Он прорычал слова, приправленные ядом.

Мои губы поджимаются, когда я встречаю его взгляд.

— Не лги мне, Селеста, — шипит Жан Марко. — Я не идиот, и я не слепой, черт возьми.

— Папа, его отец просто...

— Этот мальчик — лишь пятно на твоем будущем, Селеста, — огрызнулся он. — А вот, Матильда? С Полом? Вот это умно...

— Деловая сделка. — Я огрызаюсь. — Для тебя.

Ни для кого не секрет, почему моя сестра вышла замуж за Пола Лорана, наследника всемирной империи доставки и логистики Laurent. И за наследника огромного состояния. Этот брак закрепил выгодную для моего отца сделку с Пьером Лораном, отцом Пола.

Жан невесело улыбается.

— Тебе должно так повезти, Селеста. И этого не случится, если ты будешь путаться с таким кретином, как Адриан Никчемный Кросс.

— Я взрослый человек, папа.

Он холодно смеется.

— О? Настолько взрослый и зрелый, что ты должна жить в моем доме, водить мои машины, носить одежду, за которую я плачу, тратить деньги с кредитной карты на мое имя. — Его губы жестоко кривятся. — И все равно, ты порочишь наше семейное имя этим мальчиком Кроссом.

— Прекрати...

— Семья преступников!

— Я знаю, что представляет собой его семья...

— И кем он будет, Селеста. Это у него в крови. Даже его отец...

— Этот человек недавно умер, — огрызаюсь я.

— И пусть он отправится к Богу, — сухо говорит Жан, перекрестившись. — Но ты могла видеть преступника в его глазах под поверхностью. Хороший работник, да. Но я должен был уволить его много лет назад. С таким именем?

— Я все равно ухожу.

— Черта с два! — прорычал он, испугав меня.

Я отшатнулась назад и посмотрела на отца.

— Ты не можешь говорить мне держаться подальше...

— Наблюдай.

Мои губы сжались.

— Тогда ты потеряешь и меня. Потому что я люблю его!

— Ты понятия не имеешь, что такое любовь! — кричит он.

Слезы наворачиваются на глаза, даже когда я пытаюсь втянуть их обратно, решив не позволить ему увидеть, как я ломаюсь.

Мой отец медленно вдыхает, стоя во весь рост в своем светло-сером костюме с руками, сцепленными на трости.

— Мне очень жаль, дочь моя. Но то, что я собираюсь сделать, я делаю, потому что люблю тебя.

Я хмурюсь, когда он прочищает горло.

— Киара? Если ты будешь так добра?

Двойные двери, ведущие из библиотеки в его личный кабинет, открываются. Я хмурюсь в замешательстве, когда девушка с темными волосами, выкрашенными в плохой синий цвет, слишком много теней для век и небрежные татуировки на предплечьях выходит из кабинета.

Хотя она, возможно, моего возраста, она выглядит изможденной и затравленной. Мой взгляд опускается на нее, и я застываю.

Она также выглядит очень беременной.

Я прикусываю губу и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на отца.

— Кто это?

Он улыбается.

— Это? Селеста, это ты, если бы все сложилось иначе. Или, это будешь ты, без моего вмешательства.

Моя бровь нахмурилась, когда я повернулся к девушке.

— Кто ты?

— Киара МакГоннел, мисс, — тихо пробормотала она. — Я живу в Бэгшоте, недалеко отсюда.

Я сглатываю.

— И скажи мне, Киара, — безжалостно говорит мой отец. — Ты недавно съела довольно большую порцию еды?

Она краснеет. Я смотрю на него.

— Какого черта ты делаешь...

— Пожалуйста, ответь на вопрос, — рычит он.

Киара качает головой.

— Нет, сэр. Я беременна.

— Ааа, беременна.

— Что это... — рычу я.

— И кто отец этого ребенка, Киара? — Мой отец продолжает, холодно улыбаясь мне, спрашивать ее.

Она тяжело сглатывает и смотрит на меня, ее глаза встречаются с моими.

— Адриан Кросс.

Я моргаю. Мое сердце колотится. В комнате стоит тишина. Затем я фыркнула.

— Это жалко.

— Селеста...

— Это жалко! — кричу я на отца. — Ты серьезно? Это явно выдумка. Киара, — поворачиваюсь я к ней. — Мне жаль, что он платит тебе за то, чтобы ты переживала...

— Он называет меня своим солнышком.

Я напряглась. Подкрадывающийся холод начинает грызть меня.

— Что ты сказала?

— Адриан. Он говорит, что я его солнышко.

Киара смотрит вниз на свои руки.

— Слушай, я знаю, что это не значит то, что я хочу, чтобы значило. Я знаю, что он говорит это и другим девушкам.

Я моргаю, мое сердце сжимается.

— Другим...

— Девушки! — Мой отец кричит, глядя на дверь своего кабинета. — Не будете ли вы так любезны?

Выходят три девочки моего возраста. Две из них заметно беременны. Третья сжимает руками крошечный бугорок под рубашкой.

Боже мой.

Они все моего возраста. Они все моего роста. У них у всех темные волосы.

— У твоего дорогого Адриана определенно есть типаж, — тихо говорит мой отец.

Я оцепенела, в недоумении глядя, как он поворачивается к одной из других девушек.

— Скажи мне... ты Рошель, не так ли?

Девочка молча кивает.

— Да, сэр. Рошель Парсонс.

— Как этот мальчик назвал тебя?

— Его солнышком, сэр, — бормочет она.

Меня тошнит.

— Это... нет. — Я качаю головой. — Это не...

— А Лиэнн? — Мой отец улыбается одной из них.

Она настороженно смотрит на меня, а затем быстро отводит взгляд.

— Сэр?

— Мисс Лидс, что у этого мальчика на бедре?

Нет. Пожалуйста, Боже, нет.

Я знаю, что находится на бедре Адриана, глубоко под поясом его брюк, вниз по мышцам к его члену: небольшое родимое пятно коричневатого цвета, которое, как мне всегда казалось, похоже на сердечко.

Вы бы увидели его, только если бы он был обнажен перед вами. И очень близко. Интимно.

— Родимое пятно, сэр, — быстро пробормотала Лиэнн. — Как маленькое сердечко. Ему... ему нравилось, когда я целовала...

— Этого вполне достаточно, спасибо, — сурово говорит мой отец, останавливая девочек, выстроившихся рядом с ним.

Он поворачивается ко мне, мое лицо бледнеет, а его торжествует.

— Леди, вы можете покинуть нас. Мои охранники проводят вас обратно в ваши дома. Спасибо за сотрудничество.

Все четверо смотрят на меня — на их лицах смесь жалости, грусти и даже самодовольного удовлетворения, когда они проходят мимо меня. В коридоре Джерард, один из охранников моего отца, отгоняет их, а затем кивает моему отцу, закрывая двери библиотеки.

Полная тишина, пока я смотрю на случайное место на полу, чувствуя, что вот-вот рассыплюсь на тысячу кусочков.

— Я собираюсь спросить тебя об этом один и только один раз, Селеста.

Я сглатываю.

— Ты беременна?

Я закрываю глаза и качаю головой, обхватывая себя руками.

— Нет.

— Хорошо. Это уже что-то. Но ты все равно опорочила эту семью, моя дорогая. Запятнали четыре поколения Марко, заведя чертову интрижку с прислугой. Да еще и с преступником?! Последствия, если это станет известно моим деловым партнерам...

— Пожалуйста, могу я просто побыть одна...

— Ни единого шанса, дочь моя, — рычит он. — Ни единого шанса. Есть только один способ выбраться из этой неразберихи, и ты им воспользуешься.

Мои глаза расширяются от его взгляда.

— Ты не можешь говорить мне, что...

— Смотри на меня, — кричит он, заставляя меня задыхаться от страха.

— У меня новое деловое предприятие с саудовским джентльменом по имени Нэссер Эль-Сайед. Он проводит свое время между Дубаем и здесь, и у него есть сын с похожей..., — мой отец пренебрежительно машет рукой в воздухе.

— Проблема с имиджем семьи.

Так вот кто я такая? Проблема с имиджем, потому что я люблю кого-то?

— Сын Нэссера, Амир, настаивает на том, что он влюблен в какую-то простую девушку-служанку, которая работает на его отца. Как ты можешь себе представить, это не устраивает религиозных и социально консервативных людей, с которыми Нэссер ведет дела на Ближнем Востоке. Между тем, тебе нужен чистый лист; впрочем, как и Амиру.

Я уставилась на него.

— Ты хочешь, чтобы я, что, была его прикрытием?

Мой отец непоколебимо смотрит на меня.