Он улыбается.

— Для чего?

— Ты чертовски хорошо знаешь. Для сделки с Rutger Capital.

Он пожимает плечами, ухмыляясь мне.

— У тебя нет такого большого терпения, Киллиан. Так что давай просто прекратим танцевать долбаную чечетку, и ты просто скажешь мне, кто финансирует это.

Зажужжал интерком на столе Киллиана, и я нахмурился.

— Мистер Килдэр? — Мужской голос ворчит. — У вас назначено на одиннадцать часов.

Киллиан смотрит на меня и пожимает плечами, на его лице появляется раздражающе мерзкая улыбка.

— Что ж, Адриан, это было чертовски приятно, как всегда. Но, к сожалению, у меня назначена следующая встреча здесь.

— Они могут идти в жопу, — шиплю я.

Киллиан ухмыляется.

— Ааа, вот за это я бы заплатил, чтобы посмотреть.

Я хмурюсь.

— Прости?

Он стучит по интеркому на своем столе.

— Позовите ее.

Ее?

— Мы еще не закончили, Киллиан...

Дверь открывается позади меня, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, кто, блять, важнее этой встречи...

Селеста.

Мир замирает.

— Нет, Адриан, — мрачно усмехается Киллиан. — Я очень сомневаюсь, что мы тут хоть немного закончили.

8

Черт.

Не то чтобы я когда-либо думала, что сотрудничество с Киллианом Килдэром будет хорошей идеей. На самом деле, эта идея имела все шансы стать действительно ужасной.

Однако все пошло по наихудшему сценарию, когда я вошла и увидела, что Адриан смотрит на меня с чистой злобой.

Когда Адриан отказался мне помочь, я обратилась к Альфи. А когда Альфи отказал, мне пришлось еще глубже зарыться в сточные канавы и тени. Что, конечно, в этом городе приведет вас к Киллиану Килдэру.

Сделка проста... или настолько, насколько она может быть проста с таким дьяволом, как Киллиан. Он дает Адель, Далии и мне защиту, а я даю ему большую сумму денег.

Конечно, я знаю, что с таким человеком, как Киллиан, все никогда не будет так просто. Не с этими смертоносными зелеными глазами. Не с этой челюстью, вырезанной стальным лезвием, не с мощными, покрытыми венами руками, пропитанными кровью и убийствами.

Но вручить свою судьбу в эти пропитанные кровью руки все же лучше, чем стать жертвой тех, кто охотится за мной. По крайней мере, я надеюсь на это. Такова была моя авантюра, когда я обратилась к нему за сделкой пару дней назад.

Но сейчас? Сейчас, когда я вошла и встретилась взглядом с еще большим, темным и сильным дьяволом, вся храбрость, которую я накопила внутри, рухнула.

Глаза Адриана становятся цвета урагана, готового вот-вот обрушиться на берег. Он встает, разворачиваясь во весь свой рост и мощь, и опрокидывает стакан с виски на стол.

— Неужели? — тихо произносит он.

Я сглатываю страх, который подкатывает к моему горлу. Потому что я отказываюсь показать это ему в лицо, так же как отказываюсь отступать, или дрожать, или даже моргать. Вместо этого я пожимаю плечами.

— Что, Адриан?

Его глаза опасно сужаются.

— Ты теперь работаешь с ним? — Он тычет пальцем в сторону Киллиана.

Черт.

Он зол, как я и предполагала о том, если — или скорее когда — он узнает о моей договоренности с Киллианом. Но сейчас, стоя здесь под его злобным взглядом, я начинаю чувствовать, что мои деньги не просто пошли в карман Киллиана, а были использованы для того, чтобы выкинуть Адриана из какой-то сделки.

Что-то в темном блеске зеленых глаз Киллиана говорит мне, что я совершенно права.

Босс ирландской мафии усмехается, переводя взгляд с Адриана на меня.

— О, вот это еще лучше, — мрачно усмехается он, его голос полон веселья и злобы.

Мое сердце бешено колотится, когда Адриан впивается в меня взглядом.

— Что здесь происходит? — рычит он.

Я выпрямляюсь, игнорируя ядовитое влечение к нему, то, как меня мгновенно притягивает его линия челюсти, его сильные плечи, его смертельно притягательные глаза.

— Полагаю, сейчас у меня назначена встреча.

Я улыбаюсь так непринужденно, как только могу, отводя взгляд от Адриана и переходя к Киллиану.

— Если, конечно, я не ошибаюсь?

Ирландец лукаво усмехается.

— Нет. Ты как раз вовремя, милая.

Что-то ядерное пылает на лице Адриана.

— О, это восхитительно, — хихикает Киллиан, опасно улыбаясь, когда делает глоток своего напитка. Он ухмыляется, помахивая пальцем между мной и Адрианом. — Она твоя?

— Нет, — хрипит Адриан.

— Я не принадлежу никому, — пробурчала я.

Мы говорим одновременно, что как бы снимает тяжесть любого из этих заявлений. Это также заставляет улыбку Киллиана становиться все более опасной и задорной.

— Я должен предупредить вас, — усмехается он. — Мне придется брать почасовую оплату за консультации для пар.

— Я скажу тебе это раз и только раз, — густо рычит Адриан, надвигаясь на Киллиана. — Это не та игра, в которую ты хочешь играть со мной.

Я дрожу. Потому что внезапно я вспоминаю, как в последний раз слышала от него эти слова, когда он говорил их мне.

В темноте, когда его рука обхватила мое горло, и моя кожа дрожала. С моими сосками, твердыми и ноющими. С моими бедрами, наполненными влажным жаром, потому что, очевидно, я сломлена и невменяема.

— Я всего лишь немного поиграл в стикбол, Адриан, — произносит Киллиан своим густым ирландским акцентом.

Он затягивается сигаретой, его глаза пронзительно смотрят на Адриана, прежде чем он медленно выдыхает.

— Но вдруг у меня появилось ощущение, что мы только что вышли в высшую лигу.

— То, во что ты ввязался, — это гора дерьма, Киллиан.

Адриан вскидывает шею и плечи, расправляя костюм и застегивая пиджак на крепком торсе.

— Улицы между нашими семьями были чисты от крови в течение двадцати лет. Если ты не хочешь изменить это — а я могу обещать, что это начнется с твоей крови, — я бы посоветовал тебе уйти от всего этого...

Он злобно тычет в меня пальцем, не отрывая тяжелого взгляда от Киллиана.

— От всего этого, прямо сейчас, блять.

Комната трещит от темной энергии. Я дрожу, несмотря на себя, впиваясь ногтями в собственные ладони.

На мгновение мне кажется, что они собираются наброситься друг на друга, как два титана, как два греческих бога или демона, разбивая друг о друга валуны и горы, пока те не превратятся в дымящиеся руины.

Но вместо этого Киллиан просто откидывается в кресле, потягивая виски из своего стакана и медленно затягиваясь сигаретой, пока его взгляд перемещается между нами двумя.

— Адриан, Адриан, Адриан, — вздыхает он. — Я думал, что Кросс известны своими манерами. И вот ты здесь, приходишь в мой офис и лаешь на меня.

— Я не лаю, Киллиан. Я просто вежлив.

Адриан смотрит на него ровным взглядом.

— Поверь мне, ты не хочешь видеть, как я лаю.

Он наклоняется вперед, упираясь костяшками пальцев в край стола.

— И давай посмотрим правде в глаза: Я известен своими манерами примерно так же, как ты известен своими рациональными решениями и рассудительностью.

Нагловатая ухмылка исчезает с лица Киллиана. И вдруг весь масштаб его темноты и возможного психоза накатывает на его лицо, как грозовые тучи.

— Осторожнее, Кросс, — шипит он. — Ты блуждаешь в опасной близости от границ оскорблений.

— Можешь съесть собственное дерьмо, Киллиан.

Адриан поворачивается, и мне приходится впиться зубами в нижнюю губу, чтобы не задохнуться, когда он врезается в меня. Он останавливается рядом со мной, наклоняется, его плечо прижимается к моему, его губы едва касаются мочки моего уха.

Этого достаточно, чтобы сработать все сигналы тревоги в моем теле и превратить меня в столб жидкого пламени.

— Приятной встречи, — произносит он с приглушенной, холодной яростью, которая потрясает меня до глубины души и превращает в расплавленный огонь.

— Это будет репетицией для нашей, после.

— М-мы...

Я густо сглатываю, используя каждую унцию своей силы, чтобы не пошатнуться и не упасть на пол.