Он все еще был в коробке, и проклятая штуковина все еще была заперта.

После нескольких минут легкого постукивания по стенке ящика со случайными вежливыми восклицаниями: "Алло! Извините, алло?’ он услышал приближающиеся шаги. Замок загремел в своей защелке, и крышка поднялась. Он распрямился, судорога, к счастью, была смертельной, и медленно поднял голову, чтобы выглянуть наружу.

Одна из цирковых женщин, предположительно та, кто только что освободила его, возвращалась на линию огня, сосредоточенную вокруг Джинни. Они смотрели на него поверх ружейных стволов, и их намерение пристрелить его в случае необходимости было совершенно очевидным. Хорст нашел повод для сожаления в том, что это было даже не самое худшее пробуждение, которое он когда-либо испытывал.

- Добрый вечер, леди, - сказал он тихо, чтобы не провоцировать.

Экипаж слегка покачивался; интересно, сколько времени они уже в пути? 

- Две вещи, о которых стоит подумать. Во-первых, вы могли бы легко уничтожить меня днем. Но вы этого не сделали. Большое спасибо за это. Во-вторых, вы должны понимать, что ваше оружие против меня практически бесполезно. Я, наверное, мог бы выскочить отсюда и...

"Голод", сказал ворчливый голосок, который еще не был им, говорил его голосом. "Убейте их и кормитесь".

- Выскочить отсюда и..."Убей." ... победить тебя. - Костяшки пальцев побелели, когда пальцы на спусковых крючках напряглись. -  Но … Я не собираюсь этого делать.

Они продолжали пялиться на него из-за своего нелепого, бесполезного оружия.

— Потому что, — он улыбнулся, борясь с желанием обнажить клыки, - я хочу, чтобы мы были друзьями.

- Он прав, - сказала Алиша. Хорст сознательно не замечал ее; она все это время стояла рядом с ящиком. - Оружие - пустая трата времени. Поверь мне, я знаю.

Хорст кивнул, держась руками за край ящика, голова была едва видна.

- Она выстрелила в меня.

- Я стреляла в него, - подтвердила Алиша. - Дважды. Я знала, что они не убьют его. Мне просто нужно было немного притормозить его.

- Без необходимости.

- В то время я этого не знала, - сказала она с едва заметным намеком на извинение в голосе.

Джинни вздохнула и вернула револьвер в набедренную кобуру. 

- Уберите их, девочки, - приказала она.

Кувалды были опущены, предохранители подняты, стволы опущены, кобуры заправлены. Джинни повиновались, возможно, без вопросов, но с явной неохотой. Даже учитывая неэффективность огнестрельного оружия против вампира, все равно было бы некоторое удовлетворение проделать в нем несколько дырок, если бы ситуация стала физически неблагоприятной. Джинни Монтгомери сидела на ящике и смотрела на Хорста и Алишу с одинаковой легкой враждебностью. 

- С беспризорниками я могу разобраться, но это для меня в новинку. Монстры и охотники на монстров, и один из охотников сам монстр. Это просто здорово, - сказала она, хотя вопрос о том, действительно ли она считала это замечательным, был спорным.

- Странная штука жизнь, не так ли? - сказал Хорст.

Он решил, что обижаться на термин ‘монстр’ было бы недипломатично. В любом случае, это было правдой.

- Могу я выйти из ложи, пожалуйста? Я чувствую себя здесь наполовину чревовещателем.

Никто не говорил, что он не может (хотя никто и не говорил, что он может). Выбираясь из машины, он спросил:

- Итак, что-нибудь интересное произошло, пока я спал?

- Мисс Монтгомери, - сказала Алиша, кивая на Джинни, - согласилась отвезти нас в следующий город. Тогда мы снова будем предоставлены сами себе.

- Город сильно об этом говорит, - сказала Минк. Когда Алиша вопросительно посмотрела на нее, она пояснила: - Это фермерский центр. Называет себя городом, но на самом деле это просто место, куда фермеры приезжают за припасами. Там, может быть, пара сотен человек.

Это были не те новости, на которые надеялась Алиша. 

- Но там будет телеграф? Проходят другие поезда?

Минк пожала плечами.

Алиша в отчаянии подняла руки, ее напряжение было очевидным. 

- Ты же видел, что здесь происходит, - возразила она. - Они знают, что их безопасность под угрозой, они уже продвигаются вперед более быстрыми темпами. Если мы не остановим их, весь этот регион превратится в кошмар наяву.

Она обдумала свои слова и покачала головой с легкой недоверчивой улыбкой.

- Это даже не самый причудливый способ описать это. Именно так все и будет.

- Расскажите это морским пехотинцам, - устало сказала мисс Вирджиния "Джинни" Монтгомери. Казалось, никто толком не выспался. -  Это не значит, что мы вышвыриваем тебя с поезда в Хиксберге, или как там это называется, когда мы туда доберемся. У нас там трехдневные концерты, может быть, какие-нибудь сельскохозяйственные работы, если мы сможем их найти.

- "Сельскохозяйственные работы?"- одними губами произнес Хорст, но никто не обратил на него внимания.

- Это наша работа. Мы не сражаемся с бандитами, если только кто-нибудь не приводит их к нашей двери, - многозначительно сказала мисс Монтгомери. - Здесь есть власти, не так ли? Скажи им. В конце концов, это их страна. Их страна, их проблема.

Алиша сделала шаг вперед, ее гнев рос. 

- Власти? Из-за этого места? Ты что, не понимаешь? Они в кармане у Министерства. Нам пришлось бы отправиться в соседние штаты. К тому времени, как мы убедим их в существовании угрозы...

- Если ты когда-нибудь это сделаешь, - тихо сказал Хорст.

Алиша бросила на него быстрый взгляд.

-  Мы можем быть очень убедительными. У нас есть связи, о которых ты ничего не знаешь. Вы думаете, что частные лица могут просто взять в руки полевые минометы и снаряды, если им вдруг захочется осадить замок? А вы? - Она снова обратила свое внимание на мисс Монтгомери. - К тому времени, когда мы сможем убедить их и они мобилизуются, будет уже очень, очень поздно.

- Тогда что ты планировала делать одна? Вот и вы вчетвером. - Мисс Монтгомери поднялась со своего ящика и подошла к тому месту, где стояла Алиша, почти ощутимо кипя от гнева и разочарования. - Послушай, дорогая, я понятия не имею, все ли это так, как ты говоришь. Я буду честен с вами — все это место находится в таком беспорядке, что я даже не знаю, заметят ли горожане, если ими будут править вампиры, гоблины и еще Бог знает что. В нижней строке отчета говорится, что вы ничего не можете сделать в одиночку. Несмотря ни на что, ваш лучший шанс - убедить соседей вмешаться. Да, да, я вас услышал. Будет слишком поздно пресекать это в зародыше. Может быть, и так, но это единственная игра в городе. Место, куда мы направляемся, мы организовали по телеграфу, где мы собираемся показывать шоу, так что вы можете быть уверены, что там есть телеграфное отделение. Передайте свое сообщение. Это все, что ты можешь сделать, так что тебе лучше привыкнуть к этой идее.

* * *

Алише это не понравилось, но она передала разведданные майору Хаскинсу и профессору Стоуну и, после очень короткого обсуждения - потому что, действительно, какая была альтернатива?— они взяли на себя обязательство сделать то немногое, что в их силах.

- Наступает момент, когда вы можете распоряжаться чем угодно, но с этим ничего не поделаешь. Такова природа войны, - сказал майор, проницательный, хотя и безутешный. - Мы сообщим об этом и будем ждать.

Алиша расхаживала по комнате. Она назвала себя ‘шпионкой’, но это было лишь отчасти правдой. Во время своего богатого событиями пребывания в прусской военной разведке она занималась главным образом саботажем и убийствами, но она не собиралась сообщать об этом волей-неволей. Вся эта среда "взрывания вещей и расправы с людьми" только расстроила бы людей. Таким образом, терпение перед лицом врага не входило в число ее достоинств. Она бы с гораздо большим удовольствием пустила серебряные ружейные пули в головы оборотней и насыпала столько гелигнита[5] в подвалы замка Красной Королевы, что хватило бы отправить всю их жалкую кучку за орбиту Луны. Вы знали, где находитесь с гелигнитом; в идеале, убегали от него, пока фитиль догорал. Однако вся эта болтовня о том, что нельзя взрывать вещи или стрелять в людей, ее утомила.