– Захотите, пожалуйста. Кухарка давно обед приготовила, всё дожидалась вас, повторяя, что стряпня простынет. Она у нас такая заботливая. Всегда хлопочет, волнуется, беспокоится о каждом, старается уважить господ. Распоряжусь, чтобы согрела и подала вам. Вы, наверное, устали после дороги и голодны.

– Евгения Кирилловна, голубушка, спасибо вам за заботу. Прошу, не торопитесь и не беспокойтесь. С вашего позволения, мы с крестницей немного передохнём после дороги, а потом с большим удовольствием угостимся вашим обедом. Мы действительно проголодались, но и устали немало.

– Какие разговоры, конечно, отдыхайте. Мне понадобится скоро уйти. Я договорилась с приятельницей, но на хозяйстве останется моя помощница, Дарина, она разогреет и подаст вам обед. Только скажите ей, когда освободитесь.

– Сердечно благодарю вас за приют и заботу, – сказал сыщик и направился в комнату, отведённую для него.

– Поленька, схожу в ванную комнату, вымою руки, как-то неловко грязными руками подарки открывать.

– Я с вами. Вы правы, надо вымыть руки, я тоже капалась в земле.

– Пойдём.

Выйдя из комнаты, предназначенной для гигиенических процедур, они только и увидели спину хозяйки, аккуратно уложенную причёску, маленькую шляпку «таблетку» и шлейф платья Евгении Кирилловны. Женщина поспешно направлялась к выходу. Краем уха Пракшин уловил наставления хозяйки, которые она давала помощнице:

– Дарина, наши гости немного отдохнут. Как скажут, подашь им обед, и если захотят, чай с десертами. Ты меня поняла? Ничего не забудь.

– Да, барыня, поняла вас. Не беспокойтесь, всё будет исполнено.

Наши путешественники вернулись в комнату, в которой Пракшин отдыхал и заново досконально изучал историю государства российского.

– Теперь нам никто и ничто не помешает рассмотреть клад

влюблённого студента Бессонова, – тихо произнёс сыщик, словно опасаясь, что их услышат.

– Да, давайте откроем упаковку, – шёпотом ответила Полина.

Пракшин немного сдвинул ткань с поверхности красивого бархатного футляра. Погладил рукой мягкую и приятную наощупь упаковку. Его внимание привлекла маленькая металлическая планка, на которой мастерски и изящно были выгравированы инициалы Сонечки Гаврилиной «С.Г».

– Ты только посмотри, даже цвет бархата «бордо» со вкусом был подобран. Между прочим, это цвет любви. Смотри, Полюшка, даже незначительной деталью – цветом футляра, студент показывал возлюбленной глубину своих чувств.

Сыщик многозначительно посмотрел на крестницу.

– Какое счастье, что влага и сырость в земле не нарушили целостность подарка, – сказал Пракшин.

– Удивительное дело. Полагаю, надёжная упаковка и послужила защитной подушкой, именно она уберегла драгоценности от порчи.

– И я так думаю. В этом есть что-то мистическое, – задумался Осип Данилович. Пракшин неожиданно для себя ощутил волнение, душевный трепет, который был сравним с тем самым, что испытывает юноша, только что получив послание от возлюбленной. Ожидание чуда заставило его сердце сильно биться, ибо он преисполнен глубокими чувствами и невероятными надеждами. Как в таких случаях бывает, молодой человек тушевался перед прочтением, предчувствуя, что в послании столь же горячий ответ на написанные им ранее излияния и признания в любви.

Сыщик не на шутку волновался. Интуиция посылала тревожные сигналы: «Сейчас произойдёт нечто очень значительное. Ты не ожидал узнать этого».

От глаз Поленьки не ускользнуло и это.

Пракшин нашёл замочек на футляре, осторожно нажал на него. Но он не поддался.

– Плохо, Поля. У этого замка есть секрет.

Наблюдательная крестница тут же подсказала ему:

– Нет, крёстный, дело вовсе не в секрете. Взгляните внимательно, в самом низу упаковки выглядывает кончик чего-то металлического, я думаю, это и есть ключик.

– Светлая голова у тебя, Поленька. Ох, и глазастая ты, крестница.

Осип Данилович, осторожничая, перевернул футляр вместе с обивкой. Снял ткань и увидел на бархате крошечный ключик на золотой ленточке.

Сыщик аккуратно вложил в углубление замка ключик, продвинул его до упора вглубь, повернул ключ в замке, и крышка футляра поддалась. Пракшин приоткрыл её так, чтобы можно было рассмотреть, что в углублении находится и в это мгновение он замер.

– Батюшки, такой красоты алмаз я никогда не видел. Ничего подобного доселе не встречалось, хотя по работе приходилось находить редкие драгоценности.

– Диво-дивное! – на выдохе произнесла девушка. – Верите, я его почувствовала через упаковку?

– Поленька, подержи-ка коробку, а я достану кое-что. Полагаю, что на дне клада сопроводительное письмецо нашего влюблённого студента. Гляди, выступает кончик.

– Крёстный, я почему-то боюсь.

– Не бойся, Полюшка, мы с тобой стоим на пороге величайшего открытия. Такой алмаз мог принадлежать только членам императорской семьи, – произнёс сыщик, вкладывая в свои слова глубокий смысл. И оказался провидцем, но пока об этом никто не знал, даже Поля.

– Неужели?

– Сейчас прочтём послание и узнаем секрет подарка.

– Читайте, прошу вас, – и Полина замерла, почувствовав, что перестала дышать.

Пракшин осторожно кончиками пальцев развернул сложенный

вчетверо лист и зачитал:

Разлука убивает меня. Но я не теряю надежды, что батюшка одумается, и мы вернёмся в Петербург.

Подарок Императора

Поздним вечером друг Пракшина вернулся со службы уставший и чем-то обеспокоенный.

– Андрей, у тебя неприятности? – спросил его Осип Данилович.

– Нет, друг. Работы скопилось так много, что голову некогда поднять. Ты же знаешь, наши дела не терпят отлагательств. Руководство подгоняет, требует проводить расследование быстро и лаконично оформлять документы. На это требуется много времени и душевных сил.

– Мне ли не знать?

Андрей Михайлович, задумавшись, теребил эспаньолку.

– Я могу тебе помочь, пока мы здесь. Говори, что нужно сделать, подключусь. Как-никак опыт есть, – предложил Пракшин.

И вдруг у Чернышёва загорелись глаза и он оживился.

– Господи, из-за этой суматохи на службе я главного тебе не сказал.

– О чём ты, Андрей? – спросил сыщик, не подозревая, что друг имел в виду.

– Идёмте ко мне в комнату, там я оставил документы. Осип, после твоего письма, которое я получил до вашего приезда, всё думал, в каких источниках могут покоиться отсылки к тем событиям. Первую проверку провёл на работе, но там не нашёл сведений в полном объёме. В какой-то момент меня осенило, что искать интересующие тебя события, нужно в архиве. Именно там несколько дней кряду копался, выискивал, правда, пришлось прерываться на текущую работу. Пошли со мной. Сейчас всё узнаете.

Гости переглянулись между собой, и пошли за Андреем Михайловичем.

– Присаживайтесь, сейчас покажу.

–Что-то нашёл по нашемукладу? – Заинтересованно спросил Осип Данилович.

– Всё нашёл.

– Не может быть…

– Как видишь, друг мой, всё может быть. Правда, долго мне пришлось повозиться и очень много документов перечитать. Самое главное в нашем деле, что?

– Результат.

– Правильно. Итак, слушайте, други мои, я тут закладки себе сделал. Даже фото нашёл вашего клада.

– Андрей, я твой должник, – и вдруг Пракшина осенила мысль. –Погоди чуток. Полина, принеси нашу находку, интересно совпадёт ли она с тем, что удалось обнаружить моему другу.

– Сейчас крёстный.

– Минутку погоди, Андрей, посмотрим, то ли мы нашли?

– Жду.

Вернулась Полина, держа у сердца клад.

– Разворачивай, крестница, пусть Андрей Михайлович посмотрит и скажет нам.

Полина подошла к столу, за которым сидел Чернышёв, аккуратно развернула подарок студента Бессонова, ключиком открыла замок в футляре и Чернышёв ахнул: