— Просто великолепно!

— Ты ещё главный фокус не видел!

Матрона бросила ему ядро монстра.

— Открой крышечку и вложи его.

Мирослав выполнил указания и сделал несколько выстрелов по мишени. Иглы с тихим гулом впились в неё и тут же покрыли её льдом.

— Он поглощает силу ядра для дополнительных эффектов?

— Верно. Основное ядро питает наруч и создаёт иглы. С ним нужно аккуратно, чтобы не истощить полностью, иначе оружие потеряет силу и придётся искать замену. А я скажу тебе, подходящие найти не так легко. А вот вспомогательные позволительно выжимать досуха. Главное, чтобы оно обладало аспектом, который может быть полезен.

— Я не устаю поражаться твоему мастерству, — Мирослав слегка поклонился подруге, — Спасибо!

— Коли уж идёшь в глубины, то и я сделаю всё, что смогу, ради твоего успеха, — улыбнулась Сталия, — Жаль, что доспех никак не выйдет закончить к тому моменту.

— Я справлюсь.

— Я знаю. Но всё равно волнуюсь. И это никогда не изменится.

На тренировках Мирослав активно вбивал в своё тело знание техник клинка: Пущевого Медведя, Лунного Зайца, Небесной Пчелы, Серебряного Паука, Сумеречного Филина и Солнечного Аиста. Больше всего работы потребовала седьмая — Техника Чёрной Летучей мыши, которая была основана на бое вслепую. Связь с Гиа повлияла на неё, нарушая изначальный баланс и метод применения. Так что именно отработке новой техники «Подгорного Эхолиса», пришедшей ей на замену, и было посвящено большинство его усилий.

Попутно он восстановил владение Пляской Вилы и довёл её исполнение до пика. То же и с Дланью Ветра. Помимо этого благодаря прохождению поднебесного предела он смог дополнить свой арсенал более мощной техникой, соответствующей его текущему уровню силы. Богатырь выбрал Клинок Степного Ветра. Отчасти из ностальгических побуждений. Отчасти из-за того, что она вполне подходила его нынешнему боевому стилю. Но отточить в достаточной мере не смог, ведь клинка способного выдержать её полную силу больше не было, а те, что сотворены умениями, не подходили. Но Сталия пообещала, что, как только он добудет материалы, создаст нечто не хуже, чем «Рокочущий Клык».

Помимо этого, Мирослав обнаружил, что без необходимости сдерживать ядра хвосты могли передавать ему куда больше силы, а создание барьера больше не истощало всю доступную энергию хвоста, в чём он смог убедиться, ещё когда вернулся из логова кощея.

Но не обошлось и без ложки дёгтя. Он вновь потерял возможность использовать слияния. Несмотря на то, что все семь техник являлись техниками клинка, они были разительно отличающимися друг от друга во всём: какое именно оружие используется, как именно прикладывается сила, какой используется темп боя и многое другое. Это уже не современная, а вполне классическая проблема. Да и полноценное переключение с техники на технику не было таким быстрым и гладким, как с умения на умение. Но, по крайней мере, благодаря современным нюансам с хвостами он мог держать все семь клинков призванными, не тратя энергию на их призыв или ресурсы на создание волшебных мечей, подходящих под технику.

Алхимические запасы Мирослава получилось восстановить не полностью. Лишь целебную мазь, горючую смесь и паралитический яд удалось воссоздать. Остальное было слишком привередливым к ингредиентам. Но зато удалось создать нечто новое. «Каменная лужа» — снадобье, временно меняющее состояние политого им камня из твёрдого на густое и вязкое. На это его вдохновил первый бой с кощеем. «Камнерост» — обратное снадобье, вынуждающее камень увеличиваться, тем самым создавая стену или закрывая проход. «Слепушок» — туманное облако из гриба-слепца, которое скрывает следы, дурманит восприятие и блокирует технику взора. Опасная вещица, которая при неосторожном использовании могла бы только помешать.

Так пролетело шесть месяцев, по истечению которых экспедиция в глубины подгорья была подготовлена, и настала пора отправляться в путь. Сталии пришлось потрудиться, чтобы убедить одну из немногих групп первопроходцев присоединиться к данной авантюре и сопроводить Мирослава. Как и другие — Зал Первопроходцев обладал достаточной автономией, чтобы иметь вес в дискуссии с матроной, когда дело касалось походов в глубины. Она не могла просто повелеть им отправиться в опасное путешествие против их воли. Хотя новые полномочия давали ей право это отменить, такой подход не привёл бы ни к чему хорошему. Поэтому со своими новыми попутчиками Мирослав познакомился всего за неделю до отправки.

Мирослав вошёл в планировочную, где обычно готовились экспедиции. Большой стол с множеством стульев, стеллажи с картами, доска, на которой закреплена одна из них, ничего примечательного. Кроме того что сами карты были достаточно сложными схемами в трёх измерениях, чего на поверхности не встречалось.

Там его уже ждали Сталия, глава Зала — Светозара, а также ещё четверо.

— Я всё ещё считаю, что это глупо и самонадеянно. Как говаривали предки, «не тревожь Лихо, пока оно тихо», — сказала глава, вперившись хмурым взглядом в Мирослава.

— Однако мы пришли к соглашению, — устало покачала головой Сталия, — К чему эта показуха?

— Ну а вдруг вы всё же передумаете?

— Этого не будет.

— Досадно. Ну тогда приступим к знакомству. Товарищ Мирослав — это группа «Серой мыши», которая взялась сопроводить тебя до «Сокровщницы».

— Ну что же, будем знакомы, — из-за стола встала крепкая и довольно высокая для погоренки женщина, покрытая множеством шрамов, и тут же протянула ему руку, — Я — глава отряда и его «Молот». Звать меня Златоуста. Можно просто товарищ командир.

Мирослав оценил крепость её рукопожатия и кивнул.

— «Путевик» Тихослов, — кивнул ему невысокий и жилистый мужчина.

Мирослав ответил ему тем же.

— А я «Собиратель» Любомира! — подскочила к нему молодая девушка, обхватив протянутую для рукопожатия руку своими миниатюрными ладошками, и яростно затрясла, попутно будто бы ощупывая, — Ой, у вас такие сильные руки, совсем не такие как у большинства алхимиков и целителей! А можно…

— Любомира! — лишь слегка повысила тон Златоуста, но этого хватило, чтобы девушка тут же остановилась.

— Простите

— «Хранитель» Хладоум, — кряжистый бородач тоже встал для рукопожатия.

Его руки оказались мозолистыми и привычными к работе, но далеко не такими мощными, как у старшей. Хотя оно и не удивительно, учитывая, что он единственный не был хвостатым в этом отряде.

— Рад знакомству, товарищи, — сказал Мирослав, — Благодарю, что согласились помочь.

— Теперь, когда с формальностями покончено, давайте обсудим детали похода, — сказала глава зала.

' — Грибочек, Рубин, Пылинка и Яд, — представил спутников первопроходцев Гиа, — Все грубияны. Хотя Пылинка, скорее, стесняется.'

Мирослав усмехнулся. Обмен фразами у эхолисов действительно вышел довольно грубым, но у каждого по своему. Сходство с хозяевами на лицо.

Первопроходцев, отправляющихся в очередной поход, провожали торжественно. Почти весь город собрался у врат, ведущих в глубины. Сталия рассказала ему общую суть и как стоит поступать, так что Мирослав пришёл подготовленным. Пока провожающие читали стихи на удачу, держа в руках особые дымные палочки, сами первопроходцы омыли руки в особом сосуде и бросили себе за спину каменную монетку.

— Туда-обратно, — сказали все пятеро, подойдя к выходу и покинули Яшмовый Свод.

Стоило вратам за ними затвориться, как Златоуста заговорила.

— Теперь хочу кое-что уточнить, Мирослав, — сказала она, моментально отбросив формальную манеру речи, — Пока мы за пределами свода — командую я. Мои решения не обсуждаются. Если я говорю бежать — мы бежим. Если говорю разбить лагерь — мы разбиваем лагерь. Если я приму решение вернуться — мы возвращаемся. Это ясно?