Тея аккуратно перенесла пластину.
В тот же момент во входную дверь постучали.
На пороге стояла женщина в темно-бордовом плаще Гильдии ведьм. За ней ожидал молодой служащий с папкой и переносным футляром для проверочных кристаллов.
Женщине было около пятидесяти. Светлые волосы она убрала под строгую сетку, на воротнике закрепила серебряный знак аптечного надзора.
— Мирелла Морвейн?
— Да.
— Старший инспектор Ивара Грейс. Вы подавали заявление на восстановление лицензии и снятие печати с лаборатории.
Леона предупреждала, что инспектор придет в течение недели.
Прошло меньше двух дней.
Ивара посмотрела поверх моего плеча на кушетки.
— Аптека уже принимает больных?
— Нет. Вчера я оказала экстренную помощь двум жителям улицы. Районный лекарь осмотрел их и зафиксировал случай.
— Документ?
— Он обещал передать запись сегодня.
Инспектор вошла, не снимая плаща.
— До получения документа я должна считать, что в помещении с приостановленной лицензией проводилось лечение.
— Право на экстренную помощь у меня сохранилось.
— Если помощь действительно была экстренной.
Финн приподнялся на локте.
— Я задыхался.
— Лежи, — сказала я.
— Но она думает…
— Я слышала ее вопрос. Лежи.
Он подчинился, хотя явно был недоволен.
Ивара подошла к нему.
— Вас осматривал господин Сейн?
— Два раза.
— Хорошо.
Она повернулась ко мне.
— До завершения проверки вы не можете принимать пациентов, продавать лекарственные средства, изготавливать зелья для внутреннего употребления и проводить плановые магические процедуры.
— Я знаю.
— Судя по обстановке, напомнить не помешает.
Тея тихо выдохнула через нос.
Я бросила на нее предупреждающий взгляд.
Ивара услышала, но не стала реагировать.
— Покажите помещение.
Проверка началась с торгового зала.
Служащий Гильдии измерил остаточную магию в стенах, отметил разрушенные узлы защитного контура и проверил замки. Ивара осмотрела шкафы, документы описи и корзины с испорченными материалами.
— Вы разделили пригодное и непригодное сырье?
— Да.
— Кто проводил проверку?
— Я.
— Приостановленная лицензия не запрещает оценивать собственное имущество. Но использовать сырье до лабораторного осмотра нельзя.
— Я не использовала.
— У пациента вчера брали кровь?
— Моим личным набором.
— Покажите.
Она осмотрела инструменты отца, проверила клеймо и дату последней регистрации.
— Набор исправен. Серебряная нить требует повторной очистки.
— Я еще не закончила обработку.
— Закончите до вечера.
Мы перешли в приемную. Ивара задала Марте несколько вопросов, сравнила ответы с моим объяснением и записала номер партии препарата.
На этот раз никакой реакции я не заметила.
— Где бутылка? — спросила она.
— Пациентка передала ее мне для независимого исследования.
— Гильдия имеет право изъять опасное средство.
— После составления акта и в присутствии владельца.
Ивара посмотрела на Марту.
— Вы передали препарат госпоже Морвейн?
— Передала.
— Добровольно?
— Она спасла моего внука. Я бы ей и шкаф отдала, если бы понадобился.
— Шкаф не требуется.
Инспектор закрыла журнал.
— Составьте акт передачи до конца дня. Пока образец может остаться здесь, но вскрывать его без разрешения нельзя.
— Он уже был вскрыт до передачи.
— Повторно вскрывать нельзя.
Я не стала сообщать, что простую реакцию мы уже провели. Она не нарушала закон об опасных составах, поскольку на тот момент средство официально считалось обычным укрепляющим настоем. Но объяснение заняло бы время и могло привести к немедленному изъятию обоих флаконов.
Пока я не знала, кому попадут образцы после Гильдии, отдавать их не собиралась.
Возле запечатанной лаборатории Ивара остановилась.
— Печать цела.
— Да.
— Вы не пытались ее снять?
— Нет.
Она провела проверочным кристаллом вдоль серебряной нити.
— Следов вмешательства нет. Лабораторию откроют после восстановления внешнего защитного контура. Без него работа с веществами запрещена.
— Для восстановления нужны деньги. Для получения денег нужна работа.
— Это затруднение владельца, не Гильдии.
— Какие виды работы разрешены до получения лицензии?
Ивара посмотрела на меня внимательнее.
— Продажа пустой посуды и готовых товаров, не относящихся к лекарствам. Проверка растений без выдачи лечебных рекомендаций. Изготовление бытовых средств, не предназначенных для приема внутрь. Мыло, очистительные смеси, средства против плесени, составы для обработки ткани и древесины.
— Защитные мешочки от домашних вредителей?
— Если в них нет активных чар.
— Простые ароматические сборы?
— С пометкой, что они не являются лечебными.
— Наружные составы?
— Только после полного осмотра лаборатории.
Я запомнила.
Восстановить аптеку исключительно на продаже мыла было трудно, но это уже лучше полного запрета.
Мы поднялись на второй этаж.
Инспектор проверила жилые комнаты, печь, запас воды и кабинет Беатрисы. Внутрь я вошла вместе с ней. Белый флакон и препарат Марты уже лежали в запертом ящике. Ивара не потребовала открыть его.
У задней стенки шкафа она остановилась.
— Здесь нарушена защитная линия.
— Мы заметили.
— Повреждение старое.
— Оно могло произойти во время пожара?
— Нет. Эта линия не связана с лабораторией.
Ивара провела пальцем возле темного следа, не касаясь его.
— Защиту снимали последовательно. Узел за узлом.
— Кто мог это сделать?
— Любой человек, умеющий работать с аптечными контурами.
— Ученик?
— Только хорошо подготовленный.
— Сотрудник Гильдии?
— В том числе.
Она произнесла это без попытки защитить организацию.
— В отчете о пожаре указано, что контур поврежден огнем, — сказала я.
— Я не составляла тот отчет.
— Но можете проверить.
— Запросите повторную экспертизу через юриста.
— Уже запросила.
Впервые на лице Ивары появилось одобрение.
Оно исчезло сразу.
Мы вернулись в торговый зал. Служащий Гильдии передал инспектору заполненные листы.
Ивара просмотрела их и встала за прилавком, словно собиралась объявить приговор.
— Помещение можно восстановить. Оснований для окончательного закрытия нет.
Тея заметно выпрямилась.
Я ждала продолжения.
— Для допуска к работе необходимо выполнить следующие требования, — сказала Ивара. — Первое: заменить поврежденные окна и укрепить заднюю дверь. Второе: восстановить не менее четырех основных узлов защитного контура. Третье: очистить водяную систему и предоставить образец воды. Четвертое: уничтожить испорченное сырье в присутствии представителя Гильдии. Пятое: привести лабораторию в безопасное состояние после снятия печати. Шестое: внести первый платеж по задолженности и оплатить проверочный сбор.
— Сколько?
— Двадцать корон в счет долга и восемь за повторный осмотр.
В моем кошельке оставалось меньше тринадцати.
— И последнее, — продолжила Ивара. — Поскольку вы не вели постоянную практику более пяти лет, потребуется подтверждение квалификации.
— Экзамен?
— Практическая проверка. Три состава, определение неизвестной примеси и демонстрация безопасной работы с вашим основным даром.
— Разделение на живом человеке?
— Нет. На лабораторном образце.
— Срок?
Ивара протянула мне лист.
— Тридцать дней с сегодняшней даты. Если требования не будут выполнены, заявление придется подавать заново. В таком случае здание останется закрытым еще не менее трех месяцев.
Я прочитала документ.
Тридцать дней.
Два окна, защита, вода, лаборатория, долг, проверка знаний. При этом я не могла продавать лекарства и принимать пациентов.
