Девушка чуть заметно кивнула, переплетая пальцы на колене, а я продолжил:

— Мы до сих пор не знаем, что именно произошло с твоей сестрой, почему она оказалась в неизвестной организации, почему остаётся там и по какой причине не возвращается к нам.

Про то, что Тане, возможно, не нравится связь, возникшая между нами, решил не говорить. Нельзя отрицать вероятность того, что именно из-за нашего брака или даже возможности подобного брака она решила не возвращаться и теперь полностью нас игнорирует, но Анастасии этого знать не надо.

— Сергей, — вдруг чуть нахмурилась и произнесла девушка. — Мы с тобой не маленькие дети. Давай говорить прямо и начистоту. Сейчас мы вместе решаем одни проблемы, и глупые обиды между нами совершенно не нужны. Поэтому не переживай, что я неправильно восприму твои слова или начну устраивать сцену. Говори всё как есть. Я хочу услышать правду. Какой бы неприятной она ни оказалась.

Несколько секунд я задумчиво смотрел на неё, после чего кивнул, принимая предложенные правила.

— Хорошо. Тогда буду говорить прямо.

Напряжение в её взгляде усилилось, однако девушка сохранила спокойствие, только пальцы на колене слегка сдвинулись.

— Свадьба с тобой не является для меня проблемой в прямом понимании этого слова. Она не накладывает на меня ограничений, не мешает моим планам и не вызывает желания немедленно всё разорвать. Но ты должна понимать другое. Мы никогда не были близкими людьми. Всё, что нас связывает, — это только то, что ранее ты получила приказ убить меня, если возникнет необходимость.

Девушка отвела взгляд, на мгновение сосредоточившись на корешках книг.

— Я помню, — тихо произнесла она.

— Хочу сказать, что за прошедшие годы ты сильно изменилась. Повзрослела, стала мудрее и намного лучше понимаешь происходящее вокруг, — добавил я. — И должен признать, стала гораздо красивее. Не только во внешности, но и во всём.

Уголки губ Анастасии слегка дрогнули, напряжение немного ослабло.

— Не ожидала услышать это в подобном разговоре… — заметила она, позволив себе лёгкую иронию.

— Я говорю правду, — ответил я. — Ведь ты сама сказала, что мы решаем одни проблемы. А значит, я буду с тобой предельно честен, чего впоследствии прошу и от тебя. — Видя, что она внимательно слушает, я продолжил: — Ты стала лучше и характером, и мыслями, и отношением к людям. Но всё складывается в одну простую проблему: я не знаю и тебя нынешнюю. Если раньше знал тебя поверхностно, то теперь прошло слишком много времени, чтобы понимать, какая ты теперь.

Анастасия молча медленно кивнула, видимо принимая мои слова.

— Я не хочу действовать безответственно по отношению к тебе, к себе или к кому-либо ещё. И не собираюсь лгать, разыгрывая перед тобой счастливую семью. — Я окончательно обозначил границу. — Для меня связь с человеком начинается с чувств и понимания, что ты действительно важен для него.

Она прикрыла глаза, несколько секунд обдумывая услышанное, а затем снова посмотрела на меня.

— Что ж, я тебя услышала. И должна признать, ты прав: мы действительно мало знаем друг друга… Для обычного аристократического брака это не стало бы проблемой. Многие супруги впервые нормально разговаривают уже после свадьбы и всю жизнь продолжают выполнять обязанности, оставаясь чужими.

В её голосе появилась усталость:

— Но, прожив эти годы, я поняла одну вещь… Я хочу прожить оставшуюся жизнь счастливо. А для этого нужно разобраться в себе и понять, с кем я хочу её провести и как.

Я не перебивал. Анастасия снова посмотрела на меня.

— Я уважаю твою честность. Ты не хочешь разыгрывать счастливую семью именно передо мной. Это означает, что ты ценишь своих близких. — Она сделала короткую паузу, после чего в её голосе появилась теплота. — И уважаешь меня, не желая превращать в куклу, с которой можно поиграть и забыть. Ведь если не любишь, всё чаще всего так и происходит.

Наклонив голову и приложив палец к губам, Анастасия на короткое мгновение стала собой прежней. Той, какой она была годы назад, до нашего исчезновения. То же выражение лица — немного озорное, живое и лишённое императорской сдержанности, то самое, которое я помнил по прошлым встречам.

Девушка продолжила:

— Признаться, это подкупает… И раз ты честен со мной, я тоже отвечу прямо: ты мне нравишься. Поняла я это, когда особенно часто вспоминала о тебе в короткие минуты передышки между делами. И уже тогда понимала, что испытываю нечто большее, чем обычное уважение или политический интерес, — призналась она. — Но… Сейчас я сама не до конца уверена в собственных чувствах… Возможно, я просто хочу наконец обрести простое женское счастье, возможно…

Анастасия недоговорила и медленно выдохнула, но затем вновь заговорила:

— Зато в другом я уверена совершенно точно. Хоть я действительно не планировала устраивать наш брак специально — угроза существовала не только для твоего Рода, но и для всей Империи, решение пришлось принимать быстро, и другого надёжного варианта я тогда не видела, — я постараюсь стать твоей женой. Настоящей, а не только записанной в документах, — сказала она твёрдо, не отводя взгляда. — По крайней мере в политическом плане.

Мы немного помолчали, и она вновь продолжила:

— Не знаю, как это назвать. Обстоятельствами, необходимостью или судьбой, но раз теперь мы в любом случае обручены, даже без твоего желания, я хочу стать для тебя хорошей женой и буду к этому стремиться. При этом не стану навязываться, требовать внимания или отвлекать тебя своими желаниями. Просто продолжу выполнять обязанности, помогать тебе и узнавать тебя ближе, — продолжила она, обозначая собственную позицию. Анастасия посмотрела в окно. — А дальше… Дальше будет видно. Возможно, когда-нибудь… У меня и будет шанс стать счастливой. А сейчас нам в любом случае нужно сосредоточиться на Тане. Пока мы не спасём мою сестру, я в любом случае не смогу ни о чём другом думать.

Признаться, не к этому я хотел подвести разговор, но… То, что сейчас есть, лучше, чем могло бы быть. Помнится, одна особа пообещала мне, что однажды обязательно станет моей женой… Правда, там была другая ситуация. Ну да ладно. Пока худой мир лучше войны.

А там, действительно, видно будет.

— Рад, что мы поняли друг друга, — сказал я. — Не стану отвлекать тебя от чтения.

Поднявшись из кресла, направился к двери. Когда закрывал за собой дверь, увидел, что девушка всё так же смотрит в окно.

Выйдя в коридор и закрыв дверь, я несколько секунд постоял, а затем отправился к себе.

Анастасию я точно не обидел окончательно, однако разговор всё равно наверняка оставил неприятный след. Да чего греха таить — даже для меня он неприятен. Я не хочу делать ей больно.

Впрочем, делать вид и обещать чувства, которых пока нет, оказалось бы гораздо хуже, чем честно обозначить границы.

Вот никогда не думал в своей прошлой жизни, что проблемы с женской половиной для меня станут такими серьёзными. В то время как-то всё проще было, что ли…

Убивал тварей, спасал миры, исследовал планеты, а теперь…

Не выдержав, вновь вздохнул.

По удивительному совпадению навстречу шли те же два офицера.

Услышав мой вздох, оба синхронно остановились, вытянулись и посмотрели строго перед собой, но при этом у одного из них выпал планшет.

Я остановился, поднял его, аккуратно вложил в руку уронившему и пошёл дальше.

Пока шёл, мысли постепенно переключились на дочь.

Вот Вика однозначно на меня обиделась.

Перед нашим вылетом она всеми силами пыталась добиться разрешения отправиться вместе с нами. Просила, спорила и даже угрожала, что обидится.

После моего объяснения опасности и задач дочь неожиданно успокоилась. Стала послушной, перестала спорить и просто проводила меня до трапа, но держалась чуть в стороне.

И именно это мне не понравилось… Так что теперь ещё и думать, как примириться с ней. А я ведь даже ничего не купил в бывшей Китайской империи как презент.