Я не знала, что он здесь делает. И не успела спросить. Потому что, поравнявшись с нами, он посмотрел сначала на меня. Потом на Дамира. Потом снова на меня.

— Очень удобно, — сказал он. — Я даже не сомневался.

— Артём…

— Нет. Не сейчас.

Он говорил тихо. Почти вежливо. И именно это было страшнее крика.

Дамир не двинулся. Только сунул руки в карманы и окинул Артёма таким взглядом, от которого у меня между лопаток пошел лед.

— А ты быстро, — сказал он.

Я повернулась к нему.

— Замолчи.

Но, конечно, меня никто не собирался слушать.

Артём усмехнулся одними губами.

— Я, кажется, просил не приближаться к ней.

— А я, кажется, не спрашивал твоего разрешения.

— Она моя невеста.

— И что?

Это "и что" прозвучало так буднично, так вызывающе, что мне захотелось закричать.

— Хватит! — выдохнула я. — Вы оба… просто прекратите.

Они даже не посмотрели на меня. Меня снова не было в центре собственной жизни. Только двое мужчин, у которых слишком много самолюбия и слишком мало уважения к тому, что между ними стою я — живая, уставшая, разрываемая на части.

— Мира, сядь в машину, — сказал Артём.

Я медленно перевела на него взгляд.

— Нет.

Его челюсть дрогнула.

— Я сказал…

— Я услышала. И сказала — нет.

Теперь он посмотрел на меня по-настоящему. И в этом взгляде мелькнуло что-то новое. Не просто раздражение. Не просто ревность. Что-то темнее. Будто мое неповиновение задело его сильнее, чем присутствие Дамира.

— Я не вещь, которую можно переставить, пока вы меряетесь характерами, — произнесла я ровно. — И если вы оба сейчас же не прекратите, я уеду одна. И от тебя тоже, Артём. Ты понял?

Тишина. Короткая. Но в ней я впервые услышала собственную силу.

Дамир опустил взгляд, будто сдерживал что-то внутри. Артём отступил на шаг.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда скажи ему при мне, чтобы он больше к тебе не приближался.

Я закрыла глаза. Опять. Снова этот публичный выбор. Снова мне предлагают не решение, а демонстрацию лояльности. И самое страшное — я понимаю: если сейчас скажу Дамиру то, что Артём хочет услышать, это будет наполовину ложью. Не потому что я хочу назад. Нет. А потому что "не приближайся" в моем случае не равно "мне все равно". Я не имела права врать. Но и правду говорить тоже не могла.

— Я не буду устраивать сцену, — сказала я.

— Уже устроила, — отрезал Артём.

У меня внутри что-то обожглось. Дамир вдруг шагнул вперед.

— Не дави на нее.

— Ты вообще заткнись.

— Или что?

— Или я забуду, что мы на людях.

— Попробуй.

О господи. Я не знаю, кто из них двинулся первым. Кажется, оба. Одновременно. Через секунду они уже сцепились.

---

Глава 20

Глава 20

Драка мужчин всегда выглядит страшнее, чем в кино. Там, на экране, это про силу, злость, драму и красивую кровь в уголке губ. В жизни — про тупой ужас. Про тяжелый удар кулака о челюсть. Про звук чужого дыхания, сбитого яростью. Про то, как два взрослые человека в одну секунду превращаются в нечто первобытное, глухое и не слышащее ничего, кроме собственного самолюбия.

Я закричала сразу.

— Прекратите!

Но разве кто-то слушал. Артём бил собранно, зло, без лишних движений. У него не было дикой, рваной ярости Дамира — зато была та самая опасная холодность, когда человек не теряет голову, а как будто разрешает себе насилие.

Дамир, наоборот, шел напролом. Мощно. Жестко. Так, будто годами носил внутри именно это столкновение.

Я видела кровь на губе Артёма. Разбитую костяшку Дамира. Слышала собственный голос, сорванный на визг. И не знала, кого хватать первым. Потому что один — мой жених. А другой… А другой до сих пор был моим проклятием.

Когда Дамир толкнул Артёма в грудь так сильно, что тот отлетел к капоту машины, я сорвалась с места и встала между ними. Буквально. Сама не поняла как. Просто в какой-то момент оказалась посреди этого кошмара, раскинув руки.

— Хватит! — крикнула я. — Вы с ума сошли?!

Они оба тяжело дышали. Оба смотрели на меня так, будто впервые заметили, что я тут есть. У Артёма из уголка рта стекала кровь. Дамир вытирал тыльной стороной ладони разбитую бровь.

— Отойди, Мира, — сказал Артём глухо.

— Нет!

— Он не понимает по-другому.

— А ты понимаешь? — меня затрясло. — Ты вообще понимаешь, что сейчас сделал? Ты? Оба? Вы превратили меня в какой-то… приз! В территорию! В повод! Мне тошно от вас!

Дамир прикрыл глаза на секунду. Артём смотрел не мигая.

— Я уезжаю, — сказала я. — Одна.

— Я тебя отвезу, — одновременно произнесли оба.

И меня сорвало. Я засмеялась. Нервно. Почти истерично.

— Господи… Вы вообще слышите себя?

Потом развернулась, села в машину и захлопнула дверь. Руки дрожали так, что я не сразу попала ключом. Они остались снаружи. Двое сильных мужчин. Двое взрослых. И оба в этот момент казались мне одинаково невыносимыми.

Я завела двигатель. И только когда машина тронулась, поняла, что плачу.

---

Глава 21

Глава 21

Я не поехала домой. Не смогла. Слишком душно было в собственной квартире. Слишком тесно. Слишком много всего случилось за эти дни, чтобы я могла просто вернуться, снять пальто и сделать вид, что жизнь продолжается в прежнем порядке. Поэтому я поехала к Соне.

Она открыла мне в домашней футболке, с мокрыми волосами и маской на пол-лица.

— Если это не пожар, то…

Она осеклась, увидев мое лицо. Через две минуты я уже сидела у нее на кухне, сжимая кружку с чаем, а Соня ходила туда-сюда и материлась так изобретательно, что я почти заслушалась.

— Нет, я всегда знала, что мужчины тупеют при угрозе конкуренции, — говорила она, размахивая ложкой. — Но чтобы настолько? Прямо на улице? Перед тобой? Господи, как в дешевой драме, только больнее и без саундтрека.

Я уронила голову на ладонь.

— Не смешно.

— Я не смеюсь. Я в ужасе.

Она села напротив.

— Ты как?

Как? Хороший вопрос.

— Не знаю.

— Кого больше хочется убить?

Я задумалась. И неожиданно для самой себя сказала:

— Себя.

Соня выругалась уже тише.

— За что?

— За то, что я все это допустила.

— Мир…

— Нет, правда. Я как будто опять перестала быть собой. Как только появился Дамир, я стала какой-то… распахнутой. Без кожи. Без логики. Артём это чувствует и начинает давить. Дамир чувствует и начинает лезть. А я между ними как оголенный провод.

Соня смотрела внимательно.

— Ты не виновата в их поведении.

— Но в своей реакции — да.

Это было самым страшным. Не драка. Не звонок Лидии Павловны. Не ревность Артёма. А именно собственная реакция. Тот факт, что рядом с Дамиром я до сих пор не могу быть спокойной. Что от его "люблю" у меня подгибаются ноги, хотя я должна была бы плюнуть ему в лицо. Что, когда Артём требовал при нем поставить точку, меня обожгло не унижение даже, а невозможность выговорить ложь.

— Ты поговоришь с Артёмом? — спросила Соня.

— Нужно.

— И?

— Не знаю.

Я уставилась в чай. Пар поднимался тонкой ниткой. В комнате пахло корицей и кошачьим кормом — у Сони был толстый рыжий кот, который сейчас с неодобрением наблюдал за мной с холодильника.

— А с Дамиром? — тихо спросила она.

Я закрыла глаза. Вот. Вот вопрос, от которого у меня внутри все начинало дрожать.

— Он сказал, что я не знаю всей правды, — прошептала я.

Соня замерла.

— И ты хочешь узнать?

— Не хочу.

— А на самом деле?

Я медленно подняла на нее взгляд.

— Очень.

---

Глава 22

Глава 22

К Артёму я поехала на следующий вечер. Он жил один, в квартире на двадцать втором этаже, где все было выдержано в темных тонах, дорогих материалах и мужском порядке. Там всегда пахло деревом, чистотой и его парфюмом. Раньше мне нравилось это пространство. Оно было как он сам — собранное, надежное, без истерики.