Но машина не остановилась. Ее задние фары вспыхнули в сумерках и исчезли, когда она завернула за угол.

“ Черт. ” Я знал, что, вероятно, смогу легко вернуть свою сумку, хотя, возможно, не успею к вечеру. Я взяла с собой смену одежды, купальник и коробку презервативов. Я не знала, что мне понадобится, хотя наверняка у Митча было последнее. Мой бумажник тоже был там. Но мой телефон... Я похлопала себя по джинсам, вздохнув с облегчением, когда почувствовала его в заднем кармане. Я все еще могла бы позвонить кому-нибудь. Я могла бы вызвать такси. Шер может быть здесь через десять минут. Я проверила, нет ли в последнюю минуту какого-нибудь инструктивного сообщения от Митчелла. Но на моем экране не было ничего, кроме фотографии Райана и Кэлвина, которую они прислали мне со своего визита на День Благодарения на прошлой неделе.

Я сунул телефон обратно в карман. Я не мог смотреть на них. Не тогда, когда я думал о том, где они были.

Я не хотел уходить.

Потому что, несмотря на то, что мое сердце билось сильно, а дыхание было поверхностным, я не чувствовала себя в опасности. Я, конечно, почувствовала слабый укол элементарного страха, основанного на самосохранении. Мой желудок скрутило от этого. Но моя сердцевина также пульсировала, влага пропитала ластовицу моего нижнего белья, когда я шла вперед, переступая порог собственности Митчелла. Таков был план Митчелла.

Это происходило на самом деле.Он был именно тем, кого я хотела.

Я перевела дыхание. - Я справлюсь, - прошептала я, не сбавляя шага.

Я подпрыгнула от низкого грохочущего звука позади меня. Ворота закрылись. Я сглотнула, когда они соприкоснулись со стеной, замок со щелчком встал на место. Теперь пути назад нет.

Сгустилось ровно столько сумерек, что тропинка передо мной была видна без фонарика, хотя на небе сгущались темные тучи. Собирался дождь. Однако было недостаточно светло, чтобы прочесть записку, поэтому я включила свет, направив луч на квадратный листок бумаги в моей потной руке. Вайнона, было написано косыми чернилами. Я никогда не видел почерка Митчелла. Его почерк был сексуальным, с его низкими, томными мазками чернил.

Я перевернула конверт, просунув палец под задний клапан. На лицевой стороне открытки было черно-белое изображение: лесная сцена, вырезанная на дереве, с замком, спрятавшимся среди деревьев на вершине холма, на заднем плане вырезана полная луна.

Проклятый замок.

По моей шее пробежало покалывание. Я отчетливо ощущал, как темнота сгущается вокруг меня.

Я открыла карточку. Там было написано только одно слово.

Беги.

Фонарик выскользнул у меня из руки, мягко упав на гравий. Мгновение спустя позади меня в лесу раздался хруст ветки.

Я всхлипнула от настоящего страха.

Затем я сделал так, как было написано на карточке.

Я побежал. Я качал ногами, адреналин бил через край. Сначала я придерживался подъездной дорожки, взбегая по изогнутой тропинке, петляющей между деревьями. Мне показалось, я услышал что-то в лесу слева от меня, но я так тяжело дышал, кровь шумела у меня в ушах, что я не был уверен.

И я забыла фонарик.

Справа от меня раздался еще один грохот. Я вскрикнула, чуть не споткнувшись. Внезапно я перестала быть уверенной, что хочу это делать. Я была не готова к ужасу, пробежавшему по моим венам от окружавшей меня темноты, и абсолютной уверенности, что за мной сейчас погоня.

Но я была в безопасности. Я напомнила себе, что знаю своего преследователя. Это было не так, как в прошлый раз, когда мне физически не нужно было бежать, но мне все равно нужно было оглядываться через плечо на каждом шагу. Это было по-другому. Это было спланировано, и даже вышедшее из-под контроля, я все равно отвечал за то, что в конечном итоге произошло.

И внезапно этот страх стал ближе к восхитительной боли, а не к Тому, что я сейчас умру. Это стало моим правом требовать, вместо того чтобы оно требовало меня.

Я поднялась на вершину холма и пронзительно закричала, когда из-за деревьев впереди меня вырвалась тень. Но я улыбалась.

Вроде того.

Фигура стояла посреди тропинки футах в пятидесяти впереди, всего лишь силуэт в почти полной темноте. Он был большим. Я почти забыла, насколько большим. Его массивные плечи вздымались, мускулистые руки были напряжены по бокам, ноги широко расставлены.

Он был так быстр, что обошел меня кругом, отрезая путь.

Мое сердце так сильно ударилось о ребра, что я подумала, оно вот-вот разорвется надвое.

Я сделал шаг назад. Фигура не двигалась.

Ужас на мгновение снова стал реальным, только я мог распознать в нем низменный животный инстинкт, бурлящий во мне.

Я снова побежал, на этот раз срезая вправо, в лес. Подальше от существа на дороге.

Паническое чувство было почти невыносимым, как тиканье американских горок на первом холме, когда слезать уже слишком поздно.

Мои шаги были громкими, с треском ломались ветки и кустарник. Но его крики были громче, и куда бы я ни бежала, они, казалось, приближались.

- Я вижу тебя, маленький кролик, - раздался голос Митчелла слишком близко.

Я закричала, но было слишком поздно. Он был позади меня, его железная рука обхватила меня за талию, отрывая от земли. Я ударила ногой, инстинкт взял верх, и мы вместе рухнули на землю.

“ Нет! - закричал я.

“Скажи слово, если понадобится, Вайнона”, - низкий рокочущий голос Митчелла прозвучал у меня в ухе. “Ты помнишь это?”

- Я помню, - проворчала я, отталкивая обнимавшую меня руку, адреналин бурлил во мне.

- Расскажи мне.

“ Бабочка. Но я этого не говорю.

На мгновение мне показалось, что он может не довести дело до конца. Что для него это тоже было слишком.

Но он издал рычание, и затем мы двинулись, катаясь по земле, я подталкивал ногой, чтобы убедиться, что мы еще не остановились. Если бы мы приземлились с ним сверху, мне пришел бы конец. Но мы этого не сделали. Мы остановились, когда я оказалась на нем, и я оттолкнулась, вывернувшись из его хватки. “Пошел ты, Волк!” Я закричала, была близка к тому, чтобы ударить его коленом в промежность, прежде чем вспомнила, что на самом деле не хотела причинять ему боль. Особенно там. Я с трудом поднялся на ноги.

Его рука взметнулась и обхватила мою лодыжку.

Я вскрикнула и упала, но инерция вырвала меня из его хватки. Я воспользовался этим преимуществом, вскочив на ноги и бросившись бежать.

“ Беги, зайчонок! - Крикнул Митчелл. Мой желудок воспарил от адреналина, ноги двигались быстрее, чем когда-либо прежде.

Земля выровнялась, и я смог набрать еще большую скорость. На самом деле я думал, что у меня получилось — я перехитрил его. Возможно, он был быстрым и сильным, но из—за его массы, должно быть, было труднее слезть с гр-

Меня ударили в бок как раз в тот момент, когда я вышла из леса на роскошную территорию его поместья. Но я не упала, хотя, думаю, он упал позади меня.

У меня не было времени подумать. Позади меня послышались шаги, тяжелые и решительные. Когда я приблизился к середине лужайки, вспыхнули сигнальные огни, яркие, как футбольное поле. Сработает ли сигнализация следующей?

Я побежал быстрее. Может быть, если бы я добрался до дома, я бы выиграл этот раунд.

Но я недооценила Митчелла Харрингтона. С самого начала я предполагала, что он тот, кем не был. Избалованный. Имеющий право. Злой. Грубо.

Тяжелый. Неуклюжий. Чрезмерно громоздкий.

И я сделал это снова. Как только я со всех ног добралась до огромного фонтана посреди лужайки, я обнаружила, что меня оторвало от земли, и эти руки снова обвились вокруг моей талии. Мы были полностью в воздухе. Время замедлилось до ползания.

Приземление обещало быть болезненным.

Но Митчелл развернулся в последний момент. Мы упали на землю спиной вперед, я на нем сверху.

Раздался громкий омф , когда он шлепнулся о траву, приняв на себя всю тяжесть падения.

“ Митчелл, ты в порядке? Я попыталась обернуться и посмотреть. Но запыхался я или нет, он держал крепко, не давая мне пошевелиться. Прежде чем я поняла, что происходит, он снова развернул нас, каким-то образом маневрируя мной, так что мы оказались лицом друг к другу. На этот раз, когда мы остановились, он был сверху. Я застряла под ним, глядя вверх, глубоко дыша, натирая штаны.