— Называть человека сущностью невежливо, — заметила я.

— Пока проверка не окончена, вы можете оказаться призраком, демоном, случайной душой или порождением Восьмого пути.

— Демон вряд ли занялся бы ремонтом канализации.

Магистр впервые посмотрела на меня с интересом.

Заседание устроили в главном зале. За окнами стучали молотки, из мастерской доносился ритмичный гул станков, а в кухне повара готовили обед на тридцать человек.

Я не стала останавливать работы ради комиссии.

Если люди хотят увидеть, как я управляю поместьем, пусть смотрят при естественном освещении.

Первым выступил Рейнар.

Он рассказал, что его жена всегда была тихой, кроткой и глубоко несчастной женщиной. После воздействия неизвестной магии она внезапно стала грубой, расчётливой и начала разговаривать со стенами.

— После вашего браслета, — напомнила я.

— Я совершил ошибку и готов ответить за неё. Но браслет мог разрушить защиту Эвелины и позволить чужой душе занять её тело.

— Как трогательно. Вы надели магическое орудие принуждения, а теперь беспокоитесь о последствиях.

Рейнар опустил глаза.

— Я хочу вернуть жену.

Марта, сидевшая у двери с Леоном, тихо рассмеялась.

Все повернулись к ней.

— Простите, — сказала она. — Просто три дня назад он хотел вернуть только поместье.

Рейнар побледнел.

Марта передала комиссии свои показания и письма. В одном бывший супруг требовал объявить меня безумной. В другом обещал ей брак после того, как имущество Арденов снова перейдёт под его управление. В третьем предлагал деньги за сведения о ключе, появившемся возле чёрной двери.

— Откуда вы знали о ключе? — спросила магистр Брак.

Рейнар промолчал.

— От Венна, — ответила я. — Как и моё прежнее имя.

В зал внесли зеркальный кристалл. Он оказался размером с человеческий рост и был закреплён в тяжёлой серебряной раме.

Целитель душ попросил меня встать перед ним и положить ладонь на поверхность.

— Это больно?

— Если душа ваша, то нет.

— Успокоили.

Я коснулась стекла.

Сначала увидела своё нынешнее отражение: пышную молодую женщину в зелёном платье. Затем черты поплыли.

По залу прокатился шум.

Рейнар торжествующе выдохнул:

— Я говорил.

Северин шагнул ко мне, но магистр Брак остановила его.

— Проверка не окончена.

На поверхности зеркала проступило новое сообщение:

«МOMЕНТ ПЕРЕХОДА СКРЫТ ВОСЬМЫМ ПУТЁМ».

— Что это означает? — спросила я.

Целитель душ выглядел растерянным.

— Мы не можем установить, вытеснили вы прежнюю душу или заняли освободившееся тело с её согласия.

— Я никого не вытесняла.

— Ваших слов недостаточно, — сказал Рейнар.

— А ваших, по странному стечению обстоятельств, всегда слишком много.

Магистр Брак постучала пальцами по столу.

— Если Эвелина умерла без передачи права, брак считается прекращённым в момент её смерти, но решение о разводе недействительно. Имущество должно перейти согласно завещанию.

— Мужу, — быстро произнёс Рейнар.

— В завещании герцога Ардена есть особое условие, — вмешалась Агата. — Медовые Ключи наследует та, кого признает хозяйкой родовое поместье.

Дом громко хлопнул ставнями.

«Я её признал».

Магистр нахмурилась.

— Живой дом может подтвердить права тела, крови и хозяйской магии. Но он не определяет законность переселения души. Особенно после контакта с Восьмым путём.

— Что потребуется? — спросил Северин.

— Свидетельство самой Эвелины, сделанное в момент смерти. Последний отпечаток души должен сохраниться на пути перехода. Если он подтвердит добровольную передачу тела, нынешняя хозяйка получит статус душевной преемницы.

— А если отпечатка нет?

— Управление поместьем временно передадут назначенному палатой распорядителю. До выяснения обстоятельств.

Рейнар улыбнулся.

— Я ближайший родственник.

— Вы обвиняетесь в магическом принуждении и не рассматриваетесь как распорядитель, — холодно сказала магистр.

Улыбка исчезла.

— Сколько у нас времени? — спросила я.

— Три дня. После этого зеркало потеряет след перехода.

В зал внесли мои доказательства: синий кристалл, поддельный договор и ключ от квартиры.

Магистр Брак осторожно подняла его щипцами.

— Этот предмет пришёл из другого мира?

— Да.

— Он может открыть Восьмой путь?

— Пока открывал только мою входную дверь. Иногда со второго раза.

Целитель наклонился ближе.

В этот момент Рейнар произнёс:

— Эвелина, стой на месте.

Серебряный след сомкнулся вокруг запястья.

Тело застыло.

Северин бросился к Рейнару, но один из помощников комиссии по привычке поднял защитный барьер. Этого мгновения хватило.

Рейнар выхватил ключ.

— Прекратите! — крикнула магистр.

Под ногами маркиза появилась чёрная линия. Она быстро превратилась в дверной проём.

— Рейнар, не отдавайте ему ключ! — сказала Марта.

Бывший супруг посмотрел на меня.

— Я верну свою жизнь.

— Вы её сами и разрушили.

Из чёрного проёма высунулась рука Венна.

Рейнар передал ему ключ.

Пальцы в перчатке сомкнулись на латунном кольце.

— Благодарю, маркиз, — произнёс Венн.

— Теперь вы выполните обещание?

— Разумеется.

Чёрная линия поднялась до пояса Рейнара и резко расширилась.

Он не успел даже вскрикнуть. Проём поглотил его вместе с краем ковра и исчез.

Барьер рухнул. Северин подхватил меня, когда действие приказа ослабло.

— Он ушёл с Венном, — прошептала Марта.

— Не думаю, что добровольно, — ответила я.

На стене снова проступил чёрный шов.

Дом задрожал.

«Дверь зовёт вас».

— Вы не пойдете туда одна, — сказал Северин.

— Это вы никуда не пойдёте. У вас ожог.

— Тогда придётся меня связать.

Я посмотрела на его широкие плечи и ухмыльнулась:

— Не искушайте женщину, герцог.

Чёрная дверь появилась в стене. На этот раз в ней горел только один замок. Из глубины донёсся голос Венна:

— Приходите за своим именем, Галина Петровна. Иначе через три дня у вас не останется ни его, ни дома.

Глава 16

К открытию Восьмого пути мы подошли основательно.

Магистр Брак возражала против моего участия ровно до того момента, пока дом не отказался открывать дверь кому-либо другому. Северин возражал против моего участия ещё дольше.

— Вы не знаете, что находится за порогом.

— Вы тоже.

— Именно поэтому я пойду первым.

— Именно поэтому сначала пойдёт тот, кого дверь признаёт.

— Венн ждёт вас.

— Прекрасно. Не придётся долго его искать.

В конце концов магистр предложила древний обряд защиты.

Каждый из семи очагов должен был передать хозяйке предмет, связанный с жизнью дома.

С кухни принесли круглый медовый хлеб.

Из мастерской — катушку крепкой красной нити.

Из библиотеки — маленькую книгу с чистыми страницами.

Из гостевого крыла — серебряный колокольчик.

Из купальни — флакон золотистой воды.

Из садового дома — веточку цветущей мяты.

Из главного зала — уголь, горевший золотым пламенем.

Агата сложила всё в старую хозяйственную сумку.

Марта стояла рядом с колыбелью и следила за каждым моим движением умоляющими глазами.

— Верните мне Рейнара, — тихо попросила она.

Я посмотрела на неё.

— Зачем?

— Он отец Леона.

— Это не делает его хорошим человеком.

— Знаю. Но сын однажды спросит, почему я даже не попыталась.

— Постараюсь вернуть. Хотя он вполне заслуживает, чтобы остаться там навсегда.

Северин надел дорожный камзол и спрятал под ним несколько серебряных клинков. Ожог побледнел, но не зажил окончательно.

Я застегнула верхнюю пряжку.

— Никакой магии без крайней необходимости.

— Боюсь, у нас разные представления о крайней необходимости.