Чтобы показать, что мне насрать, я провожу языком вверх по её шее, останавливаясь прямо под мочкой уха, где прижимаю мягкий поцелуй.

Дрожь разливается по ней, её тело тает на стекле.

Мои пальцы сжимают подол её футболки, быстро стягивая её вверх по телу. Она поднимает руки над головой, и я снимаю ткань через её руки, прежде чем бросить на пол. На передней части её спортивного бюстгальтера есть молния, которую я медленно расстёгиваю, смотря с хищным очарованием, как открывается её полная грудь, её розовые соски твердеют.

Наклонившись, я беру один между губами, смакуя, покусывая и посасывая. Моя рука тянется к другому, скручивая и пощипывая. Она извивается в удовольствии, её пальцы перебирают мои волосы.

Я провожу губами вниз по её животу, мои пальцы сжимают талию, затем скользят под пояс её леггинсов и спускают их по её бёдрам. С порочной потребностью я стягиваю их до конца и радуюсь, когда она быстро выходит из них, оставляя её ни в чём, кроме тонкого кусочка белой ткани, который скрывает её от меня.

Я опускаюсь на колени и прижимаюсь лицом к её центру, глубоко вдыхая. Запах её желания омывает меня, отправляя в бешенство. Я разрываю ткань посередине, позволяя клочкам упасть на пол, и откидываюсь назад на пятки.

Алина стоит передо мной.

Обнажённая.

Нуждающаяся.

И чертовски изысканная.

Стон разносится по всему моему телу.

— Мауро, — выдыхает она. — Мне нужно…

Я знаю, что ей нужно.

Я засовываю лицо между её ног, мой язык скользит по всей длине её щёлки, прижимая её задницу к зеркалу.

— О боже, — стонет она, выгибая спину, когда её пальцы впиваются в мои плечи.

Я скольжу рукой вверх по задней части её бедра и поднимаю его на своё плечо, позволяя своему языку получить лучший доступ ко всему, что я хочу. Она скулит, когда я безжалостно атакую её клитор. Я скольжу рукой под подбородок и двумя пальцами дразню её вход. Она бьётся о стену, когда я вонзаю пальцы внутрь неё.

— Да! — кричит она, её тело дрожит, желание нарастает. Её восхитительные бёдра сжимаются вокруг моей головы, когда она подбирается всё ближе и ближе к экстазу. — Я почти… Я так близко…

Я не сдаюсь, когда её мышцы напрягаются, её тело поддаётся растущему удовольствию. Мои губы обхватывают её клитор, и я сосу, давая её телу именно то, что нужно, чтобы переступить край.

— Мауро, — кричит она, её голос эхом отражается от стен. Её руки вцепляются в мои плечи, её ногти, скорее всего, оставляют полумесяцы. Мои пальцы и язык работают в унисон, вытягивая каждую последнюю унцию оргазма из неё, ожидая, когда её тело обмякнет на стене, что вскоре и происходит.

Вытащив пальцы, я облизываю их, смакуя её вкус.

Встав перед ней, я нахожу её полностью удовлетворённой, с закрытыми глазами и уголками губ, изогнутыми вверх. Глубокий румянец заливает её грудь и щёки. Она тяжело дышит, прижимая ладонь к груди и пытаясь отдышаться.

Но я не даю ей ни секунды, чтобы ждать, когда сжимаю её бёдра и разворачиваю её, пока она не оказывается лицом к зеркалу, прижавшись спиной к моей груди. Взяв её руки в свои, я прижимаю их к стене над её головой, располагая так, чтобы она могла поддерживать своё тело.

Опустив руки, я отступаю на шаг назад и любуюсь видом перед собой.

Боже, блять, да.

Я протягиваю руку и касаюсь указательным пальцем верхней части её позвоночника. Медленно провожу им вниз, наслаждаясь дрожью, скользящей по её коже. Она выставляет задницу, и моя ладонь опускается, облегая её изгибы, когда я сжимаю.

Каждая часть её такая чертовски совершенная.

Я отодвигаюсь назад и вижу, как она пристально наблюдает, когда я расстёгиваю ремень, а затем молнию. Желание покрывает её глаза, когда я засовываю руку внутрь и достаю свой твёрдый член, который сейчас болезненно пульсирует, желая быть внутри неё.

Шагнув вперёд, я заполняю пространство между нами и провожу своим членом по щёлке, покрывая её её же возбуждением. Она расширяет стойку, позволяя мне больше доступа, и я вознаграждаю её, вставляя свой кончик прямо в её вход. Её глаза сжимаются, губы приоткрываются, когда она стонет в удовольствии.

— Моя, — произношу я голосом, когда вонзаюсь в неё полностью, наполняя её целиком. Она кричит, её пальцы скользят по стеклу.

Моя хватка сжимается на её бёдрах, когда я выхожу и снова погружаюсь внутрь. Снова и снова. Быстрее и жёстче. Пот выступил на моём виске, когда я преследую освобождение для нас обоих.

Она встречает каждый мой толчок, выставляя задницу назад.

И это чертово зрелище.

Я обхватываю рукой её грудь и притягиваю её назад, так что наши тела встречаются. Непреодолимая тоска просачивается в мои вены, когда мой взгляд блуждает по её телу. Начиная с её красивой киски, затем путешествуя по мягкому животу и вверх и вокруг полной груди, сейчас восхитительно подпрыгивающей с каждым моим толчком внутри неё, вверх по её стройной шее, по её надутым губам, прежде чем остановиться на её глазах, смотрящих на меня в ответ.

Оргазм мощно обрушивается на нас обоих, захватывая контроль над моим разумом и телом. Я сжимаю хватку вокруг неё, когда она обмякает на мне, не позволяя ей упасть.

Не позволяя ей уйти.

Глава 2

5

Алина

Я тихо дую на поверхность чая, цветочный привкус гибискуса касается моих чувств, прежде чем пар исчезает в воздухе. Когда я отпиваю глоток, тепло мгновенно разливается по мне, скользя по горлу и опускаясь глубоко в грудь. Я погружаюсь глубже в огромное кресло, поджав ноги на скамеечку, мой взгляд скользит к окну.

Снег падает с неба большими белыми хлопьями, медленно опускаясь вокруг дома и над горами, которые нас окружают, создавая живописный вид.

Справа от меня камин ревёт и потрескивает, языки пламени лижут достаточно высоко, чтобы отбрасывать мерцающий свет по всей комнате. Мауро, возможно, разжёг его раньше, но я отнеслась к своей роли серьёзно, подкармливая его весь день.

Я провела этот день в этом самом положении, глубоко задумавшись. Кажется, что после прошлой ночи между мной и Мауро рухнула стена. Которая сблизила нас, что только усложнит мне задачу рассказать ему правду.

Но я должна. Я знаю, что должна. И я расскажу…

Я просто не знаю как, когда страх, что он никогда больше не будет смотреть на меня по-прежнему, скользит по задворкам моего разума, волоча свои когти по моим нервам.

Тяжёлые шаги гулко раздаются у входной двери, вырывая меня из мыслей. Я смотрю в сторону как раз в тот момент, когда Мауро входит внутрь, холодный воздух следует за ним. Снег цепляется за его тёмные волосы, когда он стряхивает его, свободные пряди падают в глаза.

— Привет, — говорю я, садясь и ставя кружку на бедро.

Он освобождается из куртки, мышцы двигаются под тканью, рукава натягиваются на его руках, когда он двигается. На быстротечный миг подол его рубашки приподнимается ровно настолько, чтобы открыть намёк на рельефный мускулистый торс. Я закусываю губу, жар расцветает в моей груди при этом виде. Я снова поднимаю кружку, используя это движение, чтобы замаскировать свои мысли. Мауро приближается, его тёмные глаза слишком проницательны для комфорта.

— Это идеальный день, чтобы ничего не делать, — легко говорю я, прежде чем сделать ещё глоток. — Тебе не кажется?

Он останавливается передо мной, слегка наклоняя голову, когда осматривает моё состояние гибернации под искусственным меховым одеялом.

«Мы идём за покупками».

Я почти выплёвываю обжигающую жидкость. — Эмм… Повтори?

Провожу предплечьем по губам и осторожно ставлю кружку на столик рядом со мной. Он трёт рукой челюсть, явно пытаясь и не в силах скрыть улыбку.

— За покупками чего?

«Одна маленькая птичка сказала мне, что тебе нужно платье на завтрашний сбор средств».

Я издаю тихий вздох, качая головой. — Мадлен думает, что слегка поношенное чёрное платье, засунутое в заднюю часть твоего шкафа, недостаточно хорошее. — Я откидываюсь на подушки, поправляя одеяло.