— Не знаю, и мне насрать! Это был он!

— Зачем так кричать и спорить, — вмешался вад-принц, — если можно посмотреть записи с камер наблюдения в ресторане?

— Как только мы их получим… — начал Фонтейн и смолк: Мурад вытащил из кармана конверт с мини-диском.

— Как вы их достали?

— Приказал менеджеру ресторана отдать диск, — пожал плечами АльНилам. — Ничего сложного.

«Еще бы, когда ты сынок султана, и тебе все можно», — Акс сунул диск в слот и нашел папку «12.07.214», в которой оказался длинный перечень записей, рассортированных по залам.

— Зал номер один, — сказал Мурад. — Камеры три, четыре и пять.

Акс выбрал камеру три, в быстром меню указал время и вывел запись на панель. Пару минут они наблюдали, как вад-принц выбирает блюда на обед. Пока он этим занимался, Фонтейн изучил зал. Посетителей было немного, и среди них — никого, похожего на Авилеса.

— Ну и где он, ваш воскресший Авилес? — спросила майор.

— Сейчас увидите, — сказал журналист.

На экране он же поднялся и направился к другой кабинке, полуприкрытой ширмой, а затем внезапно отшатнулся от нее, споткнулся о собственные ноги и повалился на пол. Вад-принц вскочил, сдернул с пояса нейроплеть и протянул ею по пустоте перед Россом. Вспышка выстрела прожгла полосу в полу, и из воздуха под ноги принцу вылетел пистолет.

— Это еще что за чертовщина? — прошептал Акс. Он никогда раньше такого не видел — и Фан, судя по изумлению на ее лице, тоже. Росс шокировано уставился на экран и пролепетал:

— Но… это как же… он же был, я видел…

АльНилам подался вперед. Его телохранитель выглядел таким же обалдевшим, как журналист, которого он на записи цепко держал за шкирку, пока его высочество с энтузиазмом крушил нейроплетью ресторан. Если бы не пистолет и не след от выстрела на полу, это все выглядело бы как припадок буйного помешательства.

Посетители и официанты с криками разбегались во все стороны, в воздух вдруг взмыл стол, и принц в два удара плети расколол его пополам. Кончик плети изогнулся, словно встретился с невидимой преградой. На лице Фан изумление сменилось настороженным удивлением. Когда неведомая сила, как в фильме ужасов, схватила официантку и потащила ее к двери, майор сказала:

— Там все-таки кто-то есть. Акс, ну-ка, замедли, и давай еще раз.

Фонтейн отмотал запись назад и понизил скорость воспроизведения.

— Он был там, — ошеломленно повторил Росс. — Я не вру, мы все его видели! Почему же тут никого нет?

Аксель быстро взглянул на Пола Агилара. Он смотрел на происходящее внимательно, но без тени удивления, и Фонтейн был уверен, что он знает ответ. Только сказать никому не сможет. Разве что Лавровой с ее зет-допуском.

— Честно говоря, я первый раз с таким сталкиваюсь, — призналась Фан. — Если бы речь шла только о юном Россе, то, конечно… а вы, принц, тоже его видели?

— Да. Я видел этого человека так же, как вас всех сейчас.

— Это не человек, — сказал кондитер. — Это существо.

Он впервые раскрыл рот, и взгляды всех присутствующих тут же сосредоточились на нем, при чем взгляд майора был крайне недовольным.

— Официально, — процедила она, — об этом не сообщалось, но Авилес и его правая рука Альма Баррера были существами.

— Потому мы не видим его на записи? — недоверчиво уточнил якзан. — Разве рекомбинация генов может давать такой эффект?

— Дело не в генах, — сказал Агилар. — Он один из Сай Ашерон.

Фонтейн тихо выдохнул. Он так и знал! Похожие поддельные досье, отсутствие любой информации, странные даже для существ свойства… но почему Агилар говорит об этом так спокойно?

— Разве вам можно это разглашать? — спросил Фонтейн несколько уязвленно: вот ему кондитер так легко в этом не признался и чуть с ума не свел своей конспирацией.

— Можно, когда речь идет о безопасности людей и тем более — террористической угрозе. Но я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то из Сай Ашерон сбегал и присоединялся к террористам, — добавил Агилар. — За ними следят куда пристальнее, чем за остальными существами.

— Что такое Сай Ашерон? — спросил вад-принц.

— Некий особый спецотряд существ, который многие склонны считать выдумкой, — ответила Фан, подчеркнув слово «многие». — Но не все. Вот, например, мистер Фонтейн, как и шеф-кондитер экспресса, в это верят.

— Сай Ашерон — не выдумка, — невозмутимо произнес Агилар. — Я встречал однажды такого, как Авилес. Это невидимка — существо, которое не фиксируется на видео, фото, даже диктофон не запишет его голос. Маячки, жучки, любые средства слежения — все бесполезно, кроме того, что встроено в клеймо.

АльНилам вздохнул, так что платок на лице всколыхнулся, посмотрел на дисплей наручных часов и издал раздосадованный возглас.

— Мурад, проверь!

Ан-Файяз тоже посмотрел на свои часы, покачал головой и показал их принцу.

— Не отслеживает, эфенди.

— Что не отслеживает? — спросил Фонтейн.

— Я ранил Авилеса лезвием с наночипами, которые проникают в кровоток и передают сигнал нескольких суток. Сейчас сигнала нет. Но как он это делает? У него эхолокация, как у летучей мыши, только наоборот — не улавливает сигналы, а глушит их?

— Я не знаю, — сказал Агилар, — но ходят слухи, что в тело и мозг Сай Ашерон вживляют некие устройства… биомеханические и не только. Говорят даже о кибернетических — вроде тех, которые когда-то разрабатывала «Арс Механа».

Росс умоляюще уставился на кондитера, и тот умолк. АльНилам опустил голову, нахмурился и забарабанил пальцами по подлокотнику. Якзан недоверчиво смотрел на Агилара, а Фан прямо заявила:

— По-моему, это чушь. Ну то есть ладно, я уже готова допустить, что Сай Ашерон не вымысел, но устройства? Это же мало того, что запрещено Конвенцией, так еще и последний раз подобные разработки упоминались лет сто восемьдесят назад. Любая технология попросту устареет за такое время.

Ей никто не ответил. Вад-принц смотрел в пол, и между бровей у него пролегла глубокая складка, будто слова Агилара заставили его вспомнить что-то крайне неприятное. Фонтейн тоже молча переваривал услышанное и, глядя на кондитера, гадал, где же в нем спрятаны такие устройства и как он скрывает их в течение стольких лет.

— Запрещено или нет, — наконец произнес АльНилам, — но это многое объясняет. В том числе его низкую чувствительность к нейроплети.

— Не могу в это поверить, — пробормотала Фан. — Это какие-то глупые домыслы. Насчет киберустройств и механоидов, я имею в виду. Но с тем, что Авилес способен как-то влиять на записывающую и следящую технику, я согласна. Аксель, помнишь, как мы не могли найти его на записях с камер наблюдения?

— Помню. А еще я помню, что после взрыва забарахлили несколько дронов со сканерами в окружении около руин завода.

— Как он сумел пережить взрыв? В титановую кожу я не верю.

— Подкоп или схрон. Ублюдок явно все спланировал заранее, а если допустить, что и взрывчатку он сам устанавливал, то его выживание не просто возможно, но и вполне вероятно.

— Вот теперь-то вы мне поверили, — буркнул Росс. — Я уж и не надеялся. Осталось выяснить, почему ваш террорист шляется по торговым центрам вместо того, чтобы тихо сидеть где-нибудь в непролазных джунглях.

— Отличный вопрос! — встрепенулась Фан. — Что вы думаете на это счет, АльНилам?

— Обсудим это чуть позже, — вмешался Фонтейн. — Мистер Росс, можете вернуться в свое купе. Не покидайте его без моего ведома. Я распоряжусь насчет охраны.

— Опять⁈ — возопил журналист.

— Тедди, это для вашего же блага, — сказал Агилар. — Вы же не хотите снова встретиться с Авилесом?

— При чем тут это? Они только собрались обсудить что-то действительно важное и сразу же выгоняют нас пинком под зад!

— Будете много знать — скоро умрете, — проронил вад-принц. Росс задохнулся от возмущения, а кондитер перевел ему эту нехитрую мысль:

— Вам совершенно ни к чему знать то, за что вас могут убить или устроить вам допрос с пристрастием. Пойдемте, Тедди, я провожу вас в купе.