Хорст подумал об этом.

- Возможно, ты прав, - наконец признал он.

Кабал почти не слушал. Он рылся на полках в чем-то похожем на библиографическую ярость.

- Я не позволю собой манипулировать, - пробормотал он себе под нос.

Хорст не стал отмечать, что, по сути, он должен был бы манипулировать сам, и вместо этого спросил:

- Чего вы ищете?

- Она ушла. Ничего более определенного, но мы провожали ее в панике. Вон та дверь, несомненно, ведет в запасной туннель. Она не могла знать о работе Эрешкигаль — это не могло быть частью ее плана, — но двойники должны были проводить нас обоих. Я думаю. Вероятно. В любом случае, она могла оставить что-то, чего не хотела.

Он помолчал. 

- Почему у нее два экземпляра одной и той же книги?

Он снял с другой полки том в красивом переплете из серии и гораздо более потрепанный и крупный экземпляр и положил их рядом на столик для чтения.

- Они совсем не похожи, - сказал Хорст. - Названия разные.

Отдельный том был объединен в серию эссе. Это та же книга, хотя и переработанная. Он раскрыл старую книгу.

Внутри она была выпотрошена. Сердцевина книги была вырезана, чтобы создать тайник, а внутри была книга поменьше и пачка бумаг. Кабал торжествующе рассмеялся и быстро пролистал бумаги. Однако, делая это, он замедлил шаг, его растущее изумление стало очевидным.

- Что это, Иоганн? - спросил Хорст. - Что в них?

Не говоря ни слова, Кабал передал ему газетный лист, вырезанный из какого-то архива, и посмотрел на лицо брата. Реакция была почти мгновенной.

- Некролог отца, - сказал Хорст очень тихим голосом. - Зачем ей это? Зачем оно ей?

Кабал не ответил. Вместо этого он выложил дополнительные вырезки и транскрипции из дюжины источников. Трагическое утопление. Пропавший брат. Осквернение кладбища. Катастрофа в приморском городке. Кабал развернул кусок пергамента и медленно прочитал его. Хорст видел, что документ был старым, и не мог даже предположить, каким алфавитом он был написан. Наконец он больше не мог сдерживать свое любопытство и потребовал объяснить, что это значит.

- Это краткий трактат об опасностях, связанных с работой Эрешкигаль, в котором подчеркиваются средства и мотивы ритуала, которые вообще существуют. - Он бросил пергамент на стол. - Она даже знала о Руфусе. Она знала, кем он был. Ей было все равно. Она знала все, Хорст. Все.

Он пододвинул стул и тяжело опустился.

- Я чувствую себя такой использованным. Она хуже, чем Ньярлатхотеп.

Хорст решил, что ему не нужно объяснять этот комментарий, поэтому отвлекся, выбрав книгу поменьше, где она уютно расположилась — как матрешка — внутри большого тома.

- Что это? - спросил он.

Кабал поднял глаза с наименьшим возможным интересом. 

- Вероятно, это ее записная книжка, где она ведет список тех, кого выставила на посмешище. “Дорогой дневник, сегодня я манипулировал Уолл-стрит. Так весело”.

- Это не дневник. Я не уверен, что это такое. Насколько хороша твоя латынь?

Кабал устало жестом попросил Хорста передать его. Он открыл его и заметил знак библиотеки Университета Кренца на внутренней стороне обложки. Под ним был штамп ‘Коллекция запрещена’.

Он нахмурился и перевернул страницу. Затем его глаза выпучились.

- Gott!

- Что-нибудь пикантное? - спросил Хорст.

Кабал не слушал. Он поднялся на ноги и смотрел на книгу так, словно ангел Господень сошел, вложил ему в руку Святой Грааль, сказал: "Держи", нежно ущипнул его за щеку, подмигнул и снова вознесся.

- Пресвитер Иоганн, - произнес он страшным голосом.

- Прелестно, - сказал Хорст. - Тогда кто это?

- Это Единственный достоверный рассказ пресвитера Иоганна, написанный Его собственной рукой. Он существует?

Рука Кабала заметно дрожала.

-Это существует и все это время находилось в чертовой библиотеке Кренца? Я украл "Принципы некромантики" оттуда, и я мог бы украсть это вместо этого? О, боги. О, боги.

Он откинулся на спинку стула.

- Ура? - рискнул спросить Хорст. - Значит, это ... вкусно?

- Хорошо? - Кабал поднял на него глаза, и Хорст с ужасом осознал, что его брат плачет. - Это все. Это все, над чем я когда-либо работал. Это ключ. Сам смысл существования...

Его рот на мгновение беззвучно шевельнулся, его словарного запаса было недостаточно, чтобы выразить его эмоции. Вместо этого он зациклился на метафоре. Или, по крайней мере, на том, что Хорст принял за метафору. 

- Вы, конечно, слышали о Источнике молодости? О Философском камне?

- Да? - сказал Хорст, удивляясь душевному состоянию своего брата.

Кабал больше ничего не сказал, а просто поднял книгу и медленно кивнул.

И он улыбнулся, блаженный и наполненный радостью.

Иоганн Кабал улыбнулся.

Читателю рекомендуется немедленно прекратить чтение. Все прекрасно, и беспокоиться больше не о чем. Рождество для Иоганна Кабала наступило одновременно, и мы все очень рады за него, я уверен. Возвращайся к своей жизни. Всего хорошего.

В качестве альтернативы, вы можете прочитать эпилог. Их два. Одно достаточно приятное. Прочтите вот это.

JLH

Они встретили героев-победителей в вестибюле. Для триумфального шествия все было обставлено очень скромно. Новички были утомлены главным образом напряжением из-за возможного катастрофического разворота событий. Они выполнили свою часть плана — просто удержали свою позицию и позволили врагу подойти к ним — и сделали это хорошо, но на любом этапе все могло закончиться плохо. Действительно, когда Малефикарус выпустил на волю своих монстров, было невысказанное мнение, что игра, в которой были зомби и оборотни, теперь закончена. То, что они не погибли, по большому счету, оставалось неожиданным поворотом событий, который они все еще были слишком удивлены, чтобы оценить в полной мере.

Когда они вошли через разбитую дверь, из их рядов донеслось несколько слегка веселых звуков, поскольку подъемный мост за ней был опущен после злополучной вылазки оборотней, но даже эти немногие затихли, когда они обнаружили Иоганна Кабала с украденным портфелем и бормочущей шляпной коробкой и Хорста Кабала с телом Алиши Бартос.

Профессор Стоун издал бессловесный крик шока и подбежал к ним. Он посмотрел на нее, затем на Хорста, и Кабал отметил, что на его лице не было обвинения. Он только спросил: 

-Кто это сделал?

- Министерство, - сказал Хорст.

Он не потрудился упомянуть, что на самом деле это было делом рук группы двойников, носящих лица Министерства. Он мог бы объяснить это позже. Профессор Стоун пристально посмотрел на Хорста, и между ними возник невысказанный вопрос.

- Нет, - ответил Хорст. - Они больше никому не причинят вреда.

Стоун махнул паре своих коллег из Общества Ди, чтобы они забрали Алишу. Хорст начал протестовать, но его брат закашлялся, и протест заглох на вдохе. Хорст слишком хорошо знал, почему Иоганн был осторожен; требование сохранить тело Алиши на данном этапе вызвало бы проблемы, и какой в этом был смысл, когда Иоганн был таким искусным в краже трупов?

Однако, несмотря на ее потерю, настроение, возможно, было на удивление легким. Нападавшие всегда считали вероятность быть убитыми неприятно высокой, однако погибло мало кто. Энтомоптеры уничтожили большинство защитников, но несколько немертвых и несколько оборотней избежали воздушного удара и достигли рядов атакующих, причинив несколько ранений и человеческих жертв. Потери были намного меньше, чем они имели право ожидать, и среди них чувствовалось облегчение и какой-то немного непрофессиональный триумф.