' — Глубоко. Холодно. Не хочу.'

' — Знаю, но придётся потерпеть. В любом случае ты полезешь в воду только, когда мы определим путь.'

— У нас с Пылинкой так же, — кивнула Любомира, — Но моя техника говорит, что на дне что-то скрывается. Там не только сом.

— Отсюда определённо не получится понять, где выход и есть ли он вообще. Хотя вода не выглядит застоявшейся и пахнет нормально, так что, скорее всего, приток и отток должны быть.

— И что будем делать?

— Я буду быстро погружаться из разных точек, изучать пространство и возвращаться обратно.

Мирослав залил в наруч один из флаконов «камнероста» и принялся выстреливать иглами в равном промежутке по всему периметру пещеры. Так он создал каменные выступы, по котором можно было бы перемещаться. После богатырь метнул ещё три флакона в разные места, чтобы создать каменные площадки.

— Осталось мало, так что, я думаю, этого хватит.

— Тогда я буду наблюдать за движением угроз. Пылинка скажет Гиа, а он передаст тебе.

— Отлично, — кивнул Мирослав и быстро сбросил всё, кроме штанов, — Тянуть не будем.

Мирослав использовал технику пляски, промчался по созданным им опорам и свесился с дальней площадки. Разжав пальцы, богатырь перевернулся в полёте и вошёл в воду, сложив руки над головой, чтобы снизить всплеск. Он не рассчитывал, что его не заметят, но всё равно старался привлекать внимание поменьше. Благодаря яркому свету оставленного наверху пера жар-птицы какая-никакая видимость всё же была. К тому же Гиа, кружащий вокруг и пронзающий воду своим криком, также помогал с восприятием. Мирослав понимал пространство вокруг себя, но детали всё еще ускользали от него.

Озеро оказалось даже несколько более глубоким, чем он ожидал, хотя само по себе это не было проблемой. На нынешнем уровне развития тела для него не являлось проблемой задержать дыхание на тридцать минут. Более чем достаточно, чтобы осмотреться и найти выход. Но, конечно же, это подразумевало спокойное неспешное плавание, которое ему было не суждено. Стоило мужчине достичь дна, как к нему тут же устремились какие-то отростки с илистого дна, которые он отсёк, призвав клинок зайца.

' — Сом.'

Коротко передал информацию Гиа. Мирослав тут же рванул к поверхности. Он ощутил движение под собой, но даже не стал оглядываться. Богатырь взбежал по стене, ухватился за один из выступов и взобрался на площадку.

— Ну как, нашёл что-то?

— Там не настолько хорошо видно, но на дне определённо что-то есть. Подождём немного и попробую ещё раз.

Пробовать пришлось немало. Дрянь со дна имела немалую досягаемость, а сом проявлял крайнюю настойчивость в попытках полакомиться необычным угощением заплывшим в его владения. Однако попытка за попыткой Мирослав расширял знание о пространстве озера. Сначала он нашёл несколько небольших тоннелей с мощным течением. Это оказались подземные реки, обеспечивающие приток свежей воды в озеро. А раз подтвердилось это предположение, то должно было и другое. И по итогу так и случилось.

— Нашёл! — воскликнул Мирослав, выбираясь на сушу, в очередной раз увильнув от настырного сома.

— Это же чудесно! — воскликнула Любомира.

— Да, в целом. Хотя есть и плохая новость. Сом туда протиснется.

— Значит, нужно подумать, как его отвлечь. Обогнать мы его уж точно не сможем.

— Я, конечно, немного соображаю в рыбалке, но не когда это касается громадных экземпляров.

— Нас учат выживать на том, что можно добыть по пути, включая ловлю рыбы, но я тоже не знаю, как применить это здесь. Хотя… — взгляд Любомиры вспыхнул озарением, — Это довольно опасно, но может сработать.

— Что ты задумала? — полюбопытствовал Мирослав.

— Мы сделаем удочку с приманкой, которая будет отвлекать за нас эту рыбину.

— Так ведь этого надолго не хватит. Да и в целом не уверен, что неподвижный объект сом предпочтёт движущимся.

— А я поэтому и сказала, что это будет опасный вариант! — сказала Любомира, сияя как медный пятак, — Мы сделаем рыбацкую руку!

И тут Мирослав всё понял. Если предположить, что каменная рука сохранит своё свойство двигаться, даже будучи оторванной от пола пещеры, то вполне появится возможность соорудить активную приманку.

— Не уверен, что получится, но это лучше, чем пытаться сражаться с огромной рыбиной в её родной стихии. Ты молодец!

Отсечь каменную руку так, чтобы она при этом уцелела, оказалось делом нетривиальным. Металл, пронизывающий их, передавал энергию удара по всей площади, тем самым увеличивая масштаб повреждений. Но спустя десяток попыток Мирослав всё же смог срубить противную конечность одним махом. Любомира тут же подхватила её и бросилась наутёк, а он последовал за ней. Каменная рука какое-то время трепыхалась, пытаясь вцепиться в горло девушке, но спустя время затихла.

— Ой, похоже, всё же придётся придумать что-то ещё… Обидно как…

— Не спеши с выводами…

Мирослав собрал немного лёгкой живы и направил его в камень. Конечность вновь затрепыхалась.

— Ооо. Значит, несмотря на то, как много здесь живы, эта штука не способна поглощать её сама?

— Верно. Оно пусть и способно двигаться, но не живое и не обладает волей. Так что и функционирует отделённым от целого лишь недолго. Это нам даже на руку, сможем спокойно всё подготовить.

Добравшись обратно к озеру, они взялись за работу. План был достаточно объёмистый. Руку приделать к стене с помощью камнероста и, окружив её кругом оберегов наполненных живой, обеспечить достаточным количеством силы, чтобы конечность шевелилась в попытке ухватить яркую и горячую цель. В таковом качестве они решили подвесить к потолку горящее полено и раскачать его, чтобы вынудить каменную руку тянуться в разные стороны и заодно перемещать импровизированную удочку. К концу верёвки привязали приманку, имитирующую крупное насекомое. Тут Любомира разошлась по полной. Получилось так убедительно, что даже Гиа начал ворчать, что вполне мог бы вгрызться в неё и вообще давно не едал ничего свежего и вкусного. Для большей надёжности Мирослав смазал манок своей кровью и сразу тщательно обработал рану, чтобы самому не стать приманкой.

— Я вот ещё о чём не подумала. Мы-то заплыв выдержим, а вот эхолисы для такого не приспособлены. Если тоннель длинный, им придётся туго.

— Есть у меня одна мысль, но это всё усложнит.

— Какая?

— Есть такое снадобье — называется «Сириновы Грёзы». Оно погружает в сон и замедляет процессы в теле, спасая раненых даже при смертельных ранениях, если потом им окажут помощь. Создать его здесь я не смогу, слишком многих ингредиентов в подгорье нет, но вот приготовить то, что погрузит их в глубокий сон и позволит продержаться в долгом заплыве, у меня определённо получится.

— Но тогда мы сильно потеряем в способности ориентироваться во тьме.

— Верно. Я привычный, но тебе придётся туго. Поэтому ты будешь плыть рядом и чуть впереди, чтобы у меня была возможность за тобой следить и помочь в случае необходимости. Всё понятно?

— Да. Тогда начнём финальные приготовления.

Настало время исполнения плана. Они перебрались на сторону ближайшую к выходу и дали порцию снотворного своим спутникам.

' — Пока не высушишь меня — не буди. Не люблю быть мокрым.'

' — Договорились.'

Мирослав улыбнулся и поплотнее укутал Гиа в тканевый кокон, который повязал через плечо. Он активировал приманку, и стоило в воде мелькнуть тени, они оба тут же спрыгнули в воду. Было ещё более темно и непривычно, чем обычно, но Мирослав достаточно изучал окружением, чтобы поскорее найти выход. Несколькими ударами клинка он быстро освободил проход от покрывающей его дряни со дна и приготовился плыть вперёд. Но не тут-то было. Похоже, тому, что скрывалось в иле надоело, что его отростки то и дело кромсают, потому что дно взбаламутилось и десятки непонятно из чего сделанных щупалец устремились к ним, окружая со всех сторон с куда большей проворностью, чем раньше.