— И Таню отправили туда? — спросил Егор, не отводя взгляда от схемы.

— Да, — кивнул я.

— Для чего? — не отступил он.

— Точная цель неизвестна. Однако, судя по словам незнакомки и данным Авроры, задание Тане не нравится, но отказаться она не может, — ответил я, подчёркивая ключевой момент.

Егор резко и зло развернулся, отходя в сторону.

— Значит, мы отправимся туда, — произнёс он.

— Конечно, — подтвердил я. — На этот раз мы не дадим ей уйти.

— Авроры? — удивилась Тина.

После того как мы разобрались со всеми вопросами и я ответил на всё, что интересовало остальных, сразу отправились обратно в Российскую Империю.

Точнее, в ту её часть, которая ещё недавно называлась Китайской Империей.

Вопросов у меня самого накопилось немало, но ответов пока слишком мало.

Однако теперь хотя бы появились подвижки. Мы получили направление, по которому можно двигаться дальше, не разыскивая неизвестную организацию вслепую.

Во-первых, через три дня появится возможность наконец встретиться с Таней и вернуть её домой.

А дальше нам нужно будет ещё понять, что представляет собой этот неведомый противник.

Возможно, с ним придётся разобраться как можно скорее, пока организация не успела завершить собственные планы. А возможно, сначала следует выяснить, насколько она вообще опасна и являлась ли врагом.

Во время возвращения пришло сообщение из бывшей Китайской Империи. Там закончены все основные дела. Это означает, что задерживаться там больше нет смысла.

Теперь мы отправляемся в столицу. И мне предстоит сделать кое-что важное.

— Волнуешься? — с ухмылкой спросила Аня.

Мы находились в моей каюте. Я лежал на широкой кровати, обнимая Аню. Она лежала рядом, устроив голову у меня на плече и положив ладонь на грудь. Яна сейчас занимается своей практикой, а Аяна отправилась в Японию вместе с основной частью японских сил.

— Нет, — спокойно ответил я.

Аня приподняла голову и посмотрела мне в лицо.

— Совсем?

— Совсем.

— Даже немного?

— А ты очень хочешь услышать, что я переживаю?

Она улыбнулась.

— Хочу убедиться, что великий глава Рода и будущий император ещё способен испытывать обычное человеческое волнение.

Я провёл ладонью по её волосам.

— Сейчас ситуация переходит на совершенно иной уровень. Поэтому пора брать больший контроль в собственные руки. Поэтому придётся занять пост раньше, чем планировал.

— Говоришь об этом так, словно отправляешься за продуктами в магазин, — Аня снова положила голову мне на плечо. — Просто станешь императором немного раньше… Ничего необычного.

Я хотел ответить, но неожиданно задумался.

Официальное восхождение на престол означает не только смену титула и расширение обязанностей. Имеется ещё один вопрос. Намного более личный и при этом напрямую связанный с государством.

Анастасия и наши будущие отношения. Супружеская жизнь, к примеру.

Пора поговорить с Анастасией о нашем будущем, «полноценном» браке…

От автора: не забываем в честь старта тома поделиться своим сердечком! Всем заранее спасибо, это очень мотивирует, как и приятный комментарий.

Я шёл по коридору дирижабля, размышляя о предстоящем разговоре, а затем не выдержал и тяжело вздохнул.

Двое офицеров, двигавшихся навстречу, мгновенно замерли, перехватывая планшеты более жёстким хватом и вытянувшись, почти как по приказу «смирно». Один даже выпрямился, прижав планшет к груди и расправляя плечи. Другой просто замер. Наверняка подумали, что мой вздох имеет к ним непосредственное отношение.

Я прошёл мимо, не обращая на них внимания и не меняя выражения лица.

Офицеры ещё несколько секунд оставались на месте, явно провожая меня настороженными взглядами, и только когда расстояние между нами стало достаточно большим, ускорили шаг и поспешили скрыться за ближайшим поворотом.

Причина моего состояния предельно проста.

Анастасия.

Вокруг наших отношений заварилась такая каша, что теперь её предстоит осторожно расхлёбывать, стараясь не обжечь никого из участников и одновременно не допустить лишних слухов.

Сказать девушке: «Прости, но я не испытываю к тебе чувств» — проще простого. Вот только подобную фразу можно произнести на берегу, во время первых встреч, до помолвки или сразу после навязанного политического решения, ограничиваясь вежливым разговором и формальной отпиской.

Но точно не сейчас.

Мы с Анастасией уже фактически стали мужем и женой, причём независимо от моего желания или её первоначальных намерений, закрепив союз перед целой страной и Родами. Одно неверно подобранное слово, одно ошибочное толкование — и на меня будут смотреть не как на императора-объединителя, а как на дебила, не знающего, чего хочет.

Но куда хуже окажутся последствия для самой Анастасии. Её жизнь может оказаться разрушенной.

Отказ императора от собственной супруги неизбежно ударит по её положению, авторитету и влиянию.

Она слишком долго жила ради империи, выполняя обязанности и не жалея себя. И если теперь я просто оттолкну её, даже не пытаясь разобраться в происходящем, то нанесу удар, к которому Анастасия не готова, уничтожу её.

И всё же откладывать разговор нельзя.

Недомолвки имеют неприятное свойство накапливаться, превращаясь в обиды, подозрения и неправильные выводы, медленно отравляя любые отношения и связи. Поэтому решить вопрос нужно здесь и сейчас, пока между нами сохраняется возможность спокойно всё обсудить и не переходить к разговорам через третьих лиц.

Иначе потом вполне может так выйти, что я всё же получу свой нож в спину…

Подойдя к библиотеке, располагавшейся в одной из крупных кают, остановился перед дверью и постучал. После этого, открыв дверь, вошёл внутрь.

Библиотека занимает просторное помещение с несколькими рядами книжных шкафов, прикреплённых к стенам и полу специальными креплениями. Между ними стоят стол, кресла и обзорное окно.

Анастасия, одетая в белую строгую одежду, состоящую из юбки и блузки, с очками на лице, сидела в кресле, закинув ногу на ногу и держа какую-то старую раскрытую книгу, аккуратно придерживая страницу пальцем.

Увидев её такой, я на пару секунд замер. Таня тоже надевала очки, когда читала…

От этого воспоминания внутри неприятно кольнуло.

— Сергей? — Анастасия удивилась, закрыла книгу и отложила её на небольшой столик аккуратным движением. Затем сняла очки и положила поверх обложки, при этом её рука слегка дрогнула, после чего девушка выпрямилась в кресле. — Ты хотел о чём-то поговорить?

Похоже, Анастасия всё же догадывается, зачем я пришёл.

Вероятно, именно поэтому она спряталась в библиотеке, пытаясь занять себя чтением и отвлечься от лишних мыслей, одновременно находясь в месте, где её не побеспокоят без необходимости.

— Да.

Я коротко кивнул, закрыл дверь и прошёл внутрь, после чего сел в кресло напротив, положив руки на подлокотники.

— Попросить принести чай? — предложила она, кинув взгляд на дверь.

Её волнение на мгновение пробилось через привычную маску спокойствия. Голос едва заметно дрогнул.

Я отрицательно помотал головой.

— Не думаю, что разговор затянется надолго. Поэтому чай нам сейчас не нужен.

— Понимаю…

Анастасия поправила форму, провела ладонью по ткани на колене и устроилась удобнее, показывая, что готова слушать.

Я сидел, внимательно глядя на неё. Так продолжалось около десяти секунд.

— Я хотел поговорить о нашей императорской жизни, — наконец произнёс я. — И не только о ней.

Анастасия улыбнулась, однако улыбка получилась слишком напряжённой, почти формальной.

— Конечно. Я слушаю, — ответила она, чуть наклонив голову.

— Анастасия, мы оба понимаем, что ты, я и Таня сейчас оказались вплетены в один клубок проблем.