Журналист притих, вняв голосу не разума, но кондитера, и неохотно проследовал на выход, но Фонтейн окликнул его уже у самой двери:

— Что вы делали в ресторане «Аммар», мистер Росс?

— Ел, — огрызнулся журналист. — Я пока еще имею право обедать там же, где все нормальные люди.

«Обедал, значит», — подумал Акс и, когда блондинистая проблема под присмотром Агилара покинула кабинет, повернулся к вад-принцу:

— А вы, ваше высочество, тоже обедали, в то же самое время и в том же ресторане?

— Разве пассажирам экспресса запрещено есть вне вагона-ресторана?

— Просто удивительное совпадение, как это вам всем, включая Авилеса, захотелось пообедать именно в «Аммаре» и непременно в час дня.

Ан-Файяз угрожающе надвинулся на Фонтейна. Принц казался удивительно хрупким на фоне могучего телохранителя — а ресторан громил так, словно всю жизнь только этим и занимался.

— Мурад, — сказал его высочество. Ан-Файяз с явной неохотой отступил от Акса и вернулся на свое место, по правую руку от АльНилама. — Полагаю, что Авилес следил за нами. Зачем юный Росс делал то же самое — мне неизвестно, и сам он тоже не смог мне объяснить.

— Бог с ним, с юным Россом, — согласилась майор. — Меня куда больше интересует, каким образом Авилес узнал, что именно за вами нужно следить?

— Ну, вероятно, ему кто-то об этом сказал, — с смешком ответил АльНилам. — Кто-то, имеющий доступ к информации, не предназначенной для посторонних.

— На что вы намекаете? — холодно осведомилась майор Фан. — Вы проводили расследование на Тар Мариат, и террористы уже, несомненно, в курсе ваших успехов.

«Фан!» — мысленно взмолился Фонтейн, хотя про расследование ему бы тоже хотелось послушать, но они — и принц, и майор — ступили на очень тонкий лед. Акс не хотел бы услышать его треск.

— Возможно, — согласился АльНилам, — однако о том, что я купил билет на поезд, знают только мой отец, генерал-губернатор Азрата и служба бронирования и заказа билетов «МТ Экспресс». Так что ищите утечку на вашей стороне.

Фан обратилась в лед и смерила его высочество таким взором, что Акс поспешил вмешаться:

— Это может быть и кто-то со стороны султаната.

— Мой отец едва ли общается с террористами, как и генерал-губернатор. Даже местное подразделение Эль Шадияр пока не в курсе, что я здесь.

— Авилес мог следить за моим экспрессом в том числе и потому, что террористы планировали посадить одну из своих в поезд, — сказал Фонтейн. — Таким образом, чтобы заметить вас, Авилесу не требовался доступ к секретной информации.

— Тоже может быть, — лениво заметил вад-принц. — Но суть нашей проблемы заключается не в этом, хотя утечку я бы на вашем месте все же поискал. Суть проблемы в том, что… а у вас есть допуск к тому, что мы тут собираемся обсудить? — вдруг поинтересовался он у Акса. — Думаю, майор читала мой отчет о случае на Тар Мариат, а я читал ее рапорт о происшествии на Альмонзис. А что насчет вас?

— С происшествием на Альмонзис я знаком во всех подробностях.

— Акс, — оборвала его майор. — Гектор Авилес, одно и то же существо, пыталось ограбить завод и шпионило за вами. Крайне маловероятное совпадение. Однако мы пока не знаем, на какую группировку он работает.

— Значит, вы не вышли на заказчика? — подал голос Ан-Файяз. Надо же, вад-принц разрешает ему задавать вопросы и даже иметь свое мнение.

Фан покачала головой:

— Нет. Потому я все еще здесь. Были подозрения, что заказчик — Энрике Сальваторе Анхелес, наркоимператор всея Метрополии и колоний, но это не подтвердилось. Он был только спонсором — предоставил деньги и базу в обмен на часть куша. Но кто заказал кражу — мы пока так и не установили.

— И, видимо, поэтому вам хотелось бы взять Авилеса живым?

— Да.

Вад-принц и его телохранитель переглянулись. Мурад пошевелил губами и неодобрительно покосился на Фонтейна и Фан. АльНилам в задумчивости склонил голову набок, пробормотал «Но почему бы и нет, это же не запрещено» и сказал:

— Ни у вас, ни у саида Фонтейна нет причин препятствовать моей миссии.

— Но я все еще против того, чтобы вы разбрасывали по моему экспрессу трупы, даже если это трупы террористов, — сурово ответил Акс.

— Я не возражаю против ликвидации террористов, — добавила Фан, — но я бы предпочла сначала их допрашивать, а потом уже…

— О, не беспокойтесь, — промурлыкал вад-принц, глядя на майора, как кот — на банку сливок. — Ваши пассажиры не будут спотыкаться посреди вагонов о тела убиенных, я всегда убираю за собой. Но раз у нас общая проблема, то почему бы нам не объединить усилия, чтобы сэкономить друг другу время и возможно — предотвратить еще два-три теракта?

Карло делла Ровере после отключения клейма устроили в крошечном закутке — там, где они скрывались, не имелось возможности сделать палату для больных. Парень все еще лежал на медплатформе, поскольку кроватей у них, разумеется, тоже не было. Мария подошла к нему и положила руку на плечо.

— Карло, — позвала она, — как вы себя чувствуете?

Бывший гвардеец тау-класса очнулся от полусна, уставился на Фиалковскую так, словно к нему слетел ангел, а потом схватил ее руку и поцеловал.

— Ох, не надо, не надо, — смущенно пробормотала Мария, отнимая руку. — Лучше скажите, как ваше самочувствие?

— Хорошо, синьора, — ответил парень, преданно глядя ей в лицо. — Немного слабость, и иногда кружится голова.

— Зрение, слух, обоняние работают нормально? Онемение конечностей? Проблемы с памятью?

— Нет, синьора. Все в порядке.

— Вам будут давать усиленный паек. Съедайте все, даже если нет аппетита. Если состояние ухудшится — сразу сообщите мне.

— Да, синьора.

— Мария, — негромко позвал ее Исио Торо. — Он вернулся. У нас возникли некоторые проблемы.

«Почему я даже не удивлена», — Фиалковская кивнула делла Ровере на прощание и направилась следом за Исио к «комнате», которую выгородили для нее в длинных тоннелях.

— Что стряслось? — негромко спросила она: по лицу Торо никогда нельзя было понять, произошла ли какая-то катастрофа или мелкая неприятность.

— Он провалил слежку, — лаконично ответил эпсилон. Кажется, Авилес ему не нравился; впрочем, никто не знал точно, что Исио думает о том или ином человеке либо существе.

— О Боже, — вздохнула Мария. — Ну хотя бы хвост он к нам не привел?

— Нет, мадам. Я проверил.

Гектор Авилес ждал ее за пределами «комнаты». Вид у существа был несколько всклокоченный, правая рука висела, как парализованная, но при этом он держался так, словно у него все под контролем. Самоуверенность, как заметила Фиалковская, и твердая убежденность в своей исключительной ценности для человечества были главными чертами Авилеса. Видимо, принадлежность к Сай Ашерон поднимает самомнение на головокружительную высоту, хотя особой пользы от Гектора Мария пока не заметила.

— Входите, — приказала она. — Что с рукой?

— Удар нейроплети, мадам. Ничего серьезного, само пройдет, — он сверкнул на нее белозубой улыбкой.

— Ну что ж, хорошо, что медикаменты на вас тратить не придется, — холодно сказала Фиалковская. — Докладывайте.

Улыбка Авилеса стала шире. Он не раз пытался «обаять» ее так же, как Альму Баррера или девицу из экспресса, и безуспешность этих попыток его не останавливала. Похоже, он считал себя неотразимо привлекательным для любой женщины от восемнадцати до восьмидесяти.

Рассказ Авилеса, конечно, мог бы сильно потрясти более нервного человека. Но за двенадцать лет, которые Фиалковская провела на работе под прикрытием, она привыкла в любой ситуации сохранять невозмутимость хотя бы внешне. К тому же она слишком устала, чтобы кричать, да и толку от криков? Дослушав, прости Господи, «доклад» Авилеса, она некоторое время молчала, разглядывая это существо. В ней росли подозрения, что из Сай Ашерон он не сам сбежал, а его вышвырнули за профнепригодность. Исио вопросительно посмотрел на Марию. Она потерла висок и сказала: