Слишком долгое общение привлекло бы внимание наблюдателей и позволило им заметить наши сигналы.

— Поэтому она сказала, что без раздражения вообще не стала бы с тобой разговаривать, — произнесла Анастасия. — Потому что это единственная эмоция, которую Таня могла открыто показать, не вызывая подозрений…

Печати вокруг клинка вращались всё быстрее, а синие молнии соединяли их в единую систему.

— И ещё Таня сказала, что в ордене имеется нечто, напрямую связанное со мной. — Я посмотрел на светящийся клинок. — Она не говорила только о наших отношениях. Таня предупреждала: внутри ордена существует нечто, способное использовать меня, мою силу или происхождение. И в этом я убедился сам, лично, ещё до возвращения к вам.

Снова заговорил Егор:

— Ты уверен, что вы с Таней поняли друг друга правильно? — Он поднял ладонь, не позволяя мне сразу ответить. — Не подумай, я не пытаюсь обвинить тебя или её. Но может оказаться, что вы просто перебрасывались взаимными оскорблениями, а теперь мы ищем тайный смысл там, где его нет.

— Может, — спокойно согласился я и слегка улыбнулся.

Егор от этого так нехило удивился.

— Но у нас сейчас два варианта развития данных событий. Первый: многочисленные совпадения действительно указывают на то, что я прав, а Таня продолжает действовать на нашей стороне. Второй: она обыграла не только вас, но и меня, намеренно заставив увидеть скрытые сигналы.

— Такое возможно? — спросила Анастасия.

Печати уже полностью закрепились, образуя вокруг лезвия сложную защитную систему, готовую в любой момент соскочить с клинка и сделать своё дело.

— Мы уже выяснили, что Таня достаточно умна, чтобы провести подобную операцию. Но я не допускаю этой мысли… И скоро мы сами во всём убедимся. Ты готов? — обратился я к Александру, который в данный момент был этим самым клинком.

Все снова перевели взгляды на оружие. Тот едва заметно сверкнул белым светом, отвечая на вопрос.

— Предупреждаю, — продолжил я. — Это твоя четвёртая часть. После недавнего повреждения ты пока не сможешь свободно перемещаться между всеми клинками, поэтому придётся сосредоточиться именно в этой.

По поверхности оружия прошла короткая волна света.

— Рассчитываю на тебя… Позаботься о ней.

Клинок снова вспыхнул.

На этот раз свечение получилось резче и явно передавало недовольство. В его реакции чувствовался немой вопрос: не ошибся ли я и понимаю ли вообще, с кем разговариваю.

Я внимательно посмотрел на оружие и чуть улыбнулся.

— Прекрасно понимаю. Именно поэтому доверяю это тебе.

Я посмотрел в пространство, и перед клинком открылись небольшие чёрные врата. Я отпустил оружие.

Белый клинок влетел в портал, а окружавшие его печати вспыхнули, после чего врата закрылись, не оставляя в салоне ни единого следа энергии.

Таня медленно шла по длинному дворцовому коридору, сохраняя ровную осанку и спокойное выражение лица. Музыка из главного зала постепенно стихала, уступая место редким голосам слуг и охраны.

Девушка остановилась возле одной из дверей и положила ладонь на позолоченную ручку. За ней находилась не та комната, в которой Таня хотела оказаться. Но выбирать не приходилось.

Медленно открыв дверь, она вошла внутрь и сразу закрыла её за собой.

Помещение обставили роскошно. В центре стояла широкая кровать с тяжёлым балдахином, возле окна располагался диван, а вдоль стен тянулись шкафы, выполненные из тёмного дерева. На столе оставили фрукты, напитки и несколько запечатанных подарков от хозяев приёма.

Таня не стала включать свет.

В комнате сохранялся полумрак, и только слабое сияние ночного города едва проникало через окно, очерчивая мебель и её одинокую фигуру.

Девушка закрыла дверь на внутренний замок и прислонилась к ней спиной. Некоторое время Таня неподвижно смотрела в сторону окна. Затем двумя движениями скинула туфли.

Они упали на пол, и короткий стук оказался единственным резким звуком в комнате.

Постояв ещё немного, девушка начала медленно опускаться вдоль двери. Ткань платья собралась вокруг ног, а спина скользнула по гладкой деревянной поверхности.