— Здесь начинается настоящий треш, — сказал я. — И что там было после большого взрыва? Расширение Вселенной? Сейчас очень важно не распыляться, а сконцентрироваться и не пропустить удары по другим контурам. Нужно заниматься активами, управлением, делами. Всё это пока идёт нормально, но я уверен, что везде сейчас будут пытаться проникнуть, расшатать и взорвать люди Шаха, люди Чингиза и люди Сенатора, и какие-нибудь другие люди, о которых я ещё не знаю. Можно вообще перенести рабочий штаб в Верхотомск. Мы ведь договаривались, что я войду в курс хозяйства и освою управленческие позиции. Не вижу смысла торчать здесь, лавировать между струями и ловить очередные удары.

— Ты думаешь, там до тебя не дотянутся?

— Дотянуться они могут до меня где угодно, — сказал я. — Хоть в Аргентине. Но вопрос в другом. Откуда мне до них проще дотянуться?

— Да, — пьяно кивнул Ширяй. — Нужно ехать. Там сейчас тоже может стать жарко — проверки, наезды, провокации, поджоги, грабежи… всё что угодно. Другое дело, справишься ли ты с этим грузом… Мне-то уезжать некогда… Да… Давид бы справился, — сказал он.

— Но Давид играл с вами в разных командах, — напомнил я.

— Вот-вот… Да, правильно. Уезжай. Пока я тут буду гасить Шаха, ты будешь на подхвате. Я пошлю с тобой помощника. Дашь поручение Савосе, чтобы разместил его, предоставил машину, водителя, охрану.

— Что за человек? — нахмурился я.

— Консультант по финансам, с опытом кризисного управляющего и администратора активов. Тот, кто поможет тебе войти в курс.

По факту это был поводок, удавка на шее. Но, с другой стороны, без такого спеца войти в курс дела было бы непросто, поскольку Савося-то ясно, что расскажет? Ничего. Там, конечно, были и реальные сотрудники, но это другое.

— Хорошо, — кивнул я. — Очень правильное решение. Я как раз хотел вас об этом спросить.

— Вот и отлично. Значит, летишь завтра. Сегодня уже не успеть.

— Я тоже поеду! — воскликнула Ангелина.

Она сделала большой глоток и со стуком поставила тяжёлый хрустальный стакан на стол.

— Ты останешься здесь, — резко ответил Ширяй. — Никаких возражений.

— Да не хочу я после всей этой мясорубки сидеть здесь. Я хочу быть рядом с Сергеем. Я помогу ему там.

— Чем ты ему поможешь? — недовольно бросил Ширяй. — Рядом с ним сейчас опасно. Даже не думай. То, что он будет там, не значит, что никто его не тронет. Просто здесь он мне не нужен сейчас. Пусть занимается. Но он окажется в большей опасности, если ты будешь рядом с ним.

— Да почему⁈

— Не почему!

— Анже́лик, — кивнул я, — тебе лучше остаться, дедушка прав. Незачем становиться добровольной заложницей войны.

— Какой заложницей? Что ты несёшь? Я буду тебе помогать!

— Ты поможешь, — рявкнул Ширяй, — если прижмёшь свою жопу и будешь сидеть тихо!

— Всем будет спокойней, когда ты будешь под защитой, — кивнул я.

— Под защитой у кого? У дырявой службы безопасности, которая машину проверить не может нормально?

— Разберёмся со службой безопасности! — кивнул Ширяй. — Не твоя забота. Твоя забота сидеть и жениха ждать. И не высовываться. Ты видишь, какие дела пошли?

— А если дрон прилетит, как к Чингизу?

— Значит, будешь в подвале сидеть. Всё. Вопрос решён.

У Ширяя зазвонил телефон.

— Тихо! — крикнул он. — Олег звонит. Вот Олег приедет и будет тебя охранять. Не переживай за службу безопасности. Слушаю тебя, Олежек…Так…

Он замолчал, внимательно слушая Олега и только качал головой, вставляя время от времени:

— Так… Так… Сука… Сука… Вот сука!

А Олег говорил и говорил.

— Ладно, давай, побудь там, — подвёл итог дед. — Ты мне здесь, конечно, нужен, но Фокус сейчас важнее… Нет, не через Алексея… Нет, я сказал! Напрямую через меня. Да, все эти вопросы буду решать лично я… Ничего страшного, в любое время, я вообще не сплю… Всё, давай… Давай…. Давай, молодец, работай.

— Чё ты про Олега скажешь? — спросил он у меня, отключившись.

— Про Олега? — переспросил я. — Парень вроде нормальный. Резкий, соображает хорошо. Дело знает, похоже, но что у него внутри, сказать не могу. Внешне всё норм. По поводу преданности не знаю. На риск идёт без раздумий. Не отчаянный, но дерзкий.

— Вот мне такие и нужны. Нужно его поставить заместителем Алексея.

Ширяй замолчал.

— Чего он сказал-то? — спросил через какое-то время я. — Нашёл явку?

— Да, — кивнул он. — Нашёл. Но чувак исчез. Тот, который сидел в турфирме и должен был отдать документы Фокусу.

— Исчез до или после?

— Скорее всего после встречи с Фокусом. В смысле, исчез он только вчера, а перед этим за день был на работе, как обычно.

— А вообще-то встречался он с Фокусом или нет? — прищурился я.

— Конкретной информации нет, — угрюмо ответил Ширяй. — Скорее всего, да. Правда Фокуса по фотографии никто из сотрудников не опознал…

— Фокус бы сам туда не пошёл, послал бы курьера, чтобы забрать документы. Я думаю, документы уже переданы. Но судя по всему, переданы недавно, раз этот кренделёк исчез только сейчас.

— Олежка работает. Он взял помощника этого чувака, сейчас крутит его.

— Работает он, конечно, жёстко, — кивнул я. — Но а нам чё, танцы с этими турками танцевать? Нам нужна информация.

— Да, именно, — задумчиво покачал головой Ширяй. — Параллельно пробует пробить через кореша, можно ли как-то посмотреть камеры и всё такое. Короче, Олежка пока там. И я, если честно, даже не знаю где у меня сейчас более важный фронт и не послать ли мне к нему ещё людей?

— Я могу, теоретически, — пожал я плечами, хотя мне туда лететь смысла не было.

— Нет, ты давай в Верхотомск.

— И я! — капризно воскликнула Ангелина.

Ширяй не отреагировал. В дверь постучали.

— Глеб Витальевич…

— Заходи, Алексей, — кивнул дед.

— По дому Чингиза нанесён удар. Взрыв. Судя по всему, действительно небольшой беспилотник.

— Сука, — покачал головой Ширяй. — Шах!

— Вот, видишь? — воскликнула Ангелина. — А я что, должна здесь под дронами сидеть?

— Помолчи, — оборвал её Ширяй. — Докладывай, Лёша.

— Чингиз жив, но ранен, сейчас в Склифе. Состояние средней тяжести. Контузия, осколочные ранения. Точнее пока не могу сказать, но скоро узнаю. Разместили в интенсивной терапии. У него там охрана, доступ закрыт. Первоначальная информация такая. Детали будем уточнять.

— Усиль контроль за домом, — кивнул Ширяй. — В подвале оборудуйте комнаты для проживания. Для Ангелины и для меня. Завтра утром всех моих замов доставить сюда. Офис переносить не будем, но совещания нужно организовать здесь. Понял?

— Понял, Глеб Витальевич. — Алексей кивнул, но не ушёл, остался на месте.

— Ещё какие-то новости?

— Да.

Он подошёл к Ширяю и протянул ему телефон.

— Чё это за херня?

— Видео, — сказал тот.

Ширяй ткнул в экран, и комнату наполнили крики, вздохи и звуки совершенно определённого характера.

— Чё за порнуха⁈ — гневно посмотрел на Алексея Ширяй.

— Это видео и ещё несколько подобных роликов с тем же главным героем сейчас активно крутятся по многим пабликам. Идут комментарии, что руководитель программы совместного проекта с Академией наук…

— Погоди-ка, — перебил его Ширяй. — Это чё? Это этот? Это младший Шах, что ли?

— Да, это он.

— Ну-ка, Серёга, иди посмотри.

Я подошёл и заглянул. Разумеется, этот ролик я уже видел. И остальные тоже. Они были взяты из трофейной коллекции мадам Иды и отправлены Михаилу вместе с задачей для него и Сергея Сергеевича. Подошла Ангелина и тоже уставилась на экран.

— И что пишут? — спросил злорадно Ширяй.

— Пишут очень неприятные вещи для Шихтмана. Поливают грязью, кто-то возмущается, кто-то злорадствует. Я уже читал, что якобы Шихтман поддерживал отношения с Эпштейном и бывал на его острове много раз.

— Это кто ж такую херню вывалил⁈ — обрадовался Ширяй. — Ты знаешь?

— Нет, — покачал головой Алексей. — Источник пока неизвестен.