И мы никого не прогоняли. Первый закон Проклятых земель гласил: здесь примут любого, кто не будет причинять вред. Так я и объявила на очередном общем собрании под недовольными взглядами Реста, который подозревал в каждом новом жителе опасного рецидивиста, и чаще всего, был недалек от истины. Хотя семьи к нам тоже приходили. Людям, потерявшим по разным причинам свои дома и имущество, больше некуда было податься.

Рест же набрал из парней такую дружину, что когда они собирались все вместе, серьезные и вооруженные, к нам покупатели боялись заходить. Поэтому я настоятельно просила его как-то аккуратнее следить за внутренним порядком, не создавая у людей впечатления, что на Проклятых землях сколотили банду и вот-вот двинутся на штурм герцогского замка.

Вновь прибывших заставлять работать не приходилось. Люди видели, как растут дома тех, кто сумел выжить здесь зимой, и надежда в их глазах разгоралась сама собой. И пусть жить новичкам приходилось во втором доме, который пока только чудом не развалился — с приходом тепла лесопилка переехала на открытый воздух — я рассчитывала, что к зиме хотя бы часть людей переедет в свое собственное жилье, и места в общаге освободятся. Мы там перезимовали — и они перезимуют.

Арда же попросила разрешения поселиться прямо при таверне, заявив, что ни свой огород, ни домашний скот ее не интересуют, а вот женой трактирщика она всегда мечтала стать. И за неимением собственно, трактирщика, готова довольствоваться только трактиром. Разрешение, она, разумеется, тут же получила, и на втором этаже таверны мы отвели место под жилые комнаты. С запасом. Трактирщик ведь мог еще и найтись.

Стояла уже середина лета, когда виконт Лавье созрел для решительных действий. Прибыв как обычно для сверки списка и снова с удивлением внеся в этот список новые имена, виконт, краснея ушами, попросил меня показать, как продвигается строительство моего будущего дома. Учитывая, что сруб у озера был прекрасно виден со всех сторон, и как я подозревала, даже из окон Его Светлости, предлог был так себе, но я, конечно, пошла.

Сюда все приходили подивиться, бывало, что и по нескольку раз на день, так удивляли народ вбитые в дно озера сваи из вяза. Мой будущий дом стоял на самом берегу, выбрасывая в воду одно крыло. Одноэтажный и невысокий, он напоминал швейцарское шале с пологой треугольной крышей, накрывающей весь дом шапкой, включая и кусок озера, который я аккуратно расчистила от жгучей травы и другой более мирной растительности.

Парни постарались на славу, обтесывая и ошкуривая бревна и доски, и сейчас сруб сиял на вечернем солнце мягким светом свежего дерева. Я аж сама так залюбовалась, что почти забыла, зачем мы сюда пришли. Скорее бы приступить к отделке!

— Леди Нойр… Леди Мелисса… — волнуясь, начал виконт, подходя ближе и почти нависая надо мной. Мы стояли на самом берегу озера, на воде плясали алые блики заката, ветер нежно качал белоснежные кувшинки, в изобилии украсившие блестящую темную гладь. Обстановка была более, чем романтичной и очень подходящей для сцены: герой делает предложение красавице. — Вы самая чудесная и поразительная девушка, которую я когда-либо встречал. Уже долгое время я могу думать только о вас!

— О… — сказала я, опуская глаза, как и положено нежной деве, но виконт понял этот короткий предлог как-то иначе.

— Позвольте заверить вас от всего сердца, что ваши прошлые ошибки меня совершенно не волнуют! И умоляю вас, не возражайте мне!

Вот даже не собиралась.

— Более того, теперь, когда я знаю вас настоящую, я вообще не верю, что вы сделали что-то плохое! Вас наверняка просто оболгали, и я даже сказал об этом Его Светлости!

Ой-е-ей.

— И что же он ответил? — с интересом спросила я, невольно выходя из образа и бросив взгляд на громадный замок — уж очень стало любопытно. Жаль, я не видела лицо герцога Нордена в момент, когда ему сказали, что ненавистная черная ведьма на самом деле невинный цветок.

Виконт Лавье в ответ смутился, и похоже, тут же пожалел, что поднял эту тему.

— Мой порыв пока не нашел понимания у Его Светлости…

Ну еще бы.

— Но это не имеет значения, позже и он обязательно поймет! Просто сделайте меня самым счастливым человеком на землях нашего королевства. Леди Мелисса… я прошу вашей руки! Вы станете моей женой?..

Я честно призналась сама себе — соблазн был. Скинуть все свои проблемы на мужчину. Мужчину с титулом и деньгами. И мне бы точно больше никогда не пришлось думать, на что купить хлеба. Только вот беда, даже на крохотную секундочку я не верила, что виконт Лавье сможет по-настоящему меня защитить и отстоять свои пылкие чувства.

Мальчик молод, наивен, восторжен и слишком добр. Те, кто отправили сюда Мелиссу, ни за что не позволят, чтобы такой брак состоялся, и у виконта Лавье нет ничего, что можно противопоставить такому матерому волку, как тот же герцог Норден, который, без сомнения, предпочтет убить ведьму, но не дать ей испортить жизнь своему юному вассалу.

А эта ведьма собиралась жить долго вопреки всему. Поэтому грустно посмотрев в горящие надеждой карие глаза, я просто сказала:

— Нет.

— Но почему? Неужели я вам… неприятен? — голос виконта дрогнул, губы задрожали, и я в очередной раз убедилась, что этот ребенок мне ничем не поможет. Нет никакого смысла лишать его возможности найти ту, что действительно его полюбит, да и у меня останется шанс найти того, кто подойдет мне больше. Ведь может такое произойти?

— Милорд Арнел… — я шагнула еще ближе и взяла его за руку, отчего тот просто застыл, будто я владела замораживающими чарами. Похоже, это было вопиющим нарушением местных приличий. — Я вам так благодарна за все, что вы для нас сделали. Поэтому ответить на ваши чувства было бы черной неблагодарностью с моей стороны. Это навлекло бы на вас только беды, поверьте мне.

— Но наша любовь могла бы преодолеть…

— Мир к ней не готов.

— Но я…

— Обязательно встретите прекрасную девушку, которая сделает вас счастливым.

— Но это будете не вы…

— Не я.

— И все же я подожду, — виконт упрямо тряхнул головой. — Столько, сколько будет нужно, чтобы вы осознали серьезность моих намерений…

В ответ я только покачала головой и развернувшись, отправилась к общежитию. Я опасалась, что серьезность этих намерений осознает совсем другой человек, и кто знает, что он тогда предпримет.

И долго ждать, чтобы это выяснить, мне не пришлось. Уже на следующий день меня вызвали к границе, где ледяной статуей правосудия высился герцог Норден, рядом с ним нервничал плотный мужчина лет пятидесяти, а в окне стоящей неподалеку карты мелькало расстроенное женское лицо.

Присмотревшись к мужчине повнимательнее, заглянув в его карие глаза и оценив герб на карете, я поняла, что у нас здесь происходит знакомство с родителями.

— Один шанс, — холодно обронил Его Светлость герцог Норден вместо приветствия. — Я даю вам несколько минут и один шанс все исправить.

— Леди Нойр, добрый день. Позвольте представиться, граф Лавье, — проявил похвальную вежливость отец Арнела, хотя по всему было видно, что день, когда его сын захотел жениться на черной ведьме, он точно добрым не считает. — До меня дошла информация… Мне стало известно… Я хотел бы предложить… Возможно, вас устроит…

Так мы до вечера до сути не доберемся. Я уже хотела вставить пару слов, чтобы направить разговор в нужное русло, когда герцог Норден, видимо, пришел к тем же выводам, что и я, и спросил без прелюдий:

— Леди Нойр, что вы хотите за то, чтобы оставить в покое виконта Лавье и прекратить его соблазнять?

Первая часть фразы мне очень понравилась, а вторую я решила проигнорировать.

— Пять коров и один бык, и ваш сын никогда не станет моим мужем, граф, — обратилась я напрямую к отцу жениха, бросив на грубияна-герцога благодарный взгляд за возможность перейти к конкретике.

Я должна была что-то взять. Начни я уверять, что уже отказала виконту и не планирую идти с ним по жизни, они бы лишь уверились, что я задумала что-то совсем грязное и темное, а мне совсем не нужно, чтобы герцог стоял над душой, раздумывая, пора меня убивать или еще нет.