привлекательное, за что можно было бы уцепиться, ухватиться и, успокоившись, наконец, подыскать мне подходящую партию. Думаю, матушка изначально уверена в том, что я не произведу впечатления ни на одного молодого человека, следовательно, и не стоит утруждать себя поисками и хлопотами. Поверь, я этому очень рада. Хоть так можно избежать лишних огорчений и разочарований.

– Ладушка, ну что ты, дорогая, так расстраиваешься. Не думай об этом. Твоя матушка всегда и во всём искала выгоду. Разве ты не знаешь? А ты – другая. Совсем другая. И за это я люблю тебя. Помни, Господь видит, какая ты добрая, хорошая, замечательная девушка. Он знает, что ты особенная. Вот увидишь, приведёт того, кто разглядит твою душу, полюбит непременно, и ты для него будешь самой красивой и самой обаятельной. И твой избранник всю жизнь будет любить тебя одну. Не отчаивайся, дорогая, прошу тебя.

– Я бы не думала об этом, но каждый раз, когда матушка меня буквально распиливает пополам и убивает своими речами, готова убежать на край света и укрыться где-нибудь подальше от неё.

– Очень сожалею, моя дорогая, что она ведёт себя так. Я думаю, твоя матушка убеждена лишь в своём мнении и ничего другого вокруг себя не замечает. Она преувеличивает твои недостатки и недооценивает тебя. Забудь, не думай об этом. Хочешь, выбирай любое из моих платьев и туфельки в подарок. Я уложу в причёску твои шикарные солнечные кудри. Благо, у тебя такие красивые шёлковые волосы. И ты поедешь вместе с нами на бал.

– Не знаю, Поленька, что и сказать. Удобно ли это. Меня туда

никто не приглашал.

– Не озадачивайся по этому поводу. Алевтина Филаретовна – добрейшая фея. Очень гостеприимная и приветливая. А как узнает, что ты моя лучшая подружка, будет тебе рада. Слово даю. Ты мне веришь?

– Да, Поленька. Если ты так уверена, тогда поеду с тобой.

– Отлично! Пойдём, покажу тебе мои платья: выбирай любое. Ты знаешь, я свои туалеты и туфельки не несу в гардеробную. Они у меня всегда под рукой. Разве что шубку, меховые накидки, плащ, зимние ботиночки храню там. – Объясняла Полина, а между тем, направилась к шифоньеру, открыла створки и показала подружке несколько платьев. Лада примерила голубое лёгкое платьице и пришла в полный восторг.

– Вот это, если можно? – застенчиво произнесла она.

– Ладушка, душечка, голубушка, как всё-таки наряды украшают девушку, – восторгалась Полина. – Ей-богу, вот бы сейчас твоей матушке взглянуть на тебя, тотчас изменила бы своё мнение. И вместо неуместных нотаций, лучше бы заказала у модистки наряды для тебя. В домашнем платьице, конечно, мы выглядим иначе. Очень привлекательно и свежо ты смотришься в этом платье. Тебе нравится?

– Я в восторге.

– Оно твоё. Теперь давай подберём к нему туфельки.

Пока девочки были заняты, рассматривая и подбирая туалет для Лады, Василиса Захаровна в своём будуаре примеряла новый наряд для бала. Разглядывая платье со всех сторон перед зеркалом, осталась им очень довольна.

– У нашей модистки золотые руки. Какую красоту она сотворила, – сказала графиня, наслаждаясь фасоном и красотой ткани нового платья.

***

Бал у графини Сперанской

Ах, этот бал, этот бал… сколько томительных ожиданий, робких мечтаний, затаённых надежд с дрожью до кончиков пальцев и замиранием сердца.

Авторская ремарка

Должна сказать, бал был одним из наиважнейших элементов социальной жизни дворян. На танцы собирались сотни представителей родовитых семей: все красивые, нарядные, надушенные и в прекрасном настроении. Многие мужчины даже здесь, прислонившись к колонне, обсуждали свежие сплетни, новости двора, обстановку в мире. Как без политики? Были и такие, которые приезжали на бал с определённой целью. Такой подход являлся отличительной особенностью мужской половины гостей. Одни опытным глазом примечали нужный объект, знакомились, влюблялись и таким образом находили себе спутников жизни. А вот другие – воспользовавшись удобным случаем, легкомысленно флиртовали, лишая покоя юных девиц.

Но была у балов и вовсе непарадная особенность. Причина заключалась в следующем. Находиться в помещении с огромной, постоянно движущейся толпой, где у женщин в платьях на кринолинах многослойные юбки, было совсем непросто. Зимой на балах было особенно трудно: платья для дам шили из тяжёлых плотных тканей. А в морозы окна открывали лишь ненадолго, поэтому танцующим катастрофически не хватало воздуха. Да и летом ситуация была не лучше: не помогало никакое проветривание.

В зале можно было учуять целый букет ароматов. Мастика, которой щедро натирали полы, десятки свечей, от которых исходил удушающий запах стеарина. Этот букет перемешивался с ароматами дамской пудры, духов, пропахших дёгтем кожаных сапог, обычного пота, который безуспешно пытались перебить парфюмом. Неудивительно, что девушки, находясь долгое время в тугих корсетах, в такой обстановке довольно часто падали без чувств.

………………………………………………..

Что касается бала у графии Сперанской, здесь ситуация существенно отличалась. Сам бальный зал занимал большую часть этажа, двери были распахнуты настежь. В коридоре намеренно открывали окно, чтобы циркулировал свежий воздух. И ещё одна немаловажная особенность: в доме Алевтины Филаретовны на каждом этаже находился клозет, в котором можно было не только сходить по нужде, но и освежиться при необходимости. Всё было продумано до мелочей. В углу стоял бак с водой и маленьким краном, на этажерке кувшин, тут же приготовлены чистые полотенца. В этом доме гости всегда чувствовали себя комфортно.

Ещё задолго до начала бала и приезда гостей весь московский бомонд ничем не отличался от пчелиного улья. То там, то тут, можно было услышать оживлённые разговоры о предстоящем событии. Какие только сценарии не приходили на ум молоденьким девушкам. Впечатлительные мечтательные юные особы рисовали заманчивые картины. Ночами, улетая в самых радушных грёзах, преисполненные удивительными сюжетами, домашние барышни отдалялись от правды жизни, не раздумывая, погружаясь в омут грядущего торжества. Юные девы бредили предстоящим событием. Какие только воздушные замки на песке не возникали перед их мысленным взором, очаровывая и вселяя надежду. И, конечно, они верили, что их мечты непременно сбудутся.

Но мы-то с вами знаем, что далеко не всем суждено было осуществить желаемое.

……………………………………………………

А незадолго до этого в торговых рядах царила суета сует, легко улавливалось волнение отцов семейств, которым по настоянию жён приходилось тратить приличные суммы на всевозможные покупки и баловство их лучших половинок, стремительно опустошая семейный бюджет. Везде, где бывал Пракшин, сыщик со стороны наблюдал ажиотаж среди замужних женщин бальзаковского и даже преклонного возраста. Светское общество пребывало в нетерпеливом ожидании от предстоящего бала. Как же, все стремились использовать редкую возможность покрасоваться в новых нарядах и украшениях перед ближним кругом самой графини Сперанской. Её имя в высшем свете было нарицательным и считалось эталоном семейных ценностей.

Не удивляйтесь, дорогой читатель, в обществе почитали Алевтину Филаретовну и её покойного мужа, который имел вес в высших кругах, приближённых к императору.

С особым интересом московские кумушки желали взглянуть на семейства, приехавшие из Петербурга и других российских городов, чтобы продемонстрировать своих наследниц на балу в доме графини.

Все, кто когда-либо бывали в гостях у Алевтины Филаретовны, оставались под большим впечатлением. Одна только семейная портретная галерея будоражила сознание и восхищала гостей родословной графини Сперанской. А если учесть роскошное оформление дома, красоту и ухоженность усадьбы, становилось очевидным, что перед ними женщина необыкновенной, блистательной судьбы. Но и это не всё. Достаточно было взглянуть на неё, и многое становилось понятным. Невзирая на преклонный возраст, всё так же покоряли природное обаяние, привлекательность, изящность во внешности графини Сперанской. Присущая ей строгость и элегантность в одежде. И не только красота, унаследованная от родителей, но и широта души. Алевтина Филаретовна всегда стремилась приходить на помощь к самым обычным людям и делала это тихо, без помпы, никому ничего не рассказывая. Она была борцом за правду и не позволяла никому вершить самосуд над теми, кому социальный статус не позволял отстаивать свои интересы. В её душе прочно и глубоко был упрятан механизм, который указывал, где именно требуется её помощь. И что немаловажно, слуги почитали свою барыню.