— Нет, вот уж точно не надо. — попробовал остановить это недоразумение, но вместо этого, кажется, только распалил его боевой дух.

— Не переживать, Бг’лорг быстро-быстро!

— Поэтому и не надо. — рубанул в ответ, показывая Ирис, чтобы она попридержала этого бойца.

Первые попытки выполнить задание — закончились позором. Эти звери чувствовали мое присутствие, и, кажется, энергию. Поэтому разбегались сильно раньше, чем я успевал приблизиться. А один из них так вообще успел пнуть меня задней ногой. Щит выдержал, гордость не очень.

— Ты давишь на пространство собственной силой. — покачал головой Астерион. — Любое животное почувствует, даже если у него нет энергии.

— А что делать-то?

— Не давить. — флегматично подметил тот, выдавая потрясающий совет.

Но делать что-то надо было, поэтому пришлось подстроиться под движения стада и сформировать поле силы не вокруг животного, а там, куда оно вот-вот собиралось шагнуть.

И это получилось далеко не сразу. Зато когда сработало, моя персональная курица сама собой вошла в мягкую сеть и только потом поняла, что не может двигаться дальше.

Бг’лорг завопил и побежал к нему.

— Да стой же ты, не иди! — крикнули мы втроём.

Он остановился, а птицеподобная хрень дёрнула своим массивным клювом, сильно защелкав буквально в паре пальцев от уха маленького недоразумения.

Бг’лорг медленно отступил.

— Злая-злая!

— Какой он наблюдательный. — прошептала Ирис. — Напомните, зачем мы его взяли?

Но её вопрос остался без ответа, потому что его и не требовал. А вот Астерион… он требовал очень многое, начиная от того, чтобы я продолжил удерживать животное так, чтобы ничего ему не сломать, и одновременно заканчивая тем, чтобы сила его напрямую вообще не касалась! От таких манипуляций руки к вечеру дрожали, хотя работал я энергией.

— Все, теперь можешь отпускать.

— В смысле? — удивленно, и с некоторым вскриком выдал я, аж напугав ближайших к нам существ. Да даже Бг’лорг, и тот жалобно пискнул.

— Другого поймаем обычным способом.

Здоровенная курица унеслась к своему стаду, а позже Ирис подстрелила другого. Быстро, чисто и без нравоучений. Правда, тащить тушу до корабля Астерион заставил меня без помощи силы, на одних физических способностях. По его словам, тело тоже должно помнить нагрузку. По моим, он просто издевался.

Со временем наши тренировки перестали иметь начало и конец.

Астерион проверял меня всегда, абсолютно. За едой мог утяжелить ложку. Да так, что та пробивала стол. В коридоре создавал угрозу за спиной. Несколько раз заставлял идти по внешней обшивке, удерживая тело тонким слоем пси, и ещё устраивал экзамены по другим предметам. Да, учил он меня не только тому, как обращаться с энергией. Что удивляло, так это частые взгляды Ирис, которая как будто не хотела о чем-то говорить.

— Почему у тебя три центра? — спросил однажды старик, когда под нами были сотни метров пустоты.

— Потому что с одним, думаю, ваши тренировки я бы не пережил. — съязвил на чистом автомате, и тут же потерял опору под правой ногой, срываясь вниз. Но я давно не был идиотом, поэтому успел сформировать барьер, от которого оттолкнулся обратно.

— Неправильный ответ. — убрал он покрытие под левой ступней.

Очень хотелось спросить, есть ли у него профессиональное образование в сфере обучения, и вообще, многих ли он обучал, или просто придумывал всё на ходу. Но результаты были, поэтому грех жаловаться. Раньше я каждое действие буквально проталкивал через каналы. Сейчас часть работы происходила сама-собой. Как и говорила когда-то Вейла, на автомате. Щит формировался быстрее, огонь не мешал холоду, а сфера восприятия перестала сыпать всеми откликами сразу.

Аспект, конечно, помогал тоже. Без излишнего желания, но все ж таки. Если поток начинал уходить в сторону, внутри возникал короткий толчок. Иногда перед глазами вспыхивала схема, как именно надо работать с энергией. Однажды он вообще со мной заговорил за пределами внутреннего мира.

— Ты слишком напрягаешь левую часть энергетических каналов.

Наставница сказала бы почти то же самое, и после очередной такой мысли настроение испортилось до самого вечера. После занятий я возвращался в лабораторию, где лежал цилиндр в поддерживающем поле. Успел узнать, что оно называется «стазис», вот только как добавила потом Ирис, этих «стазис» полей сотни, если не тысячи.

Не знаю зачем, может сходил с ума, но порой садился рядом, и рассказывал, как прошел мой день. Нет, я понимал, что это выглядит глупо, но всё равно говорил. Про украденное Бг’лоргом мясо, издевательства Астериона, насмешки Аспекта, который теперь делал вид, что никогда не пытался захватить тело.

Иногда цилиндр отзывался слабой дрожью. Возможно, работало оборудование. Возможно… Вейла слышала.

Мне больше нравился второй вариант.

Не успел заметить, но в какой-то момент Ирис восстановилась. Сетка с её ноги исчезла, только при резких прыжках она наступала на левую сторону с опаской. Девушка всячески помогала Астериону разбирать корабль и таскала из нижних отсеков какие-то блоки, которые иногда оказывались частью навигационной системы, а в других случаях частью системы двигателей.

— Оно работает? — спросил я, стоило ей в очередной раз притащить коробку размером с транспортный контейнер.

— Нет, конечно же.

— Тогда зачем мы это делаем?

— Астерион сказал, что внутри мог сохраниться навигационный модуль. — Ирис улыбнулась и ушла дальше. Да вообще, виделись мы в последнее время не так часто. По утрам меня забирал старик, днём девушка пропадала в корабле, вечером оба валились без сил. Иногда пересекались за едой и снова расходились по делам.

Поэтому я удивился, когда в один из вечеров Ирис сама пришла ко мне. Я сидел почти на самом верху корабля, возле задних двигательных установок. Добраться туда было несложно, да и место стоило любых усилий.

С одной стороны до горизонта тянулась саванна, с другой поднимались джунгли, скрытые влажным, плотным туманом. Одно из светил уже пряталось за горной грядой, второе же окрашивало облака белым и фиолетовым цветом.

Цилиндр с Вейлой лежал рядом, хотя Астерион каждый раз качал головой, разрешая забирать его из лаборатории только вместе с тяжёлым, автономным модулем. Но я всё равно таскал.

Снизу послышался скрежет, и через пару секунд из пролома вылетела Ирис, приземлившись рядом так легко, будто высота в километр с копейками ничего не значила.

— Ты зачем ко мне подкрадываешься? — спросил у неё.

— Нет, просто ты очень плохо слушал. — девушка села рядом. Не вплотную, но и не так далеко, как обычно, так мы и продолжили молчать. Внизу по саванне двигались тёмные точки, а со стороны джунглей раздавались протяжные крики.

— Стоит признать, что тут красиво. — неожиданно сказала она.

— Да, если, конечно, не вспоминать, что мы понятия не имеем, где это «здесь».

— Алекс, согласись, иногда полезно о таком и не вспоминать. — наемница парой пальцев схватила прядь, и убрала ту за ухо, её серебристая кожа, в затухающем свете выглядела волшебно.

— Не ожидал услышать такое от солдата удачи. — хмыкнул я.

— Да я тоже многое от себя не ожидала. — улыбнулась она, повернувшись ко мне, и посмотрела на цилиндр. Потом её глаза скользнули выше, к груди, где под одеждой скрывался символ моей стадии.

— Знаешь, я до сих пор не верю, что такой путь пробуждения существует.

— Астерион все ж таки рассказал?

— Совсем немного. Жаль, что не ты. Да и говорил он много, но объяснил мало. В своем классическом стиле, понимаешь.

— Да, узнаю учителя. — утвердительно кивнул, вспоминая, как он рассказывал про историю Первой Империи. Той самой, как оказалось, которая и держала посла на моей планете. Очень хотелось об этом поговорить, но все как-то было не до того.

Да и Ирис отвлекла, подтягивая к себе одну ногу и положила на неё руку.

— В Федерации всё иначе. Многие обучаются на материнских планетах, но даже так, нам повторяют одно и то же. Псионик развивается за счёт энергии. Сначала пробуждение, потом укрепление, расширение каналов. Для переходов нужны пси-камни, кристаллы, накопители. Иногда столько, что обычный разумный за всю жизнь не заработает, чтобы перейти с третьего на четвертый уровень. Грубо говоря.