………………………………………………………..

Но зря барышни так волновались. Кавалеров на балу собралось очень много. Они не церемонились, дожидаясь, когда их представят, сами приглашали приглянувшихся девушек на танец.

Среди молодых людей были сыновья господ, которых в свете очень почитали и поэтому все претенденты были достойными.

И действительно, в ожидании всех гостей и к моменту приезда на бал семейства графа Шувалова, Алевтина Филаретовна вела душевный разговор с сыщиком Пракшиным, который прибыл с корабля на бал, а именно после совещания у руководства Управления Правопорядка. Графиня близко была знакома с матушкой Осипа Даниловича. В его обществе она чувствовала себя раскованно и с удовольствием беседовала с ним на любую тему.

– Ma cher, и какой вы сделали вывод, прочитав этот роман? – спросил Пракшин у Алевтины Филаретовны в продолжении интересной беседы. – Я читал его давно, но по сей день помню,

поэтому мне будет интересно услышать мнение уважаемой мной дамы.

– Как какой вывод? Вы ещё сомневаетесь, дорогой сыщик?– спросила хозяйка бала.

– И всё же.

– Вердикт, который сделан в книге таков: благопристойное семейство славилось в обществе отсутствием грязных тайн и фамильных секретов и посему считалось тихим и унылым. На мой взгляд, эта характеристика в корне неверная. Я бы изменила её. Да-да, конечно, я понимаю, раз уж герои романа оказались в такой непростой ситуации, равнодушными не останутся, а значит, болото всколыхнется и наружу полезет много занимательного и любопытного для светской публики. Но почему достопочтимые дворяне были награждены такими нелестными эпитетами: тихий и унылый? Я с этим не согласна.

– Должен сказать, уважаемая Алевтина Филаретовна, мне ваше мнение, выводы и вариант финала пришёлся по душе. И всё же я полагаю, что на замысел писателя стоило взглянуть иначе. Тогда и выводы были бы другими.

И тут собеседники увидели графа Шувалова, входящего в зал, в сопровождении прекрасной супруги и любимицы Поленьки, которая сияла от счастья и выглядела превосходно.

Барон де Кардье былпервым, кто не на шуткурастревожился появлением Полины. До этого времени молодой человек томился в одиночестве и очень скучал. Мало того, что он был очарован красотой девушки, Антуан Витольдович души в ней не чаял, но признаться не решался. Эту тайну он молча хранил глубоко в душе. А в это время толпа кавалеров окружила семейную чету Шуваловых. Молодые люди, пытаясь опередить друг друга, наперебой стали приглашать Полину на танец. Графиня Сперанская, увидев эту сцену, не теряя времени, подошла к барону де Кардье и тихо проговорила:

– Милый мой, будете долго раздумывать, упустите единственный шанс на счастье, – после этих слов она удостоила его многозначительным взглядом. – Пойдёмте со мной, я вас представлю.

Её слова тотчас подействовали.

– Вас понял, сударыня, благодарю. Следую за вами. – Барон, взглянув на Алевтину Филаретовну, направился вслед за ней, отважившись подойти к толпящимся ухажёрам.

– Молодые люди, позвольте мне, – деликатно попросила графиня, желая подойти к семейству Шуваловых. От неожиданности толпа расступилась и освободила им дорогу. Графиня Сперанская и Антуан Витольдович приблизились к графу.

– Дорогие мои, Капитон и Василисушка, смею вам представить барона де Кардье – наследника уважаемой в обществе семьи и моих добрых друзей.

После представления молодой человек смело вышел вперёд и обратился к родителям Полины.

– Приветствую, Капитон Макарович! И вам моё почтение, любезная графиня, – он нагнулся и поцеловал руку Василисе Захаровне. Лишь после этого подошёл к их дочери.

– Полина Капитоновна, приглашаю вас на вальс. Прошу, подарите мне этот танец, – не дожидаясь ответа, тут же подал ей правую руку, чтобы девушка не успела отказать ему. Полина, немного растерявшись, вложила в широкую кисть мужской руки свою ладошку в перчатке и молодой человек повёл её в центр зала.

Разочарованные поклонники мгновенно растворились в толпе. Граф Шувалов с облегчением перевёл дыхание.

Дамочки, пристроившись по сторонам и тяжело вздыхая, не скупились на реплики:

– Смотрите, смотрите, какая красивая пара! – сказала одна из них.

– Они созданы друг для друга, – соглашалась собеседница.

– Можно подумать. И что в ней особенного? – сгорая от зависти, выплеснула наружу порцию яда маркиза Лавровская. Она протряслась в карете немало вёрст, желая привезти на бал своих дочерей. А на них никто даже внимания не обращал, что и отразилось на настроении дамы. Её старшая дочь давно засиделась в старых девах, и мать любую светскую новость воспринимала, как личную драму.

Граф Шувалов наблюдая за ситуацией в зале, тихо на ушко сказал супруге:

– Наша девочка сегодня нарасхват. Заметили, душа моя? Барон де Кардье не отходит от неё. Церемониймейстер не успевает объявить следующий танец, как кавалер уже спешит пригласить Полину.

– Вы правы, мой друг. Пришла пора и для нашей девочки выбирать кавалеров.

– Да, вы только посмотрите, молодые люди соревнуются, кто первый пригласит нашу дочь на следующий танец.

– Им ничего не поможет. Барон не уступит никому пальму первенства, взгляните на него, истинный рыцарь! – вкладывая особый смысл в эти слова, произнесла Василиса Захаровна.

– Вот именно. А что я вам говорила? – услышали они реплику графини Сперанской, которая незаметно подошла к ним. – Неспроста я устроила этот бал. Знала, что делаю. Теперь я спокойна. Нашу Поленьку скоро поведут под венец.

– Дай-то бог, – ответила ей графиня Шувалова.

– Алевтина Филаретовна, прошу вас, не сглазьте, – попросил раскрасневшийся Капитон Макарович.

– Дорогой мой, что вы так разволновались? За всю жизнь я ещё ни разу не ошиблась в своих предположениях. Свадьбе быть! И не сомневайтесь.

– Ну, дай-то бог.

Приглашённым гостям казалось, что весь вечер молодые кружились по залу, прерывая танцы милой беседой. Однако их придирчивый взгляд упустил самое главное. На самом деле всё обстояло немного иначе. Барон с детства был прекрасно обучен правилам приличия и именно по этой причине после танца подолгу увлекал Полину разговорами, дабы не допустить, чтобы кто-то из кавалеров позволил себе перехватить у него пальму первенства.

Полина, беседуя с ним, терялась в догадках.

«Что это с бароном? Его не узнать. Такое впечатление, что подменили Антуана Витольдовича».

И действительно. Рядом с ней стоял совершенно другой человек: галантный, учтивый, выдержанный. Он шутил, забавляя её смешными историями. То и дело девочка замечала на себе его неравнодушные взгляды. Молодой человек словно издали наблюдал за ней: как она реагирует на его слова, как улыбается, задорно смеётся, а иногда внимательно изучает его, будто не веря, что рядом с ней тот самый барон де Кардье невыдержанный, вспыльчивый и очень неприятный. Да, ей не верилось, что за короткое время так мог измениться человек. А ведь она его, на самом деле, совсем не знала.