- А что, если мы понадобимся?

- Они также служат, - сказал профессор, - которые только стоят и ждут. Боюсь, майор прав, Алиша. Мы можем принести больше пользы, передавая то, что нам известно, и ожидая призыва к действию, который, несомненно, последует.

* * *

Поезд прибыл в пункт назначения рано утром. Все, кроме Бекки на подножке и Хорста, который подошел помочь ей, спали, когда они приблизились к скромному небольшому скоплению обшитых вагонкой зданий посреди широкой речной долины, расположенной у широкой и мелкой реки, протекавшей по каменистому руслу. Любопытных зевак не было, и единственное приветствие, которое они получили, было от служащего в деревянной будке станции, который вышел в ночной рубашке, записал номер локомотива, ему было на редкость незаинтересованно видеть, что один из членов экипажа - женщина, и сказал им поставить поезд "вон туда", указывая при этом на поле, к которому выходили пять запасных путей, все заросшие. Было ясно, что в поселении, должно быть, когда-то было интенсивное железнодорожное сообщение, чтобы сделать такое сооружение необходимым, и теперь было столь же ясно, что те времена давно прошли.

Выполнив свой долг, начальник станции повернулся к ним спиной и зашаркал обратно по шершавым доскам в тапочках, чтобы вернуться к своему отдыху. Создалось впечатление, что ему многое из этого досталось.

Остановка и трогание поезда и его медленное въезд на один из запасных путей, сопровождаемые неизбежным лязгом и грохотом маневрирующего поезда без помощи кого-либо в вагоне охраны, помогающего с тормозами, разбудили некоторых пассажиров, и они разбудили остальных. К тому времени, когда поезд полностью сошел с проходной линии и за ним закрылись пункты пропуска, мисс Монтгомери и остальные члены ее группы были на ногах, одеты и готовы к работе.

Хорст, который ранее путешествовал вверх и вниз по поезду по коридорам, где это было возможно, и через проходы, где их не было, все еще смутно представлял природу цирка мисс Монтгомери, помимо того факта, что для них было задействовано достаточное количество оборудования, чтобы включить в их число преданного механика и небольшую мастерскую в фургоне охраны. Да и не было возможности затронуть эту тему в разговоре, учитывая, что все разговоры о Силах Тьмы и Конце Цивилизации заняли так много времени.

Теперь он мог позволить себе роскошь спрыгнуть с локомотива и вернуться назад, чтобы осмотреть щиты, установленные по бокам двух загадочных грузовых вагонов.

МИСС ВИРДЖИНИЯ МОНТГОМЕРИ’С

ЛЕТАЮЩИЙ ЦИРК

... он прочел там.

- О, - сказал он. - О боже.

Труппа потеряла почти восемь часов из-за неожиданной остановки в забытых горных выработках и стремилась наверстать упущенное. Щиты были сняты, Хорст добродушно протянул руку помощи, где только мог и разрешал, в попытке компенсировать им неудобства, обнаружив, что на одной машине были установлены три фюзеляжа "энтомоптера" в грузовых рамах, а на соседней - один фюзеляж побольше, несколько ящиков с запчастями и солидный резервуар для топлива.

Хорст никогда близко не видел энтомоптеров, и его пришлось отгонять от них, когда в ход был пущен ручной кран, установленный в конце вагона, несущего троих рядом со своим соседом. Здесь, по крайней мере, его помощь приветствовалась, и он с энтузиазмом повел первый самолет вверх, поперек, а оттуда вниз, на погрузочную трассу, проходившую вдоль отрога.

Когда несущая рама машины была разблокирована и снята, Бекки присоединилась к Хорсту. Он видел фотографии и рисунки маленького маневренного самолета, обычно иллюстрирующие захватывающие истории о твердолобых пилотах, которые еженедельно попадали на своих похожих на стрекоз скакунах в сложные ситуации. Видеть один из них крупным планом — сплошь заклепки, листовая сталь и соединения — было гораздо более ... механическим.

- Я думал, у них крылья побольше, - сказал он, пытаясь сделать разумный комментарий.

Бекки рассмеялась, показывая, что это, в конце концов, не так уж и разумно. 

- Это всего лишь ножки крыльев. Крылья демонтируются для путешествий. Мы должны их надеть. - Она посмотрела на свои наручные часы, модель крепкого мужчины, которые она носила повернутыми внутрь. ‘ И ты должен сделать это как следует. Не хочу потерять одного в полете. Она серьезно посмотрела на него. - Это было бы плохо. -  И она улыбнулась.

Когда каждый энтомоптер выгружался из поезда и его каркас снимался, его вручную откатывали в сторону на шасси, чтобы за ним мог последовать следующий. Каждая из них была раскрашена по-разному, каждая была адаптирована к персонажу шоу-пилота. Хорст попытался сопоставить их с тем, что он знал об этих женщинах, с умеренным успехом. У него был свободный старт с самолетом мисс Вирджинии Монтгомери — он уже научился не называть ее "Джинни", — поскольку ее самолет сошел с поезда первым и он внимательно осмотрел его первым, поэтому обратил внимание на ее имя, написанное плавной медной краской по краю кабины. С мисс Минк Чой было легко; во всем мире нет ничего более привлекательного для обычного человека, чем подчеркивание необычного и экзотического. В этой буколической европейской обстановке, где большинство даже никогда не видели лица, которое не было бы кавказским, можно было с уверенностью сказать, что ее восточные корни будут использованы по полной программе. Таким образом, ее энтомоптер был настолько типично восточным, насколько это было возможно, с китайскими драконами по бокам, скрещенными японскими мечами на руле направления и надписью на языке, который, по мнению Хорста с ограниченными лингвистическими способностями, выглядел как сиамский, идущей вертикальной колонкой по верхней поверхности носа. Под каждым драконом было написано в псевдокитайском стиле "

Striking Dragon

Помогая Минк закрепить крыло, пока оно было прорезано, зафиксировано и закреплено болтами, он спросил ее:

- Могу я спросить, откуда вы родом?"

- Нью-Йорк, - ответила она, не отрываясь от работы.

- Нет, я скорее имел в виду твоих предков.

- Корея. С чего такой интерес? - Она заметила, что он перевел взгляд на фюзеляж энтомоптера. - А, это. Не обращай внимания. Это только для простаков.

Хорст улыбнулся. Глупости.

- Давненько не слышал этого слова, - сказал он, перескакивая через тот период времени, когда он был очень мертв даже по стандартам нежити. - Какое-то время я помогал устраивать карнавал.

Она снова подняла глаза. 

- Красивое американское слово, - сказала она. - Где был карнавал?

- Англия, но по силе у нас был... - Он сделал паузу, обдумывая, как объяснить, что ‘американец’, от которого он узнал это слово, на самом деле был демоническим созданием, созданным из крови Люцифера. Это казалось большой работой и, вероятно, привело бы к тому, что все доброжелательность, которую он заработал у Минк и ее товарищей, испарилась бы. Он ограничился тем, что сказал: -"американец", -  и на этом остановился.

По незначительному совпадению, незначительному из-за явного национального большинства среди женщин, следующая машина, на которую он взглянул, была явно американским самолетом, судя по кричащим белоголовым орланам по обе стороны, красным, белым, синим, звездам и полосам, которые занимали каждый квадратный дюйм фюзеляжа. Под орлами было название самолета, выведенное четкими, наклоненными вперед заглавными буквами: "Spirit of ’76".[7] Это был первый самолет, который Хорст видел разгруженным, и он знал, что это самолет мисс Вирджинии Монтгомери.

Следующая машина также использовала американскую тематику, столь же драматичную, но более сдержанную; на фоне голубого неба, белых облаков и коричневых песков пустыни профиль вождя американских индейцев неопределенной нации, облаченный в полный головной убор, смотрел вперед по обе стороны от носа энтомоптера над легендарной Королевой пустыни. На хвосте красовались скрещенные шестизарядники, и они напомнили ему о Кольте, из которого мисс Дейзи Хьюлетт с явным удовлетворением стреляла в лицо зомби в ночь их первого знакомства. Поразмыслив, она стала почти архетипичной девушкой-наездницей: высокая, стройная, со светлыми волосами песочного цвета и тем, что он теперь принимал за растягивание слов, о котором читал в стольких дешевых западных романах в юности, к большому раздражению своего отца и презрению брата. Возможно, размышлял он, она действительно была настоящей ковбойшей. Она определенно выглядела очень уютно в своих джинсах. Он размышлял над этим еще несколько мгновений, пока запоздало не вспомнил, что в эти дни он мертв и действительно не должен больше думать в подобном ключе.