– Сегодня мой второй день рождения. Полина Капитоновна, вы даже не представляете, как осчастливили меня. Клянусь, никогда не пожалеете о своём решении.

Барон де Кардье поднялся, достал из внутреннего кармана камзола очень красивый футляр, обрамлённый красным бархатом. Приоткрыл его и по всей комнате пробежались лучики бриллиантов на колье, серьгах и кольце. Превосходная парюра выглядела празднично и со значением.

– Это мой вам подарок к нашей помолвке. Вы позволите?

Полина посмотрела на матушку, та кивнула ей в ответ, и невеста ответила:

– Пожалуй.

Антуан де Кардье поочерёдно надел ей на палец кольцо, затем помог застегнуть фермуар на колье и добавил:

– Дорогая моя, я думаю, с серьгами вы справитесь и без меня. Боюсь оказаться неуклюжим и нечаянно уколоть вас.

– Не беспокойтесь, Антуан Витольдович. Я справлюсь сама. Благодарю вас. Подарок бесподобный. Очень красивый и памятный, как впрочем, и первый, – и она ласково улыбнулась ему.

Все переглянулись между собой, не понимая смысла слов девушки.

– Именно с этими мыслями я и выбирал оба подарка. Счастлив, что они вам понравились.

– Что вы приутихли, господа? У нас радость! Давайте поднимем бокалы за молодых, – воскликнул граф Шувалов и недвусмысленно посмотрел на Фёклу.

– Одну минутку, барин, и всё будет сделано, – сказала она и скрылась в коридоре. Но вскоре служанка вернулась с большим подносом и разнесла всем бокалы с игристым шампанским. Оно всегда находилось под рукой на тот самый случай, когда к хозяину пожалуют особенные гости.

– Надеюсь, дату венчания и свадьбы уже наметили? – спросил отец семейства у взволнованного жениха.

– Полина Капитоновна попросила не ранее, чем через месяц, чтобы успеть подготовиться. Её слово для меня – закон. Сегодня ездил в главный храм нашего города и договорился со священником, – чеканя каждое слово, доложил барон.

– Вот и славно. Значит, скоро будем выдавать тебя замуж, душа моя, – констатировал довольный граф Шувалов, – он подошёл к дочери и поцеловал её в лоб. – И когда ты успела повзрослеть? Я и не заметил, – в интонации его голоса прозвучали грустные нотки.

Все радовались и поздравляли жениха и невесту.

Незаметно пролетел месяц.

Венчание прошло так трогательно, что графиня Шувалова не сдержалась и прослезилась в храме. На свадьбе собрались родственники и близкие друзья семейства. Все заметили, как барон смотрел на избранницу. В этих взглядах можно было уловить ураган его сладостных, пламенных и неудержимых чувств, которые разрывали душу, он буквально дышал Полиной. А она хрупкая и нежная, взволнованная и растроганная происходящим в храме внимательно слушала священника и молчаливо дожидалась заключительного аккорда церемонии.

***

Пракшин доволен

После церемонии венчания крестницы и барона де Кардье, Осип Данилович по дороге домой, расслабивший на сиденье, немного уставший, но довольный с чувством полного удовлетворения резюмировал:

«Ну, что господа хорошие, итоги налицо, и мне безумно приятно осознавать, что работа моя выполнена на совесть, безупречно, а вдобавок принесла желаемые плоды и отличные результаты.

Виват, Пракшин!

Теперь последовательно изложим суть дела. Начнём с преступников.

Первое.

В результате проведенной психиатрической экспертизы суд присудил Винкльдорскому-старшему до конца дней находиться в психиатрической лечебнице закрытого типа. Это означает, что долго он там не протянет. Я не понаслышке знаком с этим заведением. Приходилось там бывать по работе. Его песня спета. Ну что ж, сам выбрал такой путь.

Второе.

Винкльдорскому-младшему суд присудил пожизненное заключение с обязательными каторжными работами на рудниках. О чём это говорит? И его век недолог. В тех условиях чахотка неминуема, умирают очень быстро. Ну что ж. Я всего лишь на совесть выполнил свою работу. А дальше – решение беспристрастного суда.

Третье.

Судьба алмаза – подарка Императора Франции тоже благополучно решена. По моей просьбе руководство Управления Правопорядка обратилось к Императору Александру III с просьбой уладить этот вопрос. И он постановил, чтобы их семейную реликвию передали на хранение в Оружейную палату. На мой взгляд, это лучший музей в России-матушке. Именно там достояние императорской семьи прекрасно приживётся, а посетители музея смогут увидеть его. Я искренне за них рад. Надо будет похлопотать, чтобы не забыли добавить к экспозиции самое главное. Без красивой и грустной истории любви студента Николая Бессонова и Сонечки Гаврилиной никто из ныне живущих и их потомков не узнал бы о подарке Императора Наполеона русской княжне Анне. Я сохранил письма юноши и передам их на хранение в музей. А фотокопии останутся в деле.

Ну и последнее моё достижение.

Любимая крестница счастлива. Это ли не награда? Истинный бальзам для моей души. Не знаю, будут ли у меня когда-нибудь свои дети, но к Поленьке я питаю особенные чувства.

Ну что, Осип Данилович, ты молодец. Теперь домой к любимой и незаменимой супруге», – с полным удовлетворением завершил Пракшин мысленный монолог.

***

Эпилог

После свадьбы молодой муж увёз любимую во Францию, желая представить при дворе свою избранницу. Знакомство и приём в честь молодой четы прошли на высшем уровне. Супруги де Кардье пробыли в гостях неделю с небольшим. Но вскоре Полина загрустила по дому, и они, поблагодарив родственников за радушие, вернулись на родину. С тех пор жизнь потекла по своим негласным законам мироздания, благоденствия и любви. Связанные судьбой сердца наслаждались общением друг с другом и строили далеко идущие планы. Навещая счастливую молодую пару, родные Поленьки радовались от души. Графиня Сперанская периодами тоже приезжала повидаться с ними и дивилась, как же она, умудрённая жизненным опытом, раньше не додумалась сосватать молодого барона Поленьке?

Вы спросите, а что же наш знаменитый сыщик? Он ведь тоже молодожён. Всё верно.

Осип Данилович повёз свою избранницу на церемонию венчания в столичный храм, как и планировал. А после церемонии востребовал на службе отпуск, который всецело посвятил ненаглядной супруге. Пришло его время. После сорока лет Пракшин впервые познал, что такое любить, быть любимым и по-настоящему нужным. Он и поныне не мог поверить в свершившееся чудо. Поверить, что всё это произошло в его жизни. Так неожиданно и так своевременно судьба подарила ему истинное счастье – встречу с Генриеттой Арнольдовной. Осип Данилович порой радовался и удивлялся, словно дитя малое. Представьте, весь отпускной период он даже не вспоминал о работе. Его душа и мысли были заняты любимой женщиной, и только ею. И этим было сказано всё. Пракшин сиял от счастья. На прогулке с ней, встречая знакомых или же сослуживцев, сыщик всего лишь незначительно приподнимал цилиндр, но не останавливался и тем паче не пускался в разговоры. Всё его внимание было приковано к этой женщине. И не возникало ни малейшей потребности пообщаться с кем-либо ещё. Если задуматься, это вполне объяснимо.