Петр Ильич задышал еще чаще.
— Там не только жильцы. Один бывший работник может настучать. Он что-то понял по закупкам, по мертвым душам, по трубам. Угрожал прокуратурой.
— Это твоя помойка. Сам и разгребай.
— Я бы разгреб, но он оказался умнее, чем я думал. Этот Смирнов, Максим, он…
Артур замер и снова посмотрел на экран ноутбука, где все еще была открыта фотография.
— Повтори фамилию.
— Смирнов. Максим Смирнов. Он у нас сантехником работал. Алкаш обычный, вы же понимаете. Только вдруг пить бросил, взялся за ум и начал…
Артур наклонился к экрану.
— Сколько лет?
— Тридцать с чем-то.
— Как выглядит?
— Да обычно выглядит. Лицо раньше опухшее было, сейчас вроде подтянулся. Живет в старой панельке, ездит на каком-то старом мопеде. Купил убитый, но починил, зараза.
Артур тихо усмехнулся.
— Мопед, значит.
— Да. А вы его знаете?
Артур не ответил, он смотрел на фотографию и думал. Карина влетела в историю примерно там же, так что район совпадал. Да и старый убитый мопед имеется. Фамилия и имя пусть и вполне себе типичные, вот только Артур не привык верить в совпадения. И теперь получается, что этот же человек мешал их схеме с ТСЖ.
— Что он сделал? — спросил Артур.
Петр заговорил быстро, будто слова могли его спасти:
— Зарплату себе выбил, умудрился подсмотреть бумаги, сказал, что знает про закупку неликвида, про завышение цен и про людей, которых в штате нет. Я думал, пугает. А он так говорил, будто уже все посчитал. Теперь по району ходит и заказы берет, бабки его хвалят. Если он пойдет к участковому или не дай бог куда повыше, у нас будут проблемы.
Артур все же сделал глоток и поставил бокал на стол.
— Слушай сюда, Петя. Этого червя надо задавить. Не припугнуть, не попросить отойти, а задавить и смешать с дерьмом.
— Артур Сергеевич, он может записывать разговоры. Он хитрый стал и с участковым вроде знаком.
— Мне плевать. Жалобы соседей, санэпидемстанция, наркоманы в подъезде, что угодно. Ты всю жизнь сидишь в грязи, вот и работай по специальности. Завтра проблемы быть не должно.
— Я попробую…
— Нет, Петя, ты сделаешь.
