Несколько часов ранее:

Леонид, который ранее был принцем своей страны, затем стал предателем, а ныне являлся наместником новых земель, поцеловал сына в лоб, улыбнулся и поднялся с колен, встретившись со взглядом своей жены, которая тоже улыбалась.

— Ты прямо весь светишься, — заметила она.

— А как иначе, — улыбнулся Леонид, — я ведь наконец отправляюсь на родину… Пусть и ненадолго.

Девушка покачала головой и, приблизившись, поцеловала его.

— Я не тороплю тебя, поэтому не спеши сильно. Император всё равно оставил с нами свою охрану, так что, думаю, в обиду нас никто не даст…

Леонид помотал головой.

— Я быстро. А когда мы со всем закончим… Я хочу, чтобы мы обязательно полетели туда втроём. Что скажешь?

— Конечно, дорогой.

Также несколько часов ранее:

Аяна сидела на подушке перед низким столом, сохраняя прямую осанку и спокойное выражение лица, складывая ладони на коленях.

С других сторон двух столов, стоявших практически впритык и образовывавших условную букву «П», располагались главы крупнейших японских Родов, которые в данный момент спорили.

Девушка же посмотрела на стол перед собой.

В Японии существует и обычный тронный зал, предназначенный для официальных приёмов, иностранных делегаций и крупных церемоний. Однако императорские советы и закрытые собрания по-прежнему проводят здесь, отдавая дань старым традициям.

Да. Традициям…

— Императрица, поймите нас правильно, — продолжал один из глав Родов. — Япония всегда оставалась независимой страной! Мы отвоевали эту независимость. В прошлые века на нас оказывали давление, пытались подчинить и захватить, однако страна выстояла и продолжает существовать до сих пор!

Мужчина положил ладонь на стол, словно закрепляя сказанное.

— А теперь выходит, что мы станем младшими партнёрами Российской Империи, хотя раньше находились с ней на равных?

Последние слова он произнёс с плохо скрываемым презрением, которое даже не попытался спрятать.

Аяна ничего не ответила, сохраняя спокойствие.

Гул голосов продолжал нарастать.

Каждый глава Рода считал необходимым высказать мнение по поводу её предложения. Одни говорили о потере суверенитета, другие — о древних законах, третьи — о чести предков и невозможности склониться перед иностранным престолом, выдвигая длинные перечни доводов.

Они не слышат её… Слышат только себя… И всё из-за традиций.

Сама Аяна тоже считала важным сохранять собственную культуру, отвечать за судьбу страны и самостоятельно принимать решения, не перекладывая их на чужие плечи.

Однако девушка понимала и другое.

Власть над собственной жизнью не исчезает после объединения с кем-то. Напротив, союз способен дать возможности, которых отдельное государство никогда не получит, расширяя поле для манёвра и защиты.

Она прикрыла глаза, продолжая слушать нарастающие споры.

Один глава Рода перебивал другого. Кто-то даже посмел заикнуться о проведении голосования…

Аяна резко раскрыла глаза. Вместе с этим наружу хлынула её сила.

Энергия заполнила зал, придавила воздух и заставила всё вокруг задрожать.

Все мгновенно замолчали. Главы Родов замерли, глядя на императрицу, а несколько пожилых мужчин с трудом сохранили прямую осанку под давлением её энергии, напрягая каждую мышцу.

— Вы так ничего и не поняли… — произнесла девушка, не повышая голоса. Голос звучал негромко, однако достиг каждого уголка зала. — Все вы кричите о независимости, но при этом годами пытались устроить мой брак с принцами других империй, — продолжила Аяна, не отводя взгляда. — Это и есть ваша независимость?

— Императрица, мы лишь… — попытался возразить кто-то.

Аяна резко посмотрела на него, понимая, что с неё хватит. Наслушалась уже других.

В глазах девушки вспыхнула холодная синяя сила, и мужчина мгновенно замолчал. Он опустил взгляд на стол, не решаясь продолжать.

— Признаться, раньше мне казалось, что я обязана поддерживать Империю… — вновь заговорила Аяна. — Должна стать её опорой и считать каждого из вас опорой для себя, — признала она и вдруг замолчала.

Главы Родов сидели, ожидая продолжения и всё сильнее ощущая, что привычный порядок рушится прямо перед ними, не спрашивая их согласия.

— Но я оказалась глупа и слепа, — произнесла Аяна уже без привычной мягкости. — Я хотела стать такой, чтобы каждый верил: любой мой шаг правилен. Хотела заслужить ваше одобрение, добиться уважения, а не давить на вас, потому что у страны и так было слишком много проблем.

Она покачала головой и произнесла, подчёркивая каждое слово:

— Это и стало моей ошибкой… Император или императрица — не только опора для народа. Правитель обязан вести его вперёд. — Голос девушки набрал силу. — Позволяя вам определять направление развития Империи, я допустила самую серьёзную ошибку. И эта ошибка развратила каждого из вас.

Некоторые аристократы напряглись. Аяна вновь обвела их взглядом.

— Вы перестали видеть очевидные вещи. Помня правление моего отца, вы верите только в традиции и прошлое, потому что так правил он. Вы застряли там, отказываясь смотреть на мир, который изменяется прямо сейчас. Каждый из вас считает, что объединение империй означает только военный союз, созданный для поддержки во время войны, катастроф и тяжёлых времён, где главная империя диктует условия другим. Но… Он создаёт общую Империю не ради подчинения остальных… Он хочет защитить всех нас…

После этих слов Аяна поднялась, не торопясь.

Она спокойно обошла стол и направилась к свободной подушке, лежавшей напротив глав Родов. Опустившись на неё, девушка медленно положила ладони на пол и низко склонилась, почти касаясь лбом поверхности.

Все присутствующие ошеломлённо смотрели на свою императрицу.

Некоторые переглядывались, не понимая причин её поступка и не зная, как на него реагировать. Другие напряглись.

Сделав поклон, Аяна подняла голову.

— Я благодарю каждого из вас за всё, что вы сделали для нашей Империи, — произнесла она спокойно. — Вы отдавали силы, здоровье и годы жизни, чтобы Япония развивалась и процветала. Защищали страну, обучали наследников и сохраняли порядок в тяжёлые времена… — перечислила она, не умаляя их вклада. — Но теперь вам пора уйти на покой.

Зал замер, ошарашенный такими словами.

— Как императрица, я даю вам ровно день, — продолжила Аяна. — За это время каждый обязан покинуть должность и передать полномочия выбранному преемнику.

Главы Родов смотрели на неё с ещё большим потрясением, не веря, что услышали такое требование. Один открыл рот, собираясь возразить, однако не сумел произнести ни слова, чувствуя на себе её взгляд.

Аяна поднялась и выпрямилась.

— Отныне Японию поведут вперёд молодые аристократы. Те, кто способен смотреть в будущее, принимать новые решения и понимать угрозы современного мира.

Девушка внимательно осмотрела прежних глав Родов.

— Это моё окончательное решение. Обсуждать его я не собираюсь.

В зале снова наступила тишина.

Некоторые аристократы сжали зубы, и на их лицах проступили напряжение и злость. Другие сохранили внешнее спокойствие, скрывая раздражение за годами придворной выдержки, однако взгляд выдавал бурю мыслей.

Аяна развернулась, обошла стол и вернулась к своему месту. Но садиться не стала.

Остановившись перед подушкой, девушка повернулась спиной к подданным и посмотрела на изображение древней Японии, занимавшее всю дальнюю стену: горы, храмы, старые города.

За спиной сидели люди, которые десятилетиями были поддержкой для этой самой страны. Перед ней находилось прошлое, которое они так отчаянно пытались сохранить любой ценой, но впереди начинается другая эпоха.

Эпоха, в которой Япония либо станет частью нового мира, сохранив собственную культуру и получив силу объединённой Империи, либо окончательно останется позади, уступив место тем, кто решился сделать шаг вперёд.