Григорий на несколько секунд завис, а потом хмыкнул.

– Неожиданно, – произнес он. – Но это даже к лучшему. Хорошо. Что по цене?

– Сперва мне надо посмотреть, что там вообще творится. Если проблема решается на месте, стоимость работ по факту. Если требуется замена узла, согласование отдельно, без предоплаты.

– Уверенно, – сказал Григорий с лёгкой насмешкой. – Обычно мастера сначала мнутся, потом называют сумму с потолка, а дальше начинают рассказывать, что всё сложно.

– Бывает и так, – согласился я. – Я работаю по‑другому и знаю цену своей работе.

В трубке снова стало тихо, но потом Григорий коротко рассмеялся.

– Елена не соврала. Вы интересный мастер.

– Завтра посмотрим, полезный ли.

– До завтра.

Он отключился.

Я положил телефон на стол и несколько секунд смотрел на чертежи. Всё складывалось слишком идеально. Оба моих плана удались и сошлись в единую линию. Мне оставалось только приехать и… и вот там уже самое сложное.

Дюбель всё ещё спал на фотографии Виктора. Я погладил его, но он даже не проснулся, только тихо посапывал и дёрнул ухом.

– Завтра многое решится, пушистый, – сказал я, глядя на моего первого настоящего друга. – Главное теперь, не допустить ошибку.

Перед выездом я проверил кейс три раза. Не потому что сомневался в памяти, а потому что сомнения всегда дешевле ошибок. На дне, под съемной пластиковой вставкой, лежала глушилка в корпусе, похожем на обычный диагностический тестер. Рядом лежали инструмент и всё необходимое для моей работы.

Дюбель сидел на стуле и внимательно следил, за каждым моим движением, будто лично собирал меня на опасную шпионскую операцию. Впрочем, это было не далеко от истины.

– Сегодня без самодеятельности, – сказал я ему, проверяя защелку кейса. – Квартиру охраняешь, но в провода не лезешь, а то я тебя знаю. Виктора на фото можешь дальше давить задом, это полезная общественная работа, за неё я тебе даже премию выпишу.

Кот моргнул и отвернулся к окну. Судя по виду, он считал, что сделал для моей мести больше, чем некоторые живые союзники, и не нуждался в инструктаже от человека, который всё ещё ездил на скутере.

Я надел чистую форму, проверил всё необходимое, то есть пропуск, паспорт и так далее, однако перед зеркалом задержался. Да, на меня смотрел не Орлов, но уже и не тот Смирнов, который совсем недавно нещадно бухал и пробил себе голову, пытаясь вкрутить лампочку. Передо мной стоял мастер с тяжёлым взглядом и короткой щетиной. А по лицу этого человека можно было понять, что он не собирается сдаваться, учитывая, что план практически дошёл до кульминации.

– Ну, что, пушистый, – обратился я к Дюпу, и тот обернулся ко мне, всё ещё подозрительно прищурившись. – Пожелай мне удачи.

Котёнок неожиданно широко распахнул глаза, спрыгнул на пол и, подойдя ближе, потёрся об ноги, будто провожая.

– Да ладно, ты переживаешь? – хмыкнул я, но внутри стало тепло. Я наклонился и почесал его за ухом. – Будь спокоен, приятель, я скоро вернусь и постараюсь привести тебе обещанную премию.

Дюп поднял на меня взгляд и коротко мяукнул. Наверное, если б он умел говорить, то сейчас сказал: «Ладушки, хозяин, поезжай, и ни пуха тебе, ни пера».

– К чёрту, – я улыбнулся и направился к выходу, провожаемый своим питомцем.

Когда я закрывал дверь, то заметил, что Дюп сидит в прихожей с торчащими ушами. Видимо, к словам про охрану квартиры он отнесся серьезно.

Скутер ждал во дворе, увы, мокрый после дневной мороси. Я закрепил кейс и завёл мотор. Старушка с первого этажа выглянула из окна, посмотрела на меня, на кейс, на шлем и перекрестилась. То ли за меня, то ли от меня. В любом случае, районная служба благословений сработала без задержек.

КПП поселка выглядело почти так же, как я помнил, только будку расширили, а охранники стали моложе. У въезда стояли два внедорожника, я остановил скутер у линии, снял шлем и спокойно посмотрел на охранника.

Тот вышел из будки, окинул меня взглядом, затем скутер, и на его лице сразу растянулась ехидная ухмылка. Второй охранник высунулся из окна будки, уже заранее готовый развлечься.

– Курьерская доставка через главный въезд? – спросил первый, кивнув второму, и лениво поправил ремень на форме. – Ты, брат, адрес не перепутал? У нас тут, конечно, люди разные живут, но шаурму на мопедах пока не заказывали.

– Может, он пиццу везёт, – хмыкнул второй из будки, не отрываясь от монитора. – Только пицца, походу, в чемодане, и ждать её будут долго.

Я поставил кейс на землю и достал пропуск.

– Заявка от Григория Степцова. Я аварийный инженер, так что проверьте базу.

Охранник взял карточку и скептически взглянул на нее.

– Инженер на мопеде? – удивленно уточнил он, снова посмотрев на скутер. – У нас тут инженеры обычно на машинах приезжают, а вы один и на табуретке с мотором.

– Скутер, – поправил я.

Он усмехнулся, но уже чуть тише.

– Умный, значит? Ну, хорошо, хорошо, – сказал он, постукивая пальцем по пропуску. – Подожди здесь. Если заявки нет, поедешь обратно вместе со своей табуреткой.

– Заявка есть, и вам бы поторопиться, – спокойно ответил я. – Если из‑за вашей болтовни у Степцова зальет квартиру, то отчитываться будете сами. Я предупреждал.

Улыбка у него стала менее уверенной. Он ушёл в будку, второй ещё пару секунд смотрел на меня, потом тоже отвернулся к монитору. Я стоял спокойно, помня, что в таких местах нельзя оправдываться. Охрана чувствует слабость, и если ты начинаешь объясняться, то они сразу вспоминают, что у них есть маленькая власть, и начинают этим наслаждаться.

Вот только через минуту первый охранник вернулся уже без прежнего веселья.

– Смирнов Максим? – спросил он, сверяясь с планшетом.

– Да, – усмехнулся я. – А как вы догадались?

– Попрошу без клоунады, – пробормотал тот. – Аварийный доступ, «Элит‑Комфорт». Заявка от Степцова подтверждена. Документ покажите.

Я показал паспорт. Он сверился, и снова покосился на меня, и мой скутер.

– Проезжайте, – сказал он наконец. – Только к Степцову и обратно. По территории не кататься, обойтись без каких‑либо фото и бесед. Тут вам не парк.

– А я и не на экскурсию, – сказал я, надевая шлем.

Шлагбаум поднялся, я завёл мотор и въехал внутрь.

Посёлок мало чем изменился с моего прошлого посещения. Всё те же богатенькие дома и морды, что высовывались оттуда. Многих из них я до сих пор помню… и радости мне это совсем не приносит.

Вот дом Кравцова. В прошлой жизни он улыбался мне на приемах, а потом пытался через судью протащить решение по земле. В сейфе лежала копия записи, где его помощник договаривался о сумме.

Вот участок Мельниковых. Жена благотворительница, а муж выводил деньги через детский фонд. Со стороны семья образцовая, но если порыться в их закромах…

А вот поворот к моему бывшему дому. Но пока что мне туда было рано. Успеется.

Я проехал дальше. Дом Григория стоял через два участка. У ворот меня ждал ещё один охранник.

– Смирнов? – спросил он, даже не пытаясь улыбнуться.

– Да, – коротко ответил я, слезая со скутера.

– Хозяин ждёт. Скутер подкати туда, к служебной парковке. Только у стены не ставь, там датчик срабатывает, потом опять мне объяснительные писать.

Я поставил скутер, снял кейс и пошёл ко входу. Дверь открыла женщина в форме помощницы, и провела меня через холл.

Григорий ждал в гостиной. Он почти не изменился. Да, немного прибавил веса, и лицо стало тяжелее, но в остальном тот же чопорный и напыщенный индюк. Он сидел в кресле так, будто я пришёл к нему на исповедь.

– Максим, – сказал он, не вставая, и лениво показал на меня стаканом. – Елена о вас рассказывала так, будто вы можете починить атомную станцию отвёрткой и плохим настроением.