​— Хочешь найти там что-то конкретное? — Лика подняла на него глаза, с трудом удерживая чашку с травяным чаем.

​Мышцы после непривычной атакующей нагрузки гудели и наливались свинцом, а голова казалась тяжёлой. Волнующее напряжение, оставшееся после их близости на полигоне, постепенно сменялось приятной физической усталостью.

​— Дополнительные улики. Любые зацепки, которые могли упустить при первом поверхностном обыске. Если, конечно, их ещё не стёрли, — он недовольно фыркнул, а затем перевёл взгляд на её стол и критически покосился на тарелку Лики, где сиротливо лежала почти нетронутая запеканка. — Почему ты не ешь? Тебе нужно восстанавливать резерв и набираться сил, мы на тренировке столько энергии сожгли. Ешь давай.

​— Я не могу уже, честно, — Лика страдальчески простонала и положила ладонь на живот, откидываясь на спинку стула. — Сам ешь, если хочешь. Я сейчас лопну, в меня физически больше ничего не пролезет.

​— Ну уж нет, так дело не пойдёт, — Альдо строго качнул головой, и в его глазах промелькнула непреклонность боевого командира. — Раз размяться и потренироваться на рассвете у тебя силы нашлись, то и на еду найдутся. Заберёшь с собой в комнату и съешь вечером. Холодильный артефакт в шкафу у тебя рабочий, насколько я помню?

​Лика невольно вспомнила, как пару дней назад вечером он стоял посреди её комнаты, пока она меняла воду у раковины, и как его взгляд изучал её скромный быт. Щёки снова едва заметно потеплели.

​— Рабочий, — буркнула она, сдаваясь под его напором. — Магомеханика высшего качества, лично пересобирала.

​— Вот и отлично, — Альдо удовлетворённо кивнул и пододвинул к ней чистый контейнер для выпечки, который прихватил со стойки раздачи. — Упаковывай. А вечером, когда коридоры опустеют, мы наведаемся к Блейку. И ты пойдёшь со мной.

Вечером того же дня, когда на двор опустились сумерки, в самом дальнем уголке замкового парка соткалась чужеродная магия. Воздух бесшумно колыхнулся, и пространство вокруг раскидистого дуба накрыл мощный, абсолютно непроницаемый полог тишины. Ни один поисковый артефакт, ни один случайный ночной патруль не смогли бы засечь то, что происходило внутри.

​Из темноты вынырнули две высокие фигуры в тёмных мантиях. Они замерли перед человеком, который ждал их, прислонившись спиной к вековому стволу. Он стоял, скрестив руки на груди. На его плечах был привычный боевой доспех столичного оперативника тайной канцелярии, а на лице застыло ледяное, жёсткое выражение.

​— Враг совершил уже два покушения, и действовал нагло, — негромко, но властно произнёс он. Голос прозвучал как удар хлыста. — Свидетель зафиксировал приметы: высокий, резкая линия подбородка, прямой нос, шрам у левого виска. Местные архивы чисты, человека с такой внешностью никто никогда не видел в этих землях.

​— Прикажете прочесать окрестности? — коротко отозвался один из подчинённых. — Мы можем поднять наших людей в ближайших городах и деревнях.

​— Проверьте, но без фанатизма и максимально тихо. Чисто для проформы, — мужчина сделал шаг вперёд, и магический купол вокруг них едва заметно завибрировал от плотности его ауры. Он понизил голос до едва различимого шёпота: — На самом деле я думаю, что мы имеем дело с ментальной магией высшего порядка. Из тех запрещённых разделов, что полностью выжигают разум. Никакого призрака с такими приметами не существует. Это фальшивка. Проекция. Отвод глаз.

​Подчинённые удивлённо переглянулись под капюшонами, а командир жёстко отрезал:

​— Нападавший не приходил извне, именно поэтому внешние поиски ничего не дадут. Под этой личиной скрывается кто-то из преподавателей академии. Кто-то, кто ходит с нами по одним коридорам и знает каждый наш шаг. Поэтому ваша главная задача сейчас — поднять закрытые столичные архивы по части запрещённой ментальной магии. Мне нужны списки всех магистров королевства за последние двадцать лет, кто хоть как-то привлекался по делам иллюзий и воздействию на разум. Ищите любые зацепки, которые выведут на здешний преподавательский состав.

​— Мы начнём немедленно.

​— Свободны. И помните — объект не должен пострадать. Если упустите охрану, я лично отправлю вас на рудники.

​Маги в мантиях коротко поклонились. Через мгновение купол беззвучно рассыпался искрами, и обе фигуры растворились в ночной темноте. Тяжело вздохнув, мужчина поправил воротник и быстрыми шагами направился обратно к замку.

Ровно в два часа ночи Академия погрузилась в глухой, мёртвый сон. Лика, одетая в тёмный дорожный плащ, бесшумно выскользнула из своей комнаты. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее — одно дело читать лекции адептам или практиковаться на полигоне, и совсем другое — красться по тёмным коридорам, нарушая все возможные правила безопасности.

В знакомой нише за рыцарскими доспехами её уже ждали. Альдо вышел из темноты настолько бесшумно, что Лика едва не вскрикнула, но его тёплая ладонь вовремя легла ей на плечо, успокаивая. Он коротко кивнул и повёл её за собой к жилому крылу, где находилась комната Блейка.

Дверь была опечатана тяжёлыми сургучными печатями ректората и перетянута магической лентой. Обычный маг застрял бы здесь намертво, но Лика, выйдя вперёд и сосредоточившись, коротко мазнула пальцами по воздуху. Её магия защиты ювелирно, словно скальпель, на секунду рассекла контур заклинания. Это было несложно, ведь многие контуры в академии ставила и она тоже.

— Быстрее, — шепнула она, отходя в сторону и уступая ему дорогу.

Он поспешил, толкая дверь внутрь. Они скользнули в комнату, и дверь за ними тихо захлопнулась. Здесь царил давящий, застоявшийся полумрак, а затхлый воздух не давал вздохнуть полной грудью. Вещи похищенного адепта оставались нетронутыми: на столе сиротливо громоздились учебники, на спинке стула висела форменная мантия, а в воздухе всё ещё пахло сушёной мятой и дешёвыми чернилами. От этой обыденности у Лики по спине побежали мурашки. Ещё недавно этот парень сидел на её лекциях, а теперь его комната превратилась в склеп.

— Ищи на полках и в личных вещах, — тихо скомандовал Альдо, зажигая на ладони крошечный, едва светящийся шарик. — Я проверю магомеханические схемы и тайники под полом.

Лика кивнула. Стараясь не шуметь, она подошла к рабочему столу Блейка. Пальцы в тонких перчатках осторожно перебирали конспекты, аккуратно исписанные убористым почерком. Блейк был прилежным учеником. Настолько прилежным, что на полях одной из тетрадей Лика заметила странные, повторяющиеся расчёты, никак не связанные с текущим курсом.

Её внимание привлёк помятый, запрятанный между страниц тяжёлого справочника по механике лист плотной бумаги. Лика вытянула его и развернула.

Это было письмо. Судя по надорванным краям и размытым чернилам, Блейк перечитывал его десятки раз.

«...ты ведь не забыл, мальчик, откуда тебя забрали? Королевский пансион святой Катарины — не то место, куда хочется вернуться, но у тебя там осталась младшая сестра. Если ты не принесёшь чертежи накопителя из закрытого крыла к следующему полнолунию, её имя исчезнет из списков на удочерение, а условия её содержания резко изменятся. И поверь, администрация пансиона сделает всё, что я прикажу. Делай то, что велят, Блейк, если хочешь, чтобы у малышки было будущее».

Подписи не было. Только выдавленный на бумаге едва заметный след от чужого перстня — три переплетённые линии.

У Лики перехватило дыхание. Картинка в её голове, где Блейк казался либо случайной жертвой, либо сознательным пособником вора, с треском рассыпалась. Его шантажировали. Жестоко, методично, загоняя в угол и ломая жизнь, угрожая единственному родному человеку в том самом приюте, который сама Лика помнила слишком хорошо.

— Альдо... — её голос дрогнул, и она даже не заметила, как впервые назвала его по имени, а не по фамилии.

Мужчина мгновенно оказался рядом. Лика протянула ему листок, чувствуя, как к горлу подступает горький ком.

— Его заставили. Он не хотел ничего красть... Его просто использовали как расходный материал.