— Мне кажется, что ты слишком много на себя берешь, Алекс. Ты то и дело постоянно думаешь за всех, от новичков в команде до командиров Маркова. Тебе нужно хоть иногда отдыхать, а то скоро взорвется не только твоя голова, но и моя.

— Не волнуйся, моя голова под надежным присмотром. — улыбнулся, приобнимая её за плечи и притягивая ближе. — Особенно твоя, так что можешь не волноваться.

— Да ты думаешь это так просто? Да и не за себя переживаю, а за тебя, глупый. — тихо выдохнула она, уткнувшись носом в воротник моего маскхалата.

Какое-то время мы продолжили сидеть в тишине, просто слушая, как вдалеке перекрикиваются бойцы, сменяющие друг друга и как шумит ветер в пустых оконных проемах соседней заброшенной высотки. Это были редкие минуты покоя, которые у нас не всегда получалось себе позволить.

Но, даже так, этот покой разрушал вопрос, ворочающийся внутри. Я его завал несколько раз, но… но ответ редко бывал удовлетворительным.

— Рита… — негромко позвал девушку, поглаживая её по плечу через плотную ткань куртки. — Как там Сережа сегодня? Есть какие-то новости?

От этого собеседница заметно вздрогнула, и её плечи на пару секунд напряглись. Она или не смогла, или не хотела отвечать сразу. Скорее на рефлексе отвела взгляд в сторону, туда, где на горизонте пробивались фиолетовые облака. И медленно, с тяжелым вздохом покачала головой.

— Пока никаких изменений. — её голос стал тише, моментально утратив теплые нотки. В нем проступила такая глубокая и застарелая боль, которую она всячески пыталась скрыть от всех за улыбкой. — Медики говорят, что физически организм восстановился. Все в порядке, но… но он не приходит в себя, что-то с функциями психологическими. Ментальная реакция.

Она замолчала, судорожно набирая воздух в легкие, и я не мог не почувствовать, как её пальцы с силой впились в мою руку. Сережа, её брат, значил для неё очень много. А то, что случилось… в общем, мало кто знает, что им обоим удалось испытать.

Теперешнее состояние живого призрака, который не реагирует на внешний мир, давило на Риту тяжелым грузом ежедневно.

— Эй, прекращай и посмотри на меня. — мягко повернул её к себе за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. — Посмотри на меня, Рита, и не отводи глаз. Мы найдем способ, слышишь? Сейчас медицина будет развиваться все быстрее и быстрее. Я обещаю, мы вытащим Сережу, чего бы нам это не стоило. Он вернется. Обязательно.

Рита продолжила смотреть на меня, глазами, внутри которых блестели непролитые слезы. Она ничего не ответила, лишь дергано кивнула, принимая мою уверенность вместо спасательного круга, за который можно было удержаться.

Затем она потянулась ко мне, крепко обвивая шею руками и полностью прижимаясь. Было похоже, что это может позволить ей спрятаться от всего мира. Девушка положила голову мне на плечо, заставляя почувствовать, как её тепло проникает сквозь слои одежды. Я же не стал сидеть как идиот, и обнял в ответ, делая попытку укрыть ту своими руками, бережно и надежно, как если бы пытался защитить её от любой опасности, которая могла прийти с любой стороны.

Медленно поглаживая по спене, перебирал пальцами длинные волосы, успокаивая и давая понять, что она больше не одна. Что бы не произошло дальше, через какие бы круги ада нам не прошлось пройти, мы сделаем это вместе.

— Спасибо тебе, правда, спасибо. — прошептала она мне в шею, обжигая кожу своим дыханием. — За то, что ты просто есть, за тебя.

Слова тут были лишними, так что я просто наклонил голову и мягко, заботливо наклонил голову, целуя в макушку. А затем, когда она чуть приподнялась, поймал её губы своими.

Это был очень долгий, глубокий поцелуй, наполненный не столько страстью, сколько безмерной и бесконечной нежностью, рожденной на грани нашего выживания. Я пытался вложить в этот поцелуй всё. Наше прошлое, потерянное в разрухе катастрофы. Наше хрупкое настоящее. И надежда на то, что будет хоть какое-то будущее. Время словно остановилось для нас двоих на этой крыше.

Был только её вкус, её тепло и размеренный, успокаивающий стук её сердца, бьющегося в такт моему.

— Кхм… Извините, командир, что ломаю вам всю романтику, но дело срочное. — сзади раздался сухой и немного скрипучий голос, разрушивший всю магию момента.

Мы с Ритой синхронно отстранились друг от друга, хотя я и не выпустил её руки из своей.

Прямо рядом со входом на крышу, прислонившись спиной к кривоватой надстройке вентиляционной шахты, стоял Нюхач.

Наш бессменный разведчик и следопыт в одном лице, выглядел как всегда. Правда немного потрепанный, в своем неизменном жилете, обвешанном подсумками. На его лице сияла хитрая ухмылка, показывающая, что он доволен своими действиями.

— Нюхач, чтоб тебя. — со вздохом я повернулся к нему, и покачал головой. — Вот ты хоть когда-нибудь научишься не ломать моменты и ждать, а? Хоть бы покашлял для приличия, перед тем как выходить.

— Командир, если я буду так делать, то меня пристрелят в первой же вылазке. — хмыкнул он, отлипнув от стены и сделав несколько шагов к нам. Его взгляд стал немного серьезнее и шутливая манера просто испарилась, уступив место деловой собранности. — Извините, правда вам не хотел помешать. Но тут это, Алекс, тебя вызывают, что-то профильное.

Дослушав мужчину, медленно поднялся с парапета, поправляя маскхалат и проверяя крепление снаряжения. После этого помог встать и девушке рядом. Она мгновенно подобралась, а её лицо подобралось, пока глаза заблестели решимостью.

— Ну что ж. — посмотрел на девушку, а затем на Нюхача. — Пойдемте послушаем, что там у нас стряслось.

Разговор со штабными много времени не занял, впрочем, как и всегда. Эти ребята любят краткость и лаконичность. Особенно когда надо отдать приказ, но сделать это в виде просьбы. Хитрые лисы, конечно. Кто бы сомневался. Но с другой стороны, их тоже понять можно, задача, поставленная сейчас, была очень деликатной. И, кто знает, что может случиться, если пойдем не мы. Почти дословная цитата.

Так что сразу после проведенного инструктажа, на котором я был один, мы втроем двигались сквозь коридор восточного командного пункта. Осеннее солнышко хоть и грело, но постепенно начинало уступать место прохладным ветрам. А металл, которым были обшиты стены и не только они, остывал быстрее, чем успевал набрать тепла. Из-за этого тут было ещё холоднее, чем на улице.

Рита, шедшая за мной следом, придерживала рукой полы своей куртки, которая в полумраке казалась единственным ярким пятном, среди бесконечной серости стен. Нюхач же замыкал наше небольшое шествие, умудряясь бесшумно ступать по полу. Да так, что не знай ты о его присутствие сзади, никогда не узнаешь что там кто-то есть.

На выходе, прямо рядом с раскрытыми воротами, где стояли караульные, нас уже ждала Аня, которую я заблаговременно попросил вызвать для этого задания. Она с нетерпением переминалась с ноги на ногу, то и дело поправляя лямки тактического рюкзака приличных размеров, что на фоне фигуре девушки выглядело забавно. А иногда её ладони спускались на пояс, к подсумку, то сдирая липучку, то возвращая ту на место. Девушка кидала взгляды в сторону входа, видимо ожидая когда мы выйдем.

Пока наша тройка неторопливо двигались в её сторону, из-за угла пронеслись несколько переделанных гражданских автомобилей. До нас донесся рокот работающих двигателей, на секунду перекрывая иные звуки. Но стоило им удалиться к западной границе, как вернулась тишина, смешавшаяся с запахом влажной земли и выхлопных газов, создавая странную иллюзию самой обычной жизни.

— У-учитель. — Аня решилась пойти к нам на встречу, едва мы только успели спрыгнуть с крыльца здания. Её дыхание, вырываясь откуда-то из глубин легких, создавало небольшие облака белого пара. — Я… я не по-онимаю, нам же обещали минимум неделю отдыха. Полковник лично говорил, что после зачистки мы будем свободны какое-то время. Мы хотели с А-алисой пройтись до центрального рынка, а нас так резко выдергивают с самого утра? Что-то случилось, у-учитель?