– Наконец‑то…

Правда, радость снова длилась недолго: стоило представить человека внутри телеги, как настроение мгновенно испортилось.

Я медленно посмотрел на качающийся щит.

– Если он улетит внутрь…

Картина получалась крайне печальной. Копьё, конечно, не пробьёт пассажира насквозь. Вместо этого его с размаху придавит многокилограммовым деревянно‑железным щитом.

– Великолепно… – хмыкнул я. – Не убьёт копьём – убьёт моей инженерной мыслью.

Возможно, человек отделается парой переломов. Или… Я решил дальше не фантазировать. Нужно было придумать что‑то ещё.

Я машинально посмотрел на сидевшего неподалёку Барсика. Тот лениво наблюдал за мной, явно ожидая очередной порции странностей.

– Слушай… – задумчиво произнёс я. – Чтобы смягчить удар щита… нужно что‑нибудь мягкое… и упругое.

Барсик насторожился, перевёл взгляд с телеги на меня. В его глазах отчётливо читалось подозрение.

Я не выдержал и рассмеялся.

– Да не‑не… Тебя я туда запихивать не собираюсь.

Котёнок продолжал смотреть с явным недоверием.

– Хотя… – задумчиво протянул я.

Барсик мгновенно вскочил.

– Шучу! – поднял я руки. – Вариант, конечно, неплохой… но слишком дорогой.

Питомец возмущённо фыркнул и демонстративно отвернулся.

– Уже и пошутить нельзя. – усмехнулся я.

Однако идея уже появилась, и требовалось только найти альтернативный амортизатор. В идеале вообще бы пружины поставить туда, но где их взять?

Самым лучшим решением в сложившейся ситуации было использование обычных мешков, наполненных чем‑нибудь мягким. Благо всё нужное у меня было под рукой, в мешках я притащил кое‑какие инструменты для исследования подземелья.

Достав мешки, я принялся набивать их свежескошенной мягкой травой, стараясь утрамбовывать как можно плотнее. Работа оказалась неожиданно долгой. Один мешок, второй, третий… Когда их набралось достаточно, я начал раскладывать их по бортам телеги так, чтобы посередине как раз оставалось место для человека. Я несколько раз нажал рукой на ближайший щит. Тот послушно отклонился внутрь, сжал мешок и почти сразу плавно вернулся обратно.

Я повторил эксперимент в разных местах и пришёл к выводу, что всё работает. Трава не только смягчала удар, но и сама выталкивала щит обратно в исходное положение.

– Ну вот… – довольно улыбнулся я. – Уже похоже на настоящий инженерный подход.

Барсик осторожно подошёл ближе, понюхал один из мешков и недовольно чихнул.

– Не переживай. – усмехнулся я. – Если всё получится, внутри поеду всё‑таки я, а не ты… пока что.

Я уже собирался снова отправить своё творение на свидание с древними ловушками, когда вдруг остановился. В голове всплыла ещё одна проблема: спуститься вниз – это полдела, а вот подняться обратно… Я посмотрел на уходящий в темноту проход.

– Если телега застрянет… или её развернёт… я потом эту дуру оттуда до зимы вытаскивать буду, да и сотру руки об обычную верёвку.

Несколько секунд я размышлял, потом хлопнул себя ладонью по лбу.

– Да что ж сразу не додумался…

Вернувшись к своим вещам, я взял ещё одну длинную верёвку и через каждые тридцать сантиметров начал вязать крупные узлы. Получилось что‑то вроде огромной лестницы, только лежащей на земле.

– Вот теперь другое дело.

Один конец я намертво закрепил за здоровенный валун возле входа, а вторую, обычную верёвку, оставил рядом – на всякий случай. Лишняя страховка ещё никому не вредила. Барсик внимательно наблюдал за моими приготовлениями.

– Не смотри так. – усмехнулся я. – Я тоже учусь на своих ошибках.

Котёнок лишь моргнул, решив не оспаривать мои аргументы.

Подготовка закончилась довольно быстро. Солнце ещё пыталось прожечь одежду и не собиралось спать, значит, мне тоже стоит поработать.

– Времени достаточно… – я медленно подвёл телегу к спуску. – Ну что… Дубль два, сцена первая: Серёга взламывает сокровищницу царя Соломона.

Конструкция плавно покатилась вниз. Я осторожно стравливал сразу обе верёвки, внимательно следя, чтобы ничего не перекосилось. Первые несколько метров прошли спокойно, но потом подземелье снова ожило.

БАМ!

Из стены с оглушительным лязгом вылетело уже знакомое копьё. Я невольно задержал дыхание, ожидая очередного провала. Удар пришёлся точно в щит, но на этот раз итог был совершенно другим. Щит резко сместился внутрь, поглощая часть энергии удара. Копьё со звоном скользнуло по металлической пластине, изменило направление и с визгом ударилось о противоположную стену.

– Есть! – невольно выдохнул я.

Через мгновение щит плавно вернулся обратно, будто ничего и не произошло. Мешки с травой заметно сжались, но потом снова расправились.

Я даже позволил себе довольно улыбнуться. Телега продолжила медленно спускаться, и через несколько секунд где‑то впереди снова раздался удар.

Саму конструкцию я уже не видел. Она скрылась в темноте, поэтому оставалось ориентироваться только на звук: лязг, глухой удар, скрежет металла. Иногда что‑то звенело так громко, будто внутри столкнулись два кузнечных молота.

– Держись… – пробормотал я, сам не понимая, кому именно это говорю: телеге или собственной нервной системе.

Постепенно верёвка перестала уходить вниз, и конструкция остановилась.

– Похоже… финиш.

Я немного выждал, потом ухватился за страховочный трос и потянул его обратно. Поднималась телега значительно тяжелее. Приходилось буквально вырывать каждый метр. Хорошо хоть узлы на второй верёвке позволяли нормально перехватывать руками, не опасаясь, что она выскользнет.

Я тянул медленно, без рывков, и почти сразу снова послышался знакомый свист.

БАМ!

Похоже, ловушки прекрасно работали в обе стороны.

– Очень предусмотрительно… – проворчал я, продолжая тянуть.

Пока конструкция медленно поднималась, древний механизм ещё несколько раз пытался превратить её в решето. Судя по звукам, без особого успеха. Наконец над краем провала показалась крыша моего самодельного танка. Я быстро подтянул его полностью наружу и сразу принялся осматривать повреждения.

Первым делом проверил щиты: вмятины появились почти на каждом, металлические накладки местами погнулись. Один щит вообще настолько сильно отклонился во время удара, что почти сорвался с навесов.

Ещё немного – и крепление не выдержало бы.

– Тебе явно досталось… – пробормотал я, поправляя перекошенную петлю.

Зато дальше начинались хорошие новости: ни одного сквозного пробития. Я осторожно поднял щит и заглянул внутрь. Мешки лежали на своих местах, трава немного примялась, но ни один из них не оказался разорван. Я даже несколько раз ткнул в них пальцем, после чего улыбка сама появилась на моём лице. Похоже, мои расчёты оказались достаточно близки к реальности. Конечно, конструкцию ещё предстояло усилить. Петли явно просили стать толще, а некоторые крепления – надёжнее, но самое главное уже произошло. Телега выдержала путь туда и вернулась обратно практически целой. Я медленно провёл рукой по погнутому щиту.

– А знаешь… – усмехнулся я. – Кажется, из тебя всё‑таки получится настоящий танк.

Барсик, всё это время наблюдавший за испытаниями со своего любимого валуна, лениво потянулся, широко зевнул и посмотрел на меня с таким выражением, будто хотел сказать: «Наконец‑то дошло».

– Вот только не надо делать вид, что ты сразу всё это знал, – фыркнул я.

Котёнок демонстративно отвернулся. Спорить он, разумеется, не собирался, но почему‑то мне показалось, что мысленно победу он уже записал на свой счёт.

Я ещё раз медленно обошёл телегу кругом, внимательно проверяя каждое крепление и элементы конструкции. Всё держалось именно так, как и должно было. Конечно, всегда можно было что‑нибудь улучшить: усилить петли, добавить ещё одну металлическую пластину, заменить пару жердей… Вот только времени на бесконечные доработки уже не оставалось.

– Всё… – тихо сказал я самому себе. – Дальше либо получится, либо нет.

Я ещё раз посмотрел в сторону разрушенной башни. Через пару дней сюда наверняка вернётся отряд Кристины. Если тянуть дальше, все мои приготовления окажутся бессмысленными.